не было ночью, Александра была уверенно практически на шестьдесят процентов. Но вспоминая его слова, остальные сорок, были полны сомнений.
Все же, Арский мужчина и наличие бесчувственного женского тело под боком — это отличный шанс, воспользоваться этим.
"Разве нет?" — задала она вопрос самой себе.
— Нет! — вслух парировала. — Он не из тех, кто клюет на таких как я.
«Правильная девочка. До тошноты».
— МАКС —
Вернувшись снова в номер, после незапланированной пробежки, Макс с облегчением выдохнул. По его возвращению, Саши уже не было в нем.
«Ну и отлично», — подумал он. «Это к лучшему». Ведь присутствие ее рядом, пугало его. И связано это было с тем, как его тело странным образом стало реагировать на нее.
Было бы проще спихнуть все на отсутствие секса, в последние дни. Но нет. Дело было не в нем. А скорее в другом. И вот это уже было дурным знаком. Ведь он сначала думал, что это лишь игра, блажь — в отсутствии Власова. Но нет. И он не заметил сам, как эта игра превратилась в самую настоящую погоню за ощущениями ее близости рядом с собой.
Смешно.
«Арский проснись! Ты разве забыл кто ты и кто такая Александра Громова?
Ты просто поддался на природное очарование девушки. Тебя одурманили ее наивность и скромность. И именно это тебя и задело в ней. Ведь подобные качества большая редкость, если учесть, тех особ женского пола, что вьются возле тебя».
Да он не был ценителем женских прелестей, но у Саши было что-то… Что-то такое, что приковывало к себе и притягивало как наркотик. Простота, острый ум или дерзость. ЧТО!?
«— Я тебе не нравлюсь», — эхом пронеслось в сознании и Макс в отчаянии зарычал.
Сняв через голову толстовку, он со злостью швырнул ее на диван. Он не планировал утром потеть в тренажерке. Но после слов Александры, ему срочно понадобилось время, чтобы проветрить голову. Да и телу не мешала лишняя нагрузка, чтобы не реагировать на то, что ранее не вызывала в нем, в принципе, никакого интереса.
"Да чтоб его!"…
И вот так, второй раз за утро, ему приходится принимать душ, по ее милости. Отличное начало дня не придумаешь.
"Дерзкая девчонка и как только она посмела".
Хотя…
Нужно сказать ей спасибо. Кто знает, куда бы завела эта игра, если бы она вовремя не остудила его пыл.
Боже… и о чем он только думал в тот момент.
«Да парень, Питер плохо влияет на тебя», или… проблема не в городе. А скорее в человеке, к которому неожиданно стало тянуть его. И вот это влечение было вызвано не ясно чем.
"Что в ней есть такого, чего нет у других?".
Он хмыкнул. «Точно. Это явно что-то не от мира сего. Безумие какое-то», — ведь как по-другому объяснить то, как его стало тянуть к ней. И кому? К Громовой!!!
«Твою ж…, только попадись мне еще раз на глаза. Клянусь, так легко тебе не удастся сбежать. Или… Точно! Лучше ее вообще не видеть».
Арский вошёл в спальню и посмотрел на убранную постель. И ни намека не осталось на то, что в этой комнате была она. Лишь одинокий темный бумажный пакет, был неким диссонансом на общем фоне светлой спальни.
Что внутри, Максу, почему-то, даже и не захотелось знать. Просто поскорее нужно все тут заканчивать и срочно возвращаться в Москву. Наплевать на то, что подумает при этом Власов. Захочет — прибежит. А у него полно дел, по милости папаши.
Саша…
А Саша — это просто временная блажь. Своим невинным личиком она скрасила последние дни пребывания его в Санкт-Петербурге. Ни больше, ни меньше.
Спасибо!
Занавес закрывается.
Актеры уходят со сцены.
Он возвращается в Москву!
Арский потянулся к телефону, чтобы сообщить администратору о брони билета на свое имя, когда в дверь постучались.
«Неужели она», — пронеслось в голове, и он поспешил открыть злополучную дверь.
— А ты какого черта тут? — только успел произнести.
ИЛЬЯ
Любовь — изменница; она царапает вас до крови, как кошка, даже если вы хотели всего лишь с ней поиграть. Нинон де Ланкло
Илья вдавливал педаль газа в пол, варьируя по шоссе между машинами. Он соскучился по другу, что как только Ольга сообщила, что он может возвращаться в город, а они с отцом приедут позже, то Власов не раздумывая, схватил ключи и умчал.
Отсутствие рядом Арского было ощутим для него. Однако забота о больной бабушки была куда важнее. И вот, когда самое страшнее — позади, он снова может себе позволить быть тем, кем он есть.
Времени проведенного в деревни, для него вполне хватило, чтобы расставить приоритеты и понять, как поступить с Сашей. Он все ей расскажет и после попросит прощение. Что поделать, если он ее не любит и никогда не любил.
Что насчет родителей? То тут, все будет куда сложнее. Ведь Сашу, они знают практически с пеленок, и пока дети росли, строили совместные планы об их будущем.
Бывает. Но как часто детская любовь становится любовью по жизни? Да и ни он выбирал ее в качестве своей спутницы, а скорее наоборот, за него сделали этот выбор.
Нет, он, конечно, не расскажет родителям, что побудило его к подобному шагу. Не стоит. А побыв еще немного дома, просто со спокойной душой вернется вместе с Максом в Москву. Он сошлется на то, что разрыв с Сашей болезненно дался для него и лучше им побыть вдали друг от друга, пока он не сможет залечить свои раны.
Он практически все просчитал до мелочей и даже знал, что сказать Громовой. Какие нужные слова подобрать для спокойного расставания.
А что она?
Поревет денек другой и успокоится. Саша ведь не дура и поймет, что так будет лучше, чем есть. И вообще, это куда проще, чем жить с человеком, который не чувствует к тебе ничего. От слова — «СОВСЕМ».
