усмехнулся, проводя губами вверх и вниз по изгибу моей шеи, которая была полностью открыта для него, потому что сегодня вечером я выбрала свой обычный "конский хвост". Я почувствовала прохладное прикосновение кольца в его губе и его горячее дыхание на своей коже, когда его руки вернулись к твердой хватке на моих бедрах. Он пробормотал: — Что-то вроде этого.
Я отказывалась думать о том, насколько влажными были мои трусики в этот момент. Зак был горяч, он умел танцевать как грех, и я всегда чувствовала себя с ним хоть немного как дома.
Дом, который был у меня до того, как Семьи украли его у меня.
Я поймала широко раскрытые глаза Мари из толпы, где она танцевала в группе самых приятных студентов-стипендиатов. Я натянуто улыбнулась ей, на что она ответила взглядом типа - какого хрена ты делаешь.
— Это действительно очень хреново, все эти правила, — продолжал Зак, все еще мурлыкая мне на ухо, когда обнимал меня. — В противном случае, я бы с удовольствием посмотрел, как двигаются твои бедра, пока ты извиваешься на моем члене.
Я собрала все свои силы, чтобы сдержать стон. Мой бестолковый друг Зак вырос грязным сексапильным, и от этого у меня чуть не расплавился мозг.
— Но этому не суждено сбыться, — продолжил он с драматическим вздохом. — У Наследников действительно есть определенные... стандарты.
И запись с нуля. Пора просыпаться, мать твою, Джоли.
Я знала, что он почувствовал мою улыбку на своей щеке. — Да, хорошо, я понимаю. У меня тоже есть стандарты. — Одним плавным, отработанным движением я высвободилась из его объятий и двинула локтем ему под ребра.
— Ай, черт, — прорычал он.
— Никогда больше не прикасайся ко мне, ты, эгоистичный засранец.
— О, перестань, принцесса...
Я отошла от него. — Нет.
В любом случае, моя работа здесь была закончена.
Я собиралась сходить в ванную, а потом найти Мари и убедить ее, что пришло время покинуть эту кишащую пиявками адскую дыру.
Когда я нашла дамскую комнату, то обнаружила, что она, что неудивительно, намного шикарнее, чем это было действительно необходимо для ванной. Здесь был богатый ковер охотничьего цвета, золотые раковины в форме морских раковин стояли на белых мраморных стойках, а в углу стоял розово-золотой шезлонг на случай, если кто-то из нас почувствует слабость. Кто-то спустил воду в туалете в одной из закрытых кабинок позади того места, где я стояла у богато украшенного зеркала, и даже это прозвучало изысканно.
Покончив со своими делами, я снова нанесла помаду для губ телесного цвета и поправила конский хвост, затем вышла обратно в полутемный коридор на поиски Мари.
Не успела я сделать и трех шагов по коридору, как что-то тяжелое ударило меня по голове, и все потемнело.
Первое, на что я обратила внимание, придя в себя, был тот же зеленый ковер, что и в ванной. Я лежала на спине, в голове у меня нестерпимо стучало, и я чувствовала, как теплая жидкость стекает по щеке и скапливается на мокром ковре у меня под головой.
Медленно, используя каждую унцию оставшихся сил, я заставила себя сесть. Именно тогда я заметила, что моя правая рука была прикована наручниками к верхней трубе того, что, как я вскоре обнаружила, было старым радиатором, заставляя мою безвольную руку висеть над головой.
— Тссс, она проснулась, — услышала я шипение Лизы, пока пыталась открыть глаза.
Черт возьми. Все, что я сделала, все приготовления и тренировки, и я позволила Лизе Авиано вырубить меня.
— Твоя мама убьет тебя. — Это была Харпер. — Посмотри, сколько крови на ее ковре.
Я наконец заставила себя открыть глаза и обнаружила, что нахожусь в офисе, профессионально оформленном и обставленном так, словно это было в журнале. Там был большой деревянный письменный стол, два розово-золотых стула перед ним, которые гармонировали с шезлонгом в ванной, и красочные произведения искусства, украшавшие стены. Свежие цветы стояли в хрустальной вазе на неброском приставном столике.
Я прислонилась к боковой стене рядом с батареей и теперь смотрела в самодовольные лица Лизы, Харпер и Энни.
Лиза подошла ближе, присев на корточки до моего уровня, чтобы поприветствовать меня. — Я уверена, ты была очень довольна своим маленьким выступлением там. Держу пари, ты думаешь, что у тебя есть какое-то влияние на Зака, и он станет твоим билетом из твоей жизни в трущобах прямо на вершину.
— Ух, — простонала я. — Возьми себя в руки, Авиано. Если бы Зак хотел тебя трахнуть, он бы тебя трахнул. Вымещая на мне свою неуверенную чушь, ты не изменишь этого факта.
Она взвизгнула и замахнулась на меня пощечиной, которую я поймала свободной рукой перед ударом, изо всех сил сжав ее костлявое запястье, когда она закричала. По крайней мере, мои рефлексы вернулись в норму.
— Послушай, — сказал я, морщась от боли, которая отдавалась в моей голове с каждым произносимым мной словом. — Я сейчас дерьмово себя чувствую, и у меня свободна только одна рука, но я все равно надеру тебе задницу. Отойди от меня.
Она отдернула руку и поспешила назад на своих острых каблуках. Она снова заняла свое место рядом с Харпер и Энни, которые теперь настороженно наблюдали за мной. Лиза разгладила свое облегающее белое платье, приходя в себя, а затем достала серебряный ключик из своей крошечной сумочки.
— Вот ключ от этого кабинета, — сказала она, высоко держа его. — Мы уходим и запираем дверь. Потом мы вернемся на вечеринку, чтобы продать этот ключ тому, кто больше заплатит. — Она притворилась, что рассматривает его, как будто изучала его маленькие части. — Интересно, сколько мне принесет выстрел спермы в трущобную киску?
Отлично. Я собиралась убить кое-кого сегодня вечером.
В голове у меня застучало сильнее.
Харпер радостно подбежала к столу в нескольких футах от меня. Она открыла изящный серебристый ноутбук, который стоял на нем, и расположила его так, чтобы камера компьютера была
