Читаем без скачивания Марсельская авантюра - Питер Мейл

Первой на их пути была каюта Рея Прендергаста. Здесь на низеньком столике они обнаружили свидетельства двух его главных слабостей: последние номера «Рейсинг пост», настоящей библии британских любителей бегов, и свежий каталог от Джеффри («Новинка этой недели — домашний апельсиново-мандариновый мармелад „Английский завтрак“!»).

Прендергаст не сводил с Сэма подозрительно взгляда все время, пока тот водил датчиком над койкой и подушками. Когда они с Дафной двинулись к ванной, он прервал враждебное молчание:

— Вы что, собираетесь проделывать эту ерунду во всех каютах?

— Боюсь, что да, — подтвердила Дафна. — А кроме того, на камбузе, в прачечной, в кладовке и даже в машинном отделении. Доктор Жину всегда делает свою работу очень тщательно, а в таких серьезных случаях и подавно. Кстати, нам было бы очень полезно взглянуть на план яхты, чтобы ничего не пропустить.

Прендергаст не ответил. В голове он лихорадочно оценивал все риски и возможности и, едва медики покинули его каюту, бросился к Уоппингу, но встретил его на полпути — тот спешил к нему.

— Билли, надо что-то делать.

— Это я, черт возьми, и без тебя понимаю.

Они вышли на верхнюю палубу, подальше от любопытных ушей.

— Она ведь в свободной каюте на корме?

Уоппинг кивнул.

— Такими темпами они доберутся туда минут через пятнадцать. За это время ее надо оттуда убрать. Если они ее увидят, все кончено. Хорошо, что сегодня ребята вкололи ей еще одну дозу, так что шума не будет. Но куда ее, черт возьми, спрятать? Позови ко мне Брайана и Дейва.

В каюте у Крошки Де Салиса Сэм и Дафна вновь обнаружили свидетельства пристрастий ее хозяина: «Вестник старого итонца», выходящий каждый Михайлов день, и диск с фильмом под названием «Горячие девчонки: дерзкие и обжигающие!». В открытой сигарной коробке на тумбочке хранился солидный запас марихуаны. Самого Крошки, однако, видно не было.

В коридоре тем временем происходило что-то наподобие французского фарса: Брайан и Дейв открывали все двери подряд, ныряли внутрь и тут же выскакивали наружу. Наконец они обнаружили каюту, в которой работали Сэм с мисс Перкинс. Дверь была слегка приоткрыта. Брайан осторожно притворил ее и бесшумно запер на ключ. После этого они бегом бросились на корму.

Только через пять минут Брайан вернулся в коридор и, услышав стук из запертой каюты, открыл дверь.

— Простите, мисс, — обратился он к Дафне. — Такое иногда случается с этими дурацкими защелками — срабатывают сами. Надо вызвать мастера, чтобы отремонтировал.

— В чем дело? — неожиданно сочувственно осведомился Рей Прендергаст, подходя к ним.

Брайан объяснил, и Прендергаст, тоже извинившись, пообещал, что не отойдет от них до конца осмотра.

— Просто на случай, если что-то опять произойдет с дверью.

Они уже собирались заняться следующей каютой, когда у мисс Перкинс зазвонил телефон.

— Алло?

— Это Джо. Мне надо поговорить с Сэмом.

Прендергаст насторожился и не сводил глаз с телефона.

— Cʼest lʼhôpital, — сказала Дафна Сэму и перевела для Прендергаста. — Это из больницы. Наверное, лучше не будем мешать доктору разговаривать.

Взяв Сэма за руку, она отвела его в ванную и закрыла за ним дверь.

— Вы же знаете этих французов, — объяснила она Прендергасту. — Всегда норовят забиться в какой-нибудь угол, когда говорят по телефону.

Прежде чем ответить, Сэм для надежности включил душ.

— Что там, Джо?

— Двое мужчин крутились на палубе, прямо надо мной. Я их не видел, но слышал голоса. По-моему, они грузили что-то в вертолет.

Следующие несколько минут Рей Прендергаст запомнил надолго. Французский доктор вылетел из ванной и на быстром английском заговорил со стоящим у двери французским полицейским.

— Фло, оставайся здесь с ним. — Он мотнул головой в сторону Прендергаста. — Если попытается звонить, сломай ему руку. Если попробует удрать, выруби его и свяжи. Дафна, тоже оставайтесь здесь. С Фло вы будете в безопасности. Кажется, они пытаются увезти Элену с судна.

Сэм выбежал из каюты, промчался по коридору, по пустой кают-компании и выскочил на палубу. Белая махина вертолета по-прежнему возвышалась на корме, и, к своему облегчению Сэм увидел, что его лопасти не крутятся. Теперь он двигался гораздо осторожнее. Стараясь держаться в тени, он приблизился к вертолету на несколько ярдов. Пока никого не было видно. Сэм уже мог дотронуться до вертолета рукой. Подняв руку, он распахнул дверцу.

