14
Нет не такой представляла девушка свою свадьбу. Не было ни роскошного свадебного туалета, ни толпы друзей со счастливыми лицами, ни охапок цветов, наполняющих своим ароматом воздух.
Вместо положенного белого убранства невесты – простое кремовое платье с небольшим вырезом у шеи в форме сердечка. Оно облегало все еще тоненькую фигурку, расходясь книзу широкими фалдами, которые заканчивались немного выше колен. Но несмотря на простоту, платье выглядело потрясающе красивым и женственным. Толпа доброжелателей состояла из Сола, Ибер и малолетнего любимого проказника.
Глаза Ибер подозрительно блестели, но Сол был мрачен, он мог бы с таким же успехом присутствовать на похоронах. Алан оказался куда более точным в своей оценке реакции Сола на их интимную связь. Но Алан не мог предвидеть, что Сол обрушит свой гнев не только на него, но и на любимую сестру.
Невеста стояла с опущенными глазами, уставившись на букет роз, который Ибер сунула ей в руки, когда они выходили из дома. Цветы расплывались в размытое бело-розовое пятно, и невеста моргнула несколько раз, чтобы высушить стоявшие в глазах слезы. В последнее время она постоянно пребывала в плаксивом настроении. Ибер уверяла, что это все из-за беременности. Но Трэлла твердо знала, что главная причина слез – ее разбитое сердце.
Все было не так, как у людей. Они с Аланом должны купаться сейчас в море улыбок и счастья, а вместо этого… Слезы снова навернулись на глаза невесты.
– Мисс Кэтэр? – Голос мирового судьи вывел ее из задумчивого состояния, и она непонимающе посмотрела на строгого мужчину.
– Да… – Трэлла забыла его имя – Мрайн?
Мраунинг?
Судья откашлялся и бросил беспокойный взгляд на Алана. Девушка вслед за ним посмотрела на своего жениха и встретилась с ним взглядом. В уголках его губ образовались жесткие складки, выражение лица было холодным. Все будто чего-то ждали.
– Да, – поспешно промолвила Трэлла, чувствуя, как густая краска заливает лицо.
Судья облегченно перевел дух и быстро завершил церемонию бракосочетания. Новобрачная почти не слышала его слов, так как все ее внимание было направлено на человека, стоявшего рядом с ней. Когда Алан услышал ее «да», складки вокруг рта расправились, а взгляд немного потеплел. Он, возможно, опасался, что невеста в последний момент выкинет какой-нибудь фортель.
Мысль доставила некоторую радость: значит, для Алана важен их брак.
– Вы можете поцеловать невесту. У невесты забилось сердце, когда рука жениха коснулась ее затылка. Волосы девушки были забраны в красивый пучок, оставляя шею открытой. Ощутив прикосновение его пальцев, она почувствовала себя очень уязвимой. Алан, вероятно, заметил в ее глазах смятение и поцеловал невесту с такой нежностью, которая придала ей уверенности.
Сжимая одной рукой букет роз, прелестная новобрачная положила ладонь другой руки Алану на грудь, ощутив через ткань белой сорочки твердые мышцы. И тут же забыла, где они находятся, забыла, что они не одни, забыла обо всем, кроме сладостного прикосновения его губ и сильного тела, горячо прижатого к ее груди.
Затянувшийся поцелуй вызвал у Сола новый приступ ярости, и, приглушенно рыча, он сделал шаг в сторону новобрачных. Ибер успела поймать мужа за рукав.
– Они уже женаты, – тихо напомнила она.
– Это не означает, что ему позволено целовать ее так, – огрызнулся Сол, стараясь говорить потише.
Ибер удивленно подняла брови, в ее серебристо-голубых глазах сверкали насмешливые огоньки. Взгляд жены заставил Сола осознать абсурдность своего поведения. С большой неохотой он вынужден был признать, что, возможно, Алан и имел право целовать свою невесту. Но с чем он уж никак не мог смириться, так это с тем, что его сестренка стала взрослой женщиной. В его представлении она осталась миленькой маленькой дурехой и, очевидно, останется таковой даже на девятом месяце беременности.
Поцелуй закончился, прежде чем Сол снова был готов начать потасовку с женихом. Судья пробормотал свои поздравления, новая супружеская чета повернулась к присутствующим.
Ибер обняла новобрачную, не скрывая слез радости. А та засмеялась несколько нервно. Алан хотел было отойти в сторону, чтобы не тревожить смутное равновесие его отношения с молодой женой, но тут вмешалась Ибер. Она вознамерилась сделать этот день для любимой сестры мужа настолько праздничным, насколько позволяли обстоятельства.
– Поздравляю, – сказала она, обнимая жениха.
В ответ Алан прижал ее к себе за плечи, испытывая благодарность к этой женщине. Через плечо Ибер он увидел, что Сол направился к сестре. Если он посмеет ее обидеть, придется вытащить его во двор и завершить то, что они начали неделю назад.
– Не волнуйся, все будет в порядке, – мягко сказала Ибер, проследив за его взглядом. – Сол очень любит ее. – Она чуть помедлила и добавила: – Может, почти так же сильно, как ты.
Алан изумленно посмотрел на нее.
– Неужели это так заметно?
Ибер ободряюще похлопала новобрачного по руке.
– Ты непременно должен сказать ей о своих чувствах.
Он покачал головой.
– Сейчас она мне не поверит.
– Ты удивишься, узнав, сколько проблем решаются сами собой, когда люди признаются друг другу в любви.
Алан не собирался уступать.
– Не сейчас. А потом, откуда я знаю, любят ли меня? Она мне ничего не говорила.
Да ей и не надо ничего говорить, подумала женщина с легкой досадой. Любой дурак, посмотрев на Трэй, скажет, что она влюблена в Алана. Насколько Ибер понимала, девушка любила его, когда ей было еще лет восемнадцать, а может, и раньше.
Сол стоял, обхватив руками сестру за плечи, а та уткнулась ему лицом в грудь. При виде этой сцены Алан, с одной стороны, порадовался добрым отношениям в этой семье, а с другой – ощутил себя невольным виновником едва не возникшего семейного разлада.
– Ну, хорошо, – весело проговорила Ибер и, взяв Алана под руку, повела в другой конец комнаты. – Нам надо привести себя в порядок, – объявила она и взяла Трэллу за руку.
– Но я… – Ибер утащила ее из комнаты, прежде чем та успела закончить фразу.
Два бывших друга остались вдвоем.
– Как я понимаю, теперь, предполагается, что мы должны пожать друг другу руки и улыбнуться, – произнес Сол.
– Я думаю, твоя сестра хотела бы именно этого.
Они стояли, глядя друг другу в глаза. Их соединяли долгие годы истинной дружбы, а разъединяла обида Сола, увидевшего в поступке друга откровенное предательство.
– Она моя сестра, черт возьми!
– Я знаю. Не моя вина, что все так случилось.
– Как же! – выпалил Сол, имея в виду беременность сестры. Он судорожно провел рукой по волосам, значительно более темным, чем у сестры. – Ты должен был связаться со мной, чтобы я приехал и забрал ее.
