Подземелье мы бы таких на первом этаже не встретили, — проговорил Иван, сосредоточенно вырезая из туши кристалл маны.
— Нашем? Вы так к нему привыкли? — я улыбнулся на его слова. — То было мало популярное Подземелье и далеко не самое опасное. Я просто хочу, чтобы вы понимали: в этом Подземелье таких тварей, как Лорд Рыцарь, мы можем встретить лишь на пару этажей ниже. Да, вы стали сильнее, но… и условия изменились.
— Да, господин, мы понимаем, — кивнул Денис.
— Главное — развиваться. Искатель всегда должен становиться сильнее, — к нам подошла Алена и показала два отличных змеиных клыка.
— Плохой Искатель — дохлый Искатель, — Тимур долго раздумывал, прежде чем разродился этой мудростью.
Пока мы разделывали туши змей и добывали то, что принадлежит нам по праву, мимо прошли почти в одно время две группы Искателей. Они не были вместе, просто вышли из одного хода, а скрылись в разных. Никто из Искателей не обратил на нас никакого внимания. Вот это я и называю культурой Подземелья большого города. В знакомом нам провинциальном Подземелье Искатели хотя бы из вежливости кивали друг другу при встречах.
Закончив со змеями, мы быстро перекусили и пошли дальше. Сперва обнаружили месторождение руды, но она уже была выработана под ноль. Должно быть, здесь прошла одна из тех групп Искателей. Подземелье просто не успело восстановить этаж до нужного уровня и поэтому нам ничего не досталось.
На нашем пути все чаще начали появляться какие-то серые клочья. Не сразу мы поняли, что это ошметки паутины. А позже Алена взяла в руки какую-то иглу и позвала меня.
— Роман Иванович, взгляните. Что это?
Я посмотрел на длинную черную иглу. Она далеко не была идеально гладкой, а на одинаковом расстоянии друг от друга виднелись более светлые рваные кольца.
— Это щетина гигантского тарантула, — предположил Иван и не ошибся.
— Да, она, — я крутил ее в пальцах. — Значит, мы скоро будем у цели.
Так и случилось, через несколько сотен не самых простых для преодоления метров мы оказались у довольно большого прохода. Вот только он был напрочь заблокирован серой паутиной. Я осторожно коснулся ее пальцем и сразу почувствовал неприятное покалывание. Отдернул его на себя и с большим трудом отодрал от липких нитей.
— Не прикасайтесь к ней. Денис, твой выход, — я указал руками на преграду.
— Хорошо, господин, — он кивнул и кристалл в его посохе начал светиться.
— Слушайте, — в глазах Тимура промелькнул блеск мудрой мысли. — У пауков — паутина, а это тогда тарантина. Ох-хо-хо!
Почти синхронно ребята хлопнули себя по лбу. Денис выругался под нос и небольшой огненный поток побежал по воздуху в паутину. Мы уже обнажили оружие, чтобы сразиться с теми, кто ее здесь заплел, но…
— Черт, я не могу, — нахмурился Денис.
Паутина только покрывалась черным нагаром, становилась обжигающе горячей, но не горела. Все равно, что пытаться сжечь стальную решетку. Расплавить, конечно, получится, но какая же для этого нужна температура. Вот примерно так и с паутиной, а нам как-то было не до экспериментов.
В итоге пришлось немного поразмахивать клинком. Я выбрал из своего арсенала тот, что мне нравился меньше всех и был наименее прочным. Проход я вскоре освободил, заплатив за это оружием. Паутину с него не ободрать. Однако кто мешает вернуть мне его в пространственное хранилище, чтобы попробовать сделать это в поместье? Правильно — никто.
Мы обнажили оружие и шагнули внутрь. Я предупредил Дениса, чтобы он был готов оказаться малополезным в бою. Если паутина не горит, то, вполне возможно, что и у гигантских тарантулов особенно высокий иммунитет именно к аспекту огня.
— И где они? — Тимур держал щит и секиру наготове.
— Терпения, мой друг, — Иван жестом ему велел успокоиться.
Мы шли дальше, пока я наконец не понял.
— Стоп. А сейчас приготовьтесь отражать атаку сверху.
— Ч-что⁈ — Алена напряглась.
Почти одновременно мы подняли головы и тут же с противным писком на нас начали падать пушистые черные твари — из круглой головогруди тянулись восемь лап, огромные хелицеры и мохнатое брюхо.
Выстреливаю метательными лезвиями и отпрыгиваю в сторону. Огромный тарантул падает в то место, где я стоял. Он похоронил под собой лезвия, в пылу боя их не достать. Обрушиваю молот в морду еще одного мохнатого монстра. Он едва не вонзает клыки в мою ногу!
Тимур лежит на спине и удерживает тарантула на щите, срубая ему ноги. Иван рассекает головогрудь мохнатой твари, перепрыгивает через брюхо и выстреливает острием в тарантула, который почти добрался до Тимура.
Теперь они вместе срываются с места и бегут за теми тварями, которые вот-вот и догонят Дениса с Аленой. Маг и лучница отбиваются, но попасть в юрких тарантулов на ходу сложно.
Я выхватываю из пространственного хранилища меч с аспектом металла. Молот, конечно, отличное оружие, но что-то совсем не хочется пробовать, каково это, когда огромные хелицеры впиваются в ногу.
Тарантулы то здесь, то там — со всех сторон. Вытанцовываю, будто на дискотеке. Вместо партнерши клинок, а веду его в танце, перекручивая плечами.
Перерубаю лапы, перерезаю множество брюх. В головогрудь — только уколами острия. И с безопасного расстояния. Мерзкая лимфа брызгает в стороны и разносит по пещере едва уловимый, но неприятный запах.
Вдруг что-то шлепается на мой меч. Хитрая тварь стрельнула паутиной с потолка. Перехватываю меч и повисаю на нем, будто хочу подтянуться. Тарантул не выдерживает и падает вниз. Отскакиваю в сторону и понимаю… Весь меч в паутине, больше им не сразиться.
Мигом заменяю его на другой. Продолжаю рубить, но некоторые монстры сообразили. Она повернулись ко мне задом и начала стрелять паутиной. Ладно я сам кое-как высвобождаю себя клинком, но вот меч снова становится бесполезным.
Как того хотела моя сестра Анна, покажу тварям, что такое духовный молот в бою. И пусть хоть кто-нибудь из них попробует цапнуть меня хелицерами. В молот, только я его заношу над тарантулом, прилетает паутина с трех сторон.
Развеиваю оружие и материализую снова. Паутина падает вниз. Монстры видят это и перестают выстреливать в меня сгустками нитей. Не знаю, что они там подумали своими членистоногими мозгами, но будто бы смирились с тем, что паутиной меня не взять.
Вскоре ко мне возвращается «Молот». Ребята воняют ошметками монстров сильнее меня, немного помяты, немного в паутине, но смелы и сильны.