— Интересно, чем это вы тут занимаетесь?

Сэм стремительно обернулся и увидел Крошку Де Салиса, показавшегося с другой стороны вертолета. Он подошел к Сэму и встал прямо перед ним.

— Вы что, глухой? Я спрашиваю, что вы здесь делаете?

Он расставил пошире ноги и чуть согнул их в коленях — большой человек, приготовившийся к удару.

Сэм никогда не любил насилия и потому испытал искреннее сожаление сначала, когда носок его туфли с силой воткнулся в пах Де Салиса, и потом, когда он уже выбрасывал извивающееся тело за борт. Даже не дождавшись всплеска, он снова распахнул дверь вертолета и обнаружил в нем живую и, кажется, здоровую Элену, крепко спящую на заднем сиденье. Сдернув с лица хирургическую маску, он перебрался через спинки, схватил ее и прижал к себе.

— Все в порядке, моя девочка, — прошептал он, гладя ей лицо. — Сейчас мы поедем домой, и там ты проснешься.

Услышав на палубе шаги, он потянулся было в карман за шприцем, но тут же расслабился, узнав подошедшего.

— Она здесь, Джо. С ней, кажется, все в порядке.

В темноте сверкнули белые зубы Джо.

— Formidable, Сэм. Vraiment formidable.[64] И кстати, если вас это беспокоит, я выудил вашего толстяка из моря, и сейчас он отдыхает на катере, пристегнутый к рулевому колесу. Что будем делать дальше?

Сэм вытащил мобильный.

— Первым делом позвоним Франсису. Потом вызовем полицию. — Вдруг он замолчал и озадаченно посмотрел на Джо. — А с полицией у нас не будет проблем? В смысле, вы ведь не совсем настоящие…

— Не беспокойтесь. У нас есть легенда, будто мы прилетели с особым заданием с Корсики. Местные копы могут позвонить шефу полиции в Кальви. Пусть звонят — он наш дядя.

Несколько минут Сэм разговаривал с заметно повеселевшим Ребулем, который пообещал, что сам обеспечит немедленное прибытие полиции. Оставив Джо охранять Элену, он вернулся в каюту. Прендергаст сидел на самом краешке койки, втянув голову в плечи и пристально глядя в пол. На лбу у него появилась ссадина, а щека была испачкана кровью.

Хорошие новости, принесенные Сэмом, вызвали бурную реакцию. Дафна звонко расцеловала его в обе щеки, а Фло заключил в медвежьи объятия. Прендергаст еще глубже втянул голову.

— Пытался удрать? — спросил Сэм.

— Всего один раз, — кивнул Фло.

Сэм чувствовал такое облегчение, что готов был петь в голос и любить весь мир. За одним небольшим исключением.

— Полиция будет здесь через несколько минут, и сначала они должны заняться Уоппингом. Скажи мне, Фло, какой срок во Франции дают за похищение человека?

Фло задумчиво потер подбородок.

— Смотря какое похищение. Если жертве был нанесен вред, то двадцать пять лет. Если вреда не было, то всего двадцать.

— Всего двадцать. А какие здесь тюрьмы?

— Личного опыта у меня, разумеется, не было, — с самым невинным видом объяснил Фло, — но я слышал, что они не слишком комфортабельные.

— Отлично. Ну что, пойдем? — Он поглядел на Прендергаста, на лице которого одновременно отражались и недоверие, и отчаяние. — А этого запрем где-нибудь?

— Не стоит беспокоиться, — пожал плечами Фло. — Я отведу его к Уоппингу и постою у двери, пока не прибудет полиция.

Он не слишком вежливо дернул за воротник Прендергаста, чтобы поднять того на ноги, и вся процессия двинулась по коридору в сторону каюты лорда. Они подошли к ней в тот же момент, что и группа марсельских полицейских, прибывших сюда сразу на двух катерах. К радости Сэма, Фло решил взять все переговоры на себя. Он сообщил капитану, что похититель находится в каюте, что накачанная снотворным жертва спит в вертолете, что спас ее Сэм и что он и его коллега будут рады оказать любую помощь.

Разумеется, на этом все не кончилось. Им еще пришлось давать показания, отвечать на вопросы и как-то объяснять марсельской полиции загадочное появление на яхте двух корсиканских коллег. Поэтому домой они возвращались, когда, по выражению Дафны, «розовые перста зари» уже окрасили небо на востоке.

Сэм навсегда запомнил этот короткий рейс до Марселя. Элена, мирно свернувшись, спала у него на руках, небо было туманно-розовым, а у воздуха был такой аромат, словно его только что выстирали. И облегчение, которое он испытывал раньше, уступило место самому настоящему счастью.

Уже из машины Сэм позвонил Филиппу, и тот схватил трубку после первого гудка.