направлена на мое место на полу.
— Просто небольшая прямая трансляция, на которую мы позаботимся о том, чтобы у Наследников была ссылка, — счастливо захихикала она. — Не то чтобы мы все не знали, что ты распутная дрянь, но иногда полезно иметь веские доказательства. Академия тоже не слишком благосклонно относится к публичному разврату. Если повезет, тебя исключат.
Я ничего не сказала. Я сунула свободную руку в карман комбинезона, как и следовало ожидать, обнаружив, что мой телефон пропал.
— Это ищешь? — Пропела Энни, протягивая мне телефон. Затем, проявив силу, которая меня действительно удивила, она швырнула его в противоположную стену, и он разлетелся вдребезги от удара. — О, нет, это прискорбно.
Это было неудачно. Дому предстояло купить мне новый со всем специальным программным обеспечением, которое мы использовали, и это делало его ворчливым.
— Вы трое закончили? — Я заворчала, пытаясь стереть кровь с лица. — Я поняла картину. Лучше отправляйтесь воплощать свою дьявольскую миссию.
— Мы не шутим, ты, тупая сука, — рявкнула Харпер. — Мы собираемся убедиться, что этот ключ достанется кому-то с очень гибкими моральными принципами.
Они хотели, чтобы я плакала, просила и умоляла их. Они хотели увидеть, как я сломаюсь, и они хотели заснять это на камеру.
Я бы никогда не дала им этого.
— Ну, с этой компашкой это будет нетрудно, — сказала я, лениво пожимая плечами.
— Фу, поехали, — захныкала Лиза. — Это все равно что спорить с малышом.
Я наблюдала, как они вышли, перешептываясь друг с другом, прежде чем захлопнуть за собой дверь. Последовал характерный звук закрывающегося замка, что означало, что мне нужно было быстро принять несколько решений.
Хотя я неохотно оставила свой рюкзак в общежитии, у меня все еще был маленький нож в ботинке и несколько заколок в волосах.
Однако камера была гребаной проблемой.
Я громко вздохнула, изображая разочарование, и провела рукой по кровоточащей, распухшей ране сбоку на голове, тем же движением вытаскивая шпильки из волос. Я дернула наручник, словно проверяя его, затем раздраженно застонал, поворачиваясь к своей скованной руке и вставая спиной между ней и камерой.
Я изобразила, что продолжаю тянуть. — Давай! Ломайся, тупица!
Все это время я вставляла булавку свободной рукой в замок, открывая его несколькими быстрыми движениями. Я оставила наручники там, где они были, подсоединенными к радиатору, и медленно поднялась на ноги, чтобы подождать.
В голове у меня стучало, и мне скоро нужно будет прилечь.
Через несколько минут звук вставляемого в дверь кабинета ключа и поворачивающийся замок дали мне заряд адреналина, необходимый, чтобы сосредоточиться и не обращать внимания на боль.
Дверь открылась, и вошел парень, в котором я смутно узнала товарища по Академии, прежде чем закрыть дверь и запереть ее за собой. Он был ниже, примерно моего роста, и такой же плотный и мускулистый, как Чед. У него были коротко подстриженные каштановые волосы и короткая аккуратная бородка. Его глаза-бусинки жадно рассматривали меня.
Поскольку я не сразу узнала его, он, должно быть, был неизвестным Второго уровня, пытавшимся произвести впечатление на свое начальство.
— Срань господня, — сказал он, заливаясь смехом. — Они действительно не шутили. Это шлюха из Саутсайда, наконец-то оказавшаяся там, где ей и положено быть. Я так рад, что обошел Чеда за этот ключ.
Я уставилась на него непонимающим взглядом, прежде чем повернуться и посмотреть прямо в объектив камеры ноутбука. Я подняла ногу в кроссовке, к счастью, мои ноги были достаточно длинными, чтобы дотянуться до стола, и врезала ботинком по экрану ноутбука, разбив камеру и прервав прямую трансляцию.
— Черт, они будут в ярости, что ты это сделала, — сказал идиот, подходя ближе и злобно глядя на меня.
— Да? — Спросила я, наконец-то признав его. — Ты разочарован, что твои преступления не будут выставлены на всеобщее обозрение?
Он мрачно усмехнулся. — Детка, нет такого понятия, как преступление, когда ты один из нас.
Что ж, в основном это было правдой.
— Да? — Спросила я, стараясь держаться с ним как можно ближе, все еще притворяясь прикованной к батарее. — Тогда это хорошие новости, потому что, когда они будут вытаскивать отсюда твое тело, я бы предпочла, чтобы ко мне не приставали копы.
— Забавно, — протянул он, все еще надвигаясь на меня. — Просто веди себя прилично, и, возможно, это тебе даже понравится.
Я выдернула руку из наручника, и его глаза расширились.
— О, я думаю, что это действительно мне очень понравится.
И тогда я атаковала.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
В тот момент, когда Макс взломал замок на двери офиса и ворвался внутрь, а за ним в панике вбежала Мари, они пропустили большую часть веселья.
Они нашли меня на полу, оседлавшей мудака потенциального-насильника и придавившей его руки коленями, пока я била по его едва приходящему в сознание лицу.
Может быть, я немного схитрила, вытащив нож из ботинка, когда подныривала под него и с ходу полоснула по ахиллову сухожилию? Может быть, но на самом деле я была не в настроении валять дурака.
Он кричал так, словно умирал, я повалила его на землю, и вот мы здесь.
Я врезала кулаком ему в нос, почувствовав приятный хруст от того, что он сломался, когда он застонал и забулькал, затем подняла глаза. — Привет, — сказала я Максу, тяжело дыша. — Я не знала, что ты все еще здесь.
— Привет, — повторил он, скрестив руки на груди и недоверчиво посмотрев на меня. — Это то, что ты хочешь сказать мне прямо сейчас? Привет?
— Что?
— Чика, почему бы тебе просто... не сделать небольшой перерыв, — мягко сказала Мари, подходя ко мне и протягивая руку. — Макс может закончить это.
Я уставилась на нее, нахмурившись
