Читаем без скачивания Публичное разоблачение - Лаура Ван Вормер

– Гм. – Я допила вино. – А что здесь? Когда он жил в Каслфорде? Что о нем говорят?

– Совсем мало. Был тихим. Неплохо учился.

– Правда? А как насчет спорта?

– Ничего больше. – Джо покачал головой.

– Ладно, у тебя, Джо, есть номер моего сотового. – И тут я кое-что вспомнила. – Постарайся, Джо, выяснить, было ли обнаружено тело в сгоревшем магазине. Не забудешь? Возможно, кто-то захочет избавиться от тела Джонни Мейерза.

Глаза Джо расширились до предела.

– Я не слышал, что там был подрыв. Говорят, газовая труба под землей рванула.

– Это подстроено, – сказала я.

Я поехала в редакцию газеты, прошла через холл и поднялась по лестнице. Редакторы финансового отдела и отдела искусств вместе с Девоном просматривали фотографии, которые он снял на пожаре.

– Помощь нужна? – спросила я походя.

– Конечно. – Финансовый редактор с благодарностью обернулся ко мне.

– У меня есть список компаний и начальников пожарных расчетов, – сказала я. – Отберите лучшие фотографии, а я постараюсь определить, кто есть кто.

– И сочинить текст. Договорились? Что-нибудь конкретное. Джо – тяжелый случай, если ты понимаешь, о чем я говорю.

«Только факты, только факты. Голая правда».

Целых три часа мы работали над материалом о пожаре, и я была рада, что осталась. Вот что значит работать в газете.

Когда я наконец вернулась домой, Скотти был вне с себя от радости. Я тоже воспользовалась «удобствами» на улице. А когда зашла в ванную и посмотрела на себя в зеркало, не могла удержаться от смеха. Поверить не могу, но никто не сказал мне об этом. Я выглядела как трубочист, как самый чумазый из них. Я быстро скинула с себя одежду и встала под душ. Обмотав голову полотенцем, направилась к столу, на ходу надевая халат.

Я включила автоответчик, и голос Спенсера сразу же сразил меня. Ба! Я совсем о нем забыла. Как зачарованная прослушала его сообщение. Он скучает по мне и, возможно, по дороге в Нью-Йорк заедет. Одна моя половина затрепетала от обещанной встречи с ним, а вторая приказала ответить отказом. Я должна работать. Кроме того, совсем не хотелось, чтобы он вторгался на территорию Дага.

Хотя увиделась бы с ним с удовольствием.

Следующее сообщение было, конечно, от Дага. Его голос звучал трагично: «Пожалуйста… Хочу увидеться с тобой, Салли. Мы должны поговорить, иначе я себя… Кошмар!»

Я вздохнула. Устала я от всего этого. Прошла на кухню к задней двери и позвала Скотта. Надо накормить его. «Я твой самый лучший мальчик!» – лаял пес.

– Знаю, знаю, малыш, – сказала я, садясь на ступеньку и протягивая к нему руки. Скотти любит, чтобы его обнимали. Он затрусил ко мне и обрушил на мои колени все свои семьдесят два фунта. Я почувствовала амбре скунса, с которым он встречался пару недель назад.

– Что мне делать с Дагом? – спросила я его. Скотти тявкнул. – Ты прав, – одобрила я. – Посоветуюсь с мамой. – Я потрепала его за ухом.

Мы вошли в дом, и я накормила Скотти. Налила себе кружку йогурта и села за компьютер. Было тихо, мирно, и мы со Скотти чувствовали себя отлично.

И в это время появился сумасшедший Пит.

Глава 23

– Прежде чем приготовлю тебе поесть, Пит, – сказала я, потуже стягивая на талии пояс халата, – должна предупредить, что ты не сможешь провести у меня ночь. Я отвезу тебя домой. Даг сказал, сейчас ты в полной безопасности.

– Откуда он знает? – спросил Пит, следуя за мной на кухню.

– Попробуй убедить меня в обратном, – сказала я, обернувшись.

– Я много знаю, Салли, – прошептал он.

– Хорошо, хорошо, – проворчала я, указывая ему на стул за столом. Мне было не до подробностей.

– Салли!

– Послушай, Пит, – сказала я, подбоченившись, – многие люди полагают, что убийство совершил ты, а не Джордж Буш.

– Хорошо. – Смущенный моим резким тоном, он покорно сел за стол. – Я пойду домой. Они непременно меня схватят.

Я вернулась в гостиную, поменяла магнитофонную ленту проверила батарейки и снова вернулась на кухню.

– Хочу сказать тебе вот что, – начала я, заглядывая в холодильник. – Ты должен сообщить мне все, что знаешь. Никаких вокруг да около, никакой таинственности.

– Никакой таинственности, – повторил он, наблюдая, как я вынимаю из холодильника мясо на ребрышках.

– Хорошо, – сказала я и положила мясо в микроволновку размораживаться. – Ты когда-нибудь разговаривал с Тони Мейерзом?

