Мальчик прижал булки к груди. Его ладони были черны от угольной пыли, и их действительно стоило бы помыть, но расставаться с уловом не хотелось.
– Тебе придется это сделать, если хочешь нормально поесть, – строго заметила Юля. – Или я могу позвать Тень, и тебя вернут в приют. Выбирай.
Судя по тону, эта дамочка не шутила.
Джим нехотя поднялся. Он заставил себя положить булки на стол, затем подошел к тазу для мытья посуды и слегка поплескался в остывшей, покрытой пленкой жира воде.
– Не так, – вздохнула Юля. – Сюда.
За недолгую карьеру педагога она видела разных детей, но ни один из них не вызывал у нее такого щемящего чувства, как этот оборванный тощий мальчишка.
Она подвела его к рукомойнику, выдала кусочек щелочного мыла и маленькую щетку.
– Намыливаешь руки и трешь щеткой. Под ногтями тоже должно быть чисто!
Показывая, Юля отмыла руки, которые испачкала об одежду и волосы бродяжки, а потом стояла у него над душой, следя, чтобы он хорошо вымыл все и снял верхнюю одежду, похожую на безразмерный пиджак без рукавов.
– Вот теперь можно и за стол, – похвалила она, отмечая на шее, ключицах и впалой груди найденыша подзажившие синяки. – Настоящий джентльмен никогда не позволит себе есть грязными руками!
Мальчишка фыркнул, но тут Агнешка достала из печи благоухающий пирог, и разговоры были оставлены.
Юля только вздыхала, наблюдая, как беглец слопал целый пирог, которого женщинам хватило бы на два дня, а потом заел это лакомство хлебом и сыром. Опустошив тарелку, мальчишка сыто икнул, поставил локти на стол, подпер отяжелевшую голову и задремал.
Разговаривать с ним в таком состоянии было бесполезно. А поговорить нужно, но позже. Сначала ей необходимо увидеть герцога Вандербильта!
– Вы обещали дать мне денег, – мальчик внезапно поднял голову и взглянул на нее ясными синими глазами. – Но лучше дайте еды, деньги все равно отберут.
– Тебе необязательно уходить, – улыбнулась Юля. – Можешь просто остаться у меня и тогда каждый день будешь сытым.
Он отвел взгляд и глухо пробормотал:
– Не могу… я должен вернуться…
– Зачем? Тебя кто-то ждет?
Мальчик опустил голову так низко, что челка закрыла его лицо, и сгорбился.
– Говори же, не бойся, – подбодрила Юля таким тоном, каким обычно утешала перепуганных первоклашек.
Джим шмыгнул носом, вытерся рукавом и неохотно признался:
– У меня есть три сестры.
Юля пораженно уставилась на него. Она как-то не подумала, что у городского воришки может быть семья.
– О… и где они?
– В приюте. Я должен вернуться и накормить их.
– Так ты просишь еду для них? – сообразила она.
Мальчик кивнул.
– И этот хлеб хотел украсть тоже для них? – попаданка кивнула на стол.
Снова кивок.
– Но разве кроме воровства нет другого способа заработать на еду? Ты же большой мальчик, мог бы работать. Сколько тебе?
– Тринадцать. Меня никто не берет на работу, говорят, что я ничего не умею и слишком слаб, чтобы таскать тяжести.
– А где же ваши родители?
– Отца повесили за разбой, мать умерла от холеры.
Он произнес это безразлично, как если бы говорил о чужих, ничего не значащих людях. Но Юля заметила, как дрогнули его губы, словно мальчик собирался расплакаться.
Не расплакался. Отвел взгляд и насупился.
– Ладно, – произнесла она, постукивая пальцами по столу. – Агнешка, собери корзинку с едой и не жадничай.
Пока Джим ел, Юля наблюдала за ним и думала, что это благородное дело – открыть школу для таких вот детей. Она спасет их от улицы, поможет встать на ноги. Главное, достать деньги.
Глядя на притихшего мальчика, она задумчиво проговорила:
– Если хочешь, я возьму тебя на работу. Тогда тебе не придется воровать. Правда, платить деньгами пока не смогу, но смогу накормить досыта тебя и твоих сестер.
Агнешка едва не упала ей в ноги, услышав такие слова.
– Смилуйтесь, госпожа, – взвыла она, с грохотом ставя корзину. – Вам самой есть нечего! Если бы не те шиллинги, которые давал мне лорд Десмонд, у вас на столе не было бы ни мяса, ни зелени!
