– Мисс Нонетот, – перебил меня Глашатай, – я понимаю вас, но не собираюсь санкционировать операции на Той Стороне. Увы, но так и должно быть. Он в списке книгобежцев. Мы установили текстуальные сита на всех этажах Библиотеки на случай, если он вознамерится вернуться. По Ту Сторону делайте, что хотите, но здесь будете делать, что вам скажут.
Я мгновенно ощетинилась, но мисс Хэвишем стиснула мою руку, и я промолчала.
– Хорошо, – кивнул Глашатай, снова сверяясь с папкой. – Пункт четвертый. Главное текстораспределительное управление сигнализирует о нескольких попытках вторжения с Той Стороны. Ничего серьезного, но достаточно, чтобы создать небольшое возмущение на фазовой границе между Книгомирьем и Той Стороной. Мисс Хэвишем, это ведь вы докладывали о том, что некая потусторонняя компания проводит какие-то исследования по проникновению в литературу?
Это соответствовало истине. «Голиаф» много лет пытался проникнуть в Книгомирье, но без особого успеха. Им удалось только извлечь вязкий осадок из девяти томов «Мира сыра». Дядя Майкрофт спрятался от них в «Записках о Шерлоке Холмсе».
– Она называлась «Корпорация "Как-ее-там"», – задумчиво ответила Хэвишем.
– «Голиаф» она называлась, – сказала я. – Корпорация «Голиаф».
– «Голиаф». Именно. Я заглядывала туда, когда выручала Путеводитель мисс Нонетот.
– По-вашему, потусторонняя технология продвинулась настолько далеко? – спросил Глашатай.
– Нет. Им еще начать и кончить. Они пытаются запустить управляемый зонд в «Слушателей», но, судя по тому, что я видела, безуспешно.
– Отлично, – ответил Глашатай, – мы понаблюдаем за ними. Еще раз, как они себя называют?
– «Голиаф», – ответила я. Он сделал пометку.
– Пункт пятый. Из заключительной главы «Улисса» украдены все знаки препинания. Около пяти сотен отборных точек, запятых, апострофов и двоеточий. – Он на мгновение умолк. – Верн, не вы ли с этим разбирались?
– Действительно, я, – ответил сквайр, выступая вперед и открывая записную книжку. – Мы засекли кражу два дня назад. Я поговорил с Котом, и он заверил, что никто в книгу не входил, следовательно, остается допустить проникновение в литературную интерпретацию Дублина, а это дает нам несколько тысяч подозреваемых. Мне думается, вор считал, что никто не обратит на это внимания, поскольку большинство читателей так далеко в «Улиссе» не заходят: помните, как была украдена шестьдесят вторая глава «Моби Дика», чего никто не заметил? Но нынешнюю кражу мы обнаружили, хотя, судя по первичным отчетам, читатели сочли отсутствие знаков препинания не катастрофической ошибкой, а печатью великой гениальности, так что у нас образовалась фора по времени.
– А это точно вор? – усомнилась Беатриче. – Вдруг это просто граммазиты?
– Не думаю, – ответил Перкинс, который довел литзоологию почти до уровня науки. – Пунктуазавры очень редки, а сожрать такую прорву знаков препинания – это целое стадо понадобится. К тому же вряд ли они оставили бы последнюю точку. Это, скорее, похоже на издевательство со стороны вора.
– Понятно, – сказал Глашатай. – Так что делать-то будем?
– Единственный рынок краденых знаков препинания находится в Кладезе.
– Беллетрицейский агент там будет светиться, как духовой оркестр на похоронах, – задумчиво проговорил председатель. – Нам нужен кто-то под прикрытием. Добровольцы есть?
– Это как раз для меня, – ответил Вернхэм Дин. – Я пойду. Если, конечно, никто не считает свою кандидатуру более подходящей.
Молчание было ему ответом.
– Похоже, тебе и придется! – радостно воскликнул Глашатай и сделал пометку в папке. – Пункт шестой. Как вы помните, Дэвид и Катриона Бальфур были несколько недель назад убуджумлены. Поскольку от «Похищенного» и «Катрионы» без них мало что осталось, а Роберт Льюис Стивенсон по-прежнему является популярным автором, Совет жанров выдал двум А-генератам четвертого класса лицензию на их замену. Они получат неограниченный доступ к книгам Стивенсона, и я надеюсь, мы все постараемся, чтобы они чувствовали себя уютно.
Агенты зашептались.
– Да, – решительно сказал Глашатай, – я знаю, они никогда не станут в точности такими же, но если повезет, все обойдется. Никто на Той Стороне не заметил, когда заменили Дэвида Копперфильда.
Присутствующие не стали ничего говорить.
– Хорошо. Пункт седьмой. Все знают, что я через две недели ухожу в отставку, и Совету жанров понадобится другой Глашатай. Кандидатуры следует направлять для рассмотрения прямо в Совет.
Он снова помолчал.
– Пункт восьмой. Как вам известно, Главное текстораспределительное управление последние пятьдесят лет работало над усовершенствованием книжной операционной системы…
Агенты застонали. Эта тема явно была болезненной. Ньюхен в целом объяснил мне технологию передачи вымысла, но как именно это работает, я понятия не имела. И, честно говоря, до сих пор не в курсе.
– А вы знаете, что случилось, когда попытались усовершенствовать программу СВИТОК? – подал голос Брэдшоу. – Сбой системы уничтожил всю библиотеку в Александрии – пришлось сжечь ее, чтобы предотвратить распространение вируса!
– С тех пор мы гораздо больше узнали об операционных системах, командор, – примирительно сказал Глашатай. – Хочу вас успокоить: ранние проблемы усовершенствования не остались без внимания. Многие из нас питают сомнения насчет стандартной версии системы КНИГА, в которой записаны все наши любимые произведения, и, я думаю, мы должны радоваться последнему усовершенствованию – КНИГЕ 9.0.
Мы молча слушали его.
– Хорошо. Я мог бы разглагольствовать тут целый день, но, по-моему, лучше передать слово магистру Либрису, который прибыл прямо из Главного текстораспределительного управления. Он сам вам все расскажет. Ксавье, прошу!
Глава 11
Презентация СуперСлова™
Сначала появилась система ТрадУст, которая через десять тысяч лет была усовершенствована путем введения рифмы (для облегчения запоминания) в систему ТрадУстПлюс. На протяжении многих тысячелетий существовала только Повествовательная операционная система, которая дожила и до наших дней. Она распалась надвое около двадцати тысяч лет назад: первая ветвь представляла собой Настеннопись (предшественник РисПлюс 2.3, ГрекАмфора 1.2, МрамоРез 1.4 и позднейшая всеобъемлющая СуперИзоХуд 5.0). Вторая ветвь, Пиктофонная повествовательная система, началась с КлиноПис 2.1 и развилась в группу конкурирующих систем (ВоскоПис, Папирус, ПергамПлюс), которые потом слились во всемирно признанную СВИТОК. Последняя усовершенствовалась восемь раз до версии 3.5, прежде чем ее вытеснила совершенно новая и явно превосходящая ее КНИГА 1. Стабильная, удобная для создания и передачи повествования, компактная, с удобным указателем, КНИГА открыла себе путь около восемнадцати столетий назад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
