столик, который стоял дальше всех от занятых посетителями. Сама же устроилась напротив.
– Если можно, давайте обсудим всё поскорее, – обратилась я к нему, – у меня вон, сколько человек ещё еду ждут.
И кивнула вбок. Народу сегодня действительно было больше, чем обычно. Но при этом, все сплошь новые лица, что меня немного печалило. Если бы пришли каменщики, я чувствовала бы себя намного увереннее.
– Ну, “раз вон сколько ждут” – нехорошим голосом передразнил меня Баран и прищурился, – Выходит, дела у тебя стали налаживаться? А раз так, пигалица, то гони мой миллион.
Я почувствовала, как меня окунули в ванну с ледяной водой. Миллион – сейчас? Он что, издевается? Или он и правда думал, что я смогу за три дня собрать целый миллион?
– Но у нас не было уговора насчет того, что через три дня я отдам вам весь долг… – едва справляясь со своим голосом, чтобы он не срывался на шепот, отозвалась я. Очень хотелось паниковать, бегать кругами и махать руками, – Вы говорили, что за три дня таверна должна начать приносить прибыль и она приносит. Вон, нам… – я запоздало поняла, что оговорилась и как можно быстрее поправилась, надеясь что Баран не обратит внимание на эту оговорку, – …мне уже хватает денег, чтобы закупать продукты. А сегодня я хотела составить меню на неделю вперед.
Баран посмотрел на меня угрюмым тяжелым взглядом.
– Хорошо, сколько у тебя сейчас есть? – недовольно процедил он.
– Я же объясняю, – теперь меня окончательно захлестнуло отчаяние, – Я закупилась продуктами. Поэтому, сейчас у меня не будет и десяти фуриалов. Если хотите, можете подождать пока посетители не расплатятся, но не думаю, что здесь наберется сильно большая сумма.
Увидев, как лицо Барана наливается краской, я испуганно выдала:
– Если бы вы дали мне больше времени, я смогла бы здесь все наладить и начать выплачивать вам долг.
– Неделю! – прорычал Баран, – Даю тебе ровно неделю! И то, потому что три дня назад в этой дыре было невыносимо находиться.
– Но неделя – это слишком мало… – начала я, но Баран врезал кулаком по столу.
– Знай свое место, дрянь! Будешь препираться и неделя превратится в пять дней! Поэтому, если тебе все ясно, то благодари меня за щедрость и вали на свою поганую кухню, где тебе и место!
Меня переполняла обида, но с другой стороны, я понимала, что сейчас не могу ничего предложить Барану. Тогда как с него действительно станется сократить мне срок выплаты долга.
– Спасибо за вашу щедрость… – с трудом выдавила я из себя слова благодарности.
От такой несправедливости хотелось рыдать. Как бы я ни старалась, как бы мне ни помогали Сома с Лирой, а за неделю заработать миллион фуриалов просто невозможно!
Тем временем, Баран поднялся из-за стола. От меня не укрылось как он украдкой кинул взгляд в сторону завтракающих посетителей и быстро облизнулся.
– Если хотите, могу вам предложить наш завтрак, – упавшим голосом отозвалась я.
Больше всего мне хотелось, чтобы Баран сейчас пропал с глаз моих долой, но сердце повара отказывалось отпускать голодного человека, не даже не предложив ему какой-нибудь еды. В конце концов, я как никто другой, знаю, что такое голод, который выворачивает наизнанку.
Баран медленно опустил на меня презрительный взгляд и противно скривился.
– Отравить меня хочешь? Даже если в мире не останется больше никакой пищи, я твои помои все равно жрать не буду!
Обид во мне вспыхнула с такой силой, что меня подбросило на ноги. В голове моментально появился план, за который я отчаянно схватилась всеми руками.
– Тогда, так! Предлагаю вам пари!
Баран вытаращился на меня так, будто увидел на месте меня Сому.
– Какое еще пари?
– Если моя готовка сможет удивить вас, то вы увеличите мне срок выплаты долга.
Сперва на лице Барана проступило раздражение, но потом его быстро сменила задумчивость.
– А если она не сможет меня удивить? Что тогда?
– Тогда… – твердо глядя ему прямо в глаза, ответила я, – …вы хоть сейчас можете закрыть таверну, а меня продать в рабство, как вы и хотели изначально.
Стоит мне это сказать, как на кухне тут же раздался грохот, от которого даже Баран подскочил, опасливо косясь в ту сторону.
Сома! Ну что опять? Подслушивал, что ли?
– Ну, так что скажете, – решила я надавить на Барана, одновременно отвлекая его от подозрительных звуков с кухни.
Баран медленно повернулся ко мне, а на его губах застыла зловещая улыбка.
– То есть, для того, чтобы ты проиграла, мне достаточно всего лишь не признать твою готовку? Что ж, раз так, я согласен! Неси сюда свои помои!
Глава 19
– Подождите, пожалуйста, немного, я приготовлю для вас особенное блюдо, – усадив Барана обратно, я кинулась на кухню.
Стоило мне только появиться на пороге, как взгляд тут же наткнулся на рассерженного Сому, который стоял посреди кухни, уперев лапки в боки и гневно мотал хвостом.
– Сома! – зашипела я на него, – Ну вот зачем ты опять грохотал?
– А зачем ты заключила пари с этим… этим… подлецом? – набросился он на меня, – Баран же даже пробовать твое блюдо не будет! Сразу скажет, что не понравилось, и что потом делать? Тебе – в рабство, а мне куда, на помойку?
– Значит, надо подать ему такое блюдо, которое у него язык не повернется назвать невкусным!
– Всего-то? – обреченно пожал плечами кот, – Тогда почему это звучит так, будто это что-то невыполнимое? И вообще, почему в таком случае не подать ему завтрак, который ты приготовила заранее?
– Потому что он здесь не подойдет! – уверенно ответила я.
Судя по всему, Баран более искушен в еде, по сравнению с нашими обычными посетителями. А, значит, мне нужно приготовить для него что-то более изысканное и неожиданное, нежели рубленый бифштекс с яичницей-глазуньей поверх него.
Я была очень рада, что и Сома, и остальные посетители оказались в восторге от сочной мясной котлеты с ярким и насыщенным мясным вкусом. Который моментально меняется стоит только разрезать жидкий желток, что заливает своим содержимым котлету и дарит ему нежный мягкий привкус. Лёгкая вязкость желтка отлично гармонирует с рубленой котлетой, перенимая ее сильный аромат, но в то же время даря совершенно другие
