латыни, санскрите, хопи и майя, менее развиты в семитских, английском («сильные» и «слабые» глаголы) и ацтекском и почти отсутствуют в языке южных пайютов. К ним также относятся родовые классы без семантических различий, как в банту и в некоторых родах языка таос (все это можно назвать склонениями с прономинальным согласованием); классы, требующие разного положения в предложении или комплексе без различия типа значения (осново-позиционные классы в алгонкинском); классы, требующие разных сигнатур для одного и того же модуля без различия типа значения (например, в древнееврейском существительные e-e и параллельные группы «осостоянивания»). Альтерационные изосемантические классы вполне соответствуют избранному названию: они подразумевают чередование как, например, в английском ряд don’t, won’t, shan’t, can’t и ряд do not, will not, shall not, cannot. В этом случае можно говорить о модуле краткости, удобства или разговорности. Альтерационные классы иногда обнаруживают стилистическое, а не грамматическое различие. В других случаях, по-видимому, не существует обобщающего различия, как, например, в английском языке electrical, cubical, cyclical, historical, geometrical против electric, cubic, cyclic, historic, geometric.
Остается еще один тип различий: специфические и обобщенные категории. Специфическая категория – это индивидуальный класс, существующий в отдельном языке, например, английский пассивный залог, сегментативный вид у хопи. Обобщенная категория, в ограниченном смысле применительно к конкретному языку, представляет собой иерархию, образованную путем группировки классов сходных или (и) взаимодополняющих типов, например, падеж в латинском языке, залог в языке хопи. Здесь многое зависит как от проницательности, так и от пристрастий систематизатора или грамматиста, поскольку можно легко выстроить конкретные категории в очень логичные схемы, но при этом желательно, чтобы такие обобщенные категории представляли собой системы, которые действительно содержит сам язык. Мы вправе скептически относиться к систематизации грамматики, если она полна случаев энантиоморфизма, т. е. подбора к каждой категории ее зеркальной противоположности, которая является всего лишь отсутствием того или иного маркера. Конкретные категории с кажущимся противоположным значением, такие как пассивный залог и активный залог (когда термин «активный» означает просто «непассивный»), следует сводить в одну обобщенную категорию (залог) только в том случае, если их больше двух или если их только две и, взятые вместе, они контрастируют как единое целое с какой-то другой системой форм.
Наконец, в еще более широком смысле обобщенные категории могут быть определены таким образом, что они оказываются равноценными понятиям общей грамматики. Такие категории создаются путем группировки того, что кажется нам сходными специфическими категориями в разных языках. Только в таком смысле можно говорить о категории пассивный залог, которая охватывала бы формы, называемые этим именем в английском, латинском, ацтекском и других языках. Такие категории или понятия мы можем назвать таксономическими категориями, в отличие от категорий описательных. Таксономические категории могут быть первой степени, например, пассивный залог, косвенный падеж; или второй степени, например, залог, падеж. Возможно, именно категории второй степени являются более важными и в конечном счете более ценными как лингвистические понятия, как обобщения наиболее крупных системных образований и контуров, обнаруживаемых в языке, когда язык рассматривается и описывается с точки зрения всего человеческого рода.
К изучению языка хопи
Данное ранее не публиковавшееся письмо было адресовано мне осенью 1937 года, когда я был еще студентом факультета психологии Миннесотского университета. Несмотря на то что часть рукописного черновика была перепечатана на машинке, оно, видимо, так и не было отослано, поскольку я его не получил. Черновая рукопись была найдена среди семейных архивов.
Джон Б. Кэрролл
Дорогой Джон!
Вам будет интересно узнать, что я получил назначение на долю ставки в Йельский университет на период с января по июнь 1938 года на кафедру антропологии для чтения одной двухчасовой лекции в неделю по вопросам лингвистики американских языков. В течение осеннего семестра у моего коллеги Джорджа Л. Трейгера будет такая же группа по фонетике, так что я не планирую уделять много времени фонетическим или фонологическим вопросам как таковым. Я собираюсь сосредоточить свои лекции в основном на психологическом направлении, на проблемах значения, мысли и идеи в так называемых первобытных культурах. Особое внимание будет уделяться методам исследования языка, которые позволяют выявить некоторые психические факторы или константы американских индейцев в данном языковом сообществе. Я говорю «психические», а не «умственные», поскольку будут рассматриваться не только мысли, но и эмоции – в той мере, в какой они являются языковыми. Я рассчитываю уделить значительное внимание теме упорядочения сырого опыта в последовательную и легко передаваемую совокупность идей с помощью языковых схем. В целом я надеюсь представить некоторые концепции, весьма интересные как для культуролога, так и для психолога, и привлечь в число своих слушателей представителей обеих дисциплин.
При подготовке материалов для курса я буду очень рад любой помощи, которую Вы и университет сможете оказать, поскольку я знаю, что Вы и он заинтересованы в этом лингвопсихологическом направлении. Я мог бы изложить здесь некоторые концепции, над которыми я сейчас работаю, основываясь на анализе языка хопи. Он, разумеется, будет одним из тех, на материал которого я буду в значительной степени опираться, хотя предполагаю также уделить некоторое время ацтекам и майя. Введение в общую проблему можно найти в анализе категорий морфологии глагола, особенно тех, что для удобства можно назвать видом и временем, хотя точно такое же содержание, какое эти термины имеют в классической европейской лингвистике, не может быть принято для языка хопи. Однако мы имеем две разные морфологические категории, суффиксы которых по-разному трактуются и занимают разные позиции, причем суффикс времени стоит после суффикса залога. Существуют три времени: прошедшее (т. е. прошедшее до настоящего времени включительно), будущее и обобщенное (то, что является общим, универсальным или вечным), причем все они являются взаимоисключающими. Из них рассматриваться будет только будущее (суффикс – ni). В качестве первого приближения к его значению можно привести английское будущее. Существует девять видов, из которых я рассмотрю прежде всего начинательный (-va) и проективный (-to). Точечный вид – это вид простого слова (основы без суффиксов и модификаций); прошедшее время – это время простого слова. Первое приближение к значению начинательного – «начинает делать» (я буду переводить прошедшее время хопи английским настоящим), а проективного – «делает с движением вперед». В дальнейшем я буду также говорить о прогрессивно-результативной, или «растущей», форме (-iwma). Существует еще одна начинательная форма на -ɂyma, но я ее не включаю, так как она имеет явно иное значение («находится на пути к достижению цели»).
Получая переводы английской фразы «начинает делать» (begins doing it) с большим количеством различных глаголов, мы