Юля ждала, что мальчик откажется, но он вдруг посмотрел на нее с интересом:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– А что делать-то надо?
Попаданка пожала плечами:
– Ну… для начала помочь Агнешке убраться в доме. Она одна не успевает. И в саду нужны крепкие руки. Работа найдется.
– Госпожа! – Агнешка всплеснула руками. – Да вы посмотрите на него, он же только и ждет момента, чтобы стянуть что плохо лежит!
Юля строго взглянула на пацана:
– В доме много дорогих вещей. Конечно, ты можешь украсть их, продать за бесценок и пару дней чувствовать себя богачом. Но деньги быстро закончатся, и ты поймешь, что вот здесь, – она коснулась области сердца, – вдруг стало пусто. Если не хочешь стать преступником, как твой отец, и не желаешь своим сестрам судьбу их матери, то я помогу тебе начать новую жизнь. Не отвечай сейчас ничего. Бери корзину и уходи. Но если захочешь принять мое предложение… Я буду ждать тебя. Вместе с сестрами.
***
Мальчик ушел, не давая никаких обещаний. Только пыхтел, прижимая к себе корзину, в которую недовольная Агнешка положила несколько вареных яиц, пучок зелени, остатки сыра и вымазанные в угле булки. Он даже не оглянулся, хотя Юля наблюдала за ним в окно.
– Вот видите! – с досадой заявила горничная. – Это просто неблагодарный змееныш! Вы не сможете всех согреть и накормить, госпожа, оставьте эту затею.
– Не попробую – не узнаю, – усмехнулась Юля, отходя от окна. – Но что-то подсказывает, он вернется. А к тому времени, как это случится, я должна стать женой Дерека Вандербильта. Так что прекрати ныть, лучше помоги привести себя в порядок. Что мылась – что нет. Вся в угле вымазалась! Мне еще к герцогу ехать с визитом.
Агнешка прикусила язык, испуганная внезапной сменой настроения госпожи. Через минуту она явилась в хозяйскую спальню с тазом теплой душистой воды и целой коробкой гребней и заколок.
– Вот, у тетушки вашей взяла, у нее и гребни черепаховые есть, и шпильки с жемчужными головками!
Юля не возражала. Быстро обтерла руки влажным полотенцем, уничтожая черные полосы, затем указала на простое, но элегантное платье из бежевой кисеи:
– Помоги надеть.
– Госпожа, но оно ведь уже устарело!
– Да? – попаданка равнодушно хмыкнула. – А по мне, так очень миленькое. Не хочу больше в темных тряпках ходить. Они пессимизм навевают.
– Ну давайте я вам хоть плащ сверху накину? – предложила Агнешка. – А то ж такой позор – леди в старом платье.
– Да я и сама не новая, – Юля скрыла грустную улыбку. – Тем более иду сейчас просить малознакомого мужчину жениться на мне.
– Ох, горюшко! Страх-то какой вы задумали, госпожа! А вдруг он откажется?
– Сделаю так, чтобы не отказался!
– А если у него есть невеста?
– Докажу, что брак со мной выгоднее!
Пока они переговаривались, горничная помогла снять утреннее платье и сменить сорочку. Юля подождала, пока Агнешка затянет корсет, и скользнула в ворох бежевых юбок.
Конечно, у герцога может быть на примете какая-то девушка из хорошей семьи. Но Юля в этом сомневалась. Всех отпугивает его темная аура, значит, у нее есть шанс занять вакантное место герцогской супруги. Их брак будет фиктивным, но взаимовыгодным. Она получит доступ к своим деньгам, он – доступ к особняку.
Осталось только узнать, зачем ему вообще нужен дом.
С такими мыслями Юля приколола к прическе шляпку и расправила невесомую вуаль. Все же она собиралась явиться в дом мужчины без сопровождения, а это для Лондиниума слишком вольный поступок, позволительный лишь вдовам и пожилым матронам.
***
На улице было пасмурно. Юля прошла вниз по улице к остановке кэбов и села в наемный экипаж. Вскоре она уже ехала к особняку Вандербильтов.
Всю дорогу Юля переживала, что не застанет герцога дома. Недаром его прозвали Тень королевы. Наверняка он важный придворный и проводит большую часть времени при Дворе или в своей полиции.