– Нет.

– Почему Тони Мейерз оказался на мосту Кеглз-Понд?

– Не знаю.

– Тебе не кажется странным совпадение, когда на месте назначенной встречи я обнаружила труп?

– Да.

– И у тебя нет никаких объяснений?

– Нет.

Я потерла лоб, пытаясь быть терпеливой.

– Определенно у тебя есть какие-то соображения по этому поводу, Пит.

– Думаю, его послали масоны, – тихо сказал он, явно стараясь меня не обидеть. – Они все как-то узнали. – Его затрясло.

– Пит, почему именно масоны? – попыталась я его образумить. – Почему ты их боишься?

– Потому что они контролируют весь мир. – Я посмотрела ему в глаза. – Во внутренний круг входят многие группы влиятельных людей. Именно поэтому они такие преуспевающие. Внутренний круг способствует их карьерам в плане мирового господства.

– Назови кого-нибудь из них.

– Все наши президенты, средства массовой информации…

– Средства массовой информации?

Он кивнул.

– Женщины не могут быть масонами, поэтому во внутреннем круге нет ни одной женщины. Есть Совет по внешним связям.

– Джордж Буш входит в него?

– Связан с ним, – ответил Пит, прищурившись.

– А кто из средств массовой информации входит в этот совет?

– Барбара Уолтерс, Дайана Сойер, Генри Киссинджер, Дэн Рэзер, Петер Дженнингз, Том Брокоу. Но другой организацией, которую использует внутренний круг, является Трехсторонняя комиссия. И когда человек принадлежит к двум или более из этих групп, он связан с внутренним кругом. Джордж Буш принадлежит ко всем трем группам: масонам, совету и комиссии. Бил Клинтон тоже во всех трех группах.

– Но один республиканец, а второй…

– Это все обман – эти политические партии. Внутренний круг – мастак создавать конфликты, чтобы спрятать свое присутствие. Росс Перо тоже масон. Вообрази, вся власть – Буш, Клинтон, Перо – трое масонов-левшей.

Я пропустила слово «левша» мимо ушей, зажгла газ и поставила сковороду на плиту.

– Кто еще? – спросила я.

– Джералд Форд – масон и член совета. Ньют Джингрич. Рокфеллеры, старший и младший.

Я посолила и поперчила стейк. Затем достала из холодильника салат.

– Какая связь между планом захвата мирового господства и маленьким Каслфордом?

– Господство. Как масоны убили Джона Кеннеди за отступничество, за отрицание их господства, точно так же они убили здесь, в Каслфорде, твоего отца.

Я перевернула стейк и уменьшила огонь. Отрезав два кусочка хлеба, положила их в тостер и достала чесночный порошок.

– Думаешь, мой отец отрицал чье-то господство в нашем Каслфорде? – наконец спросила я.

Он энергично закивал.

– И думаю, они убили Тони Мейерза по той же причине.

– Пит, – сказала я, положив ему на плечо руку, – ты говоришь о моем отце, поэтому не пудри мне мозги. Если у тебя есть что сказать, выкладывай.

– Я просто слышал об этом, Салли.

– Где?

– Вокруг. – Пит явно чувствовал себя не в своей тарелке и стал озираться, словно готовясь к побегу.

Ломтики хлеба выскочили из тостера, я намазала их маслом и посыпала чесночным порошком. Выложила стейк на тарелку и поставила на стол вместе с салатом и перцем. Я дала Питу салфетку и вилку с ножом. Затем налила в стакан сельтерской.

– Лук будешь?

Он, с полным ртом, покачал головой.

– Очень вкусно, – сказал он, прожевав и вытирая рот салфеткой.

Я села за стол напротив и наблюдала, как он ест. То же самое делал и Скотти, сидя на полу. Скотти не попрошайничал, но смотрел так, что сердце разрывалось.

– Тебе действительно не известно, как Тони Мейерз узнал, что ты собираешься на Кеглз-Понд?

Пит перестал жевать, затем снова принялся за еду. И только после этого покачал головой.

Определенно лгал. Раньше Пит был убежден, что Тони Мейерз поджидал его у пруда, чтобы убить.

– Кого ты защищаешь, Пит? Я никому не скажу. Я знаю, ты недоговариваешь, потому что кого-то боишься. Я права?

Он снова перестал есть и начал сопеть, наблюдая за мной.

– Это официантка из кафе? Та, что сказала мне о встрече с тобой? Ты боишься, она попадет в беду? – Он покачал головой. – Тогда кто? – Пит сложил нож с вилкой на тарелку и сидел как на электрическом стуле, ожидая его включения. – Кто это, Пит? – настаивала я. – Ты же знаешь, что можешь мне доверять.

Из его левого глаза выкатилась слеза, и мне стало так жалко Пита. Для его бедного замутненного разума этот мир кажется таким опасным.

– Папа, – прошептал он. – Папа сказал этому человеку пойти туда.