Шеремета должны были вбросить их через двери пожарной лестницы в коридор по сигналу, тем самым замкнув дымовой капкан для террористов. Затем четверо стрелков с центральной площадки начинали обрабатывать беспокоящие огнём коридор. Всё это должно было гарантированно загнать негодяев по комнатам и начать скорую эвакуацию гражданских с пятого этажа вниз через опасный центральный пролёт.
Действовать нужно было очень быстро, потому что дым ожидаемо попрет во все стороны и скоро окажется на центральном пролете, тогда работать там станет невозможно. По прикидкам Казино, у них была на все — минута. После чего можно было действительно сниматься и уходить.
Когда всё отчитались Казино о занятии позиции, тот хлопнул по плечу Сову:
— Давай.
Тот вместе с Климом уже держал в руках подготовленные гранаты с удалёнными электрокапсулями. Чиркнули зажигалки и через секунду два цилиндра влетели далеко в коридор, выбрасывая через боковые отверстия мощные струи тяжелого дыма. Если кто-то из засевших в коридоре и успел их увидеть, то через пять секунд всё пространство заволокло жёлто-зелёной пеленой.
Заря и Бойко тут же начали обстреливать залитый продуктами горения гексахлорбензола коридор.
— Жара, гаркнул в рацию Казино.
Через пять секунд хлопнула дверь пожарной лестницы и голос Шеремета отчеканил:
— Гранаты заброшены.
Химик и Казино встали на колено рядом с поливающими коридор товарищами, что бы начать огонь когда те будут перезаряжаться.
Макс и Балу досматривали правый коридор, сюрпризы отсюда нужно было исключить.
По лестнице затопали и зашаркали множество ног. Женщины с детьми спешили вниз, кто таща за руку, кто прижимая к себе малышей. Старики и люди среднего возраста, цепляясь друг за друга молча с напряжёнными лицами бежали по ступеням и скрывались за лестничными маршами. Поддерживая некоторых, в потоке мелькали мужчины с оружием и без, которые бросали взгляд на группу Макса и продолжали эвакуацию.
Стена дыма из левого коридора надвигалась на центральную площадку.
Правый коридор оказался чист. Макс закончил досмотр и не нашел никого, кроме срезанного им дозорного. Разведчик подскочил к меняющему магазин Казино:
— Давай сменю тебя, от меня, как от командира толку ноль.
— Меняй, отхожу, — откликнулся тот, — спрошу снайперов пока, что там у них за картина в прицелах.
Казино поднялся и оглянувшись на поток людей пробормотал:
— Капец. Сколько же вас тут…
Он уже поднёс палец к тангенте, намереваясь запросить снайперов, когда, посылающий пулю за пулей в ядовитую мглу, Заря напряженно выкрикнул:
— Движение в коридоре!
— Быстро идёт! Всём внимание! — заорал Бойко.
Макс успел подумать, что всё опять не по плану. Люди ещё продолжали двигаться через площадку. Затем он увидел стремительно приближающееся из глубины коридора чёрное пятно. Палец мгновенно сдвинул переключатель режима огня на автоматический, но было поздно.
Пятно разделилось на две части. Одна вылетела из тумана, словно запущенная катапультой и сбила с ног Сову. Тот грохнулся наземь и проехал на спине по керамограниту пола метра три, прежде чем остановился. Макс понял: то, что сбило Сову, было человеком. Вернее, его телом. Потому что тот не пытался бороться с барахтающимся под ним Совой и вообще не двигался. Вторая же часть вылетела на пространство площадки ещё стремительнее и стало ясно, что это и есть настоящая проблема. Человек в черном спортивном костюме двигался словно в ускоренной съёмке, только с каким-то рваным ритмом, словно пленку то ускоряли, то вновь притормаживали.
В окончании невероятного прыжка человек приземлился аккуратно между четырьмя стрелками, которые стоя парами за колоннами вели огонь по коридору. И пока те переводили на него стволы, он, как костяной бильярдный шар, отлетающий от борта, метнулся на стоящего возле потока бегущих вниз гражданских, Химика.
Химик, румяный низкорослый парень в спортивных очках, стоял в полный рост и автомат в его руках смотрел вниз. Людей для контроля задымленной зоны и беспокоящего огня хватало и в момент появления из коридора внезапной угрозы он не стрелял. Химик лишь приглядывал за бегущими вниз людьми. Летящий в него человек в костюме взмахнул руками в которых тускло блеснул клинок. Химик выглядел воплощённой жертвой, полевой мышью на которую с неба падал сокол, однако половины секунды ему хватило, чтобы качнуть в сторону тело, пропуская опускающийся сверху металл мимо. Клинок грохнул, разрубая толстую плиту керамогранита и тут же взлетел вновь, рубанув слева направо. И снова Химик увернулся, падая спиной назад, туда где в плотной толпе закричали заполошно люди. Женщины, дети.
Бойко, Заря и Клим с Казино уже развернулись и пытались поймать в прицел человека в костюме. Однако стрелять бы они не смогли: теперь фигура возвышалась над разбегающимися в стороны гражданскими. Видимо понимая мгновение своей неуязвимости, человек на секунду замер глянув себе под ноги и затем сделал новый мощный прыжок вниз по лестнице. Макс беспомощно дергая стволом вслед за бестией, замер. Там внизу не было никого кто мог бы остановить меченосца и там внизу было полным-полно тех, кого он сможет безнаказанно рубить.
Макс не понял, сколько ухнуло набатом секунд в голове, но тут, пролётом ниже, перекрывая человеческие крики, грохнула длинная автоматная очередь, а потом раздалась длинная матерная тирада.
………………………………………………………………………………
Наёмники Руса были, в основном, из тех, кто долго работали на «дальняке». В Африке и на Ближнем Востоке. Когда пришло время больших перемен и стало ясно, что необходимо окружить себя людьми определённого сорта, Рус отобрал спецов имевших опыт боевых выходов и спец операций, а не только охранной деятельности. Там была своя специфика. Там уже сама работа фильтровала тех, кто вывезет определённые эмоции и будет при этом выполнять задачи. Люди эти в процессе работы привыкли к человеческой крови. И к своей, и к вражеской и, зачастую, к гражданской. Но лично разговаривая с каждым, он старался усмотреть в глазах кандидата тёмный огонь мясника. Того, кто однажды тихо сошёл с ума и подсел на кровавый труд. Кто ждал, жаждал, что бы новое дело закончилась бойней. Для кого профессия лишалась смысла и вкуса если в конце не было крови. На земле, на одежде, на боевом ноже.
Таких он аккуратно отсеивал. Рус чувствовал в какую жопу катится мир и хотел для себя, по возможности, максимально надёжную команду. Да, он знал, знал из опыта, что люди — самый неверный и проблемный ресурс. Знал, что не сумеет всех просчитать и всё предвидеть. Но просчитать маньяка он мог, и иметь его за спиной не хотел. Поэтому сейчас, входя в здание санатория, в котором всё пошло не так, он внимательно
