целиком.
Так, по моему разумению, появился и Бабаджи 5 февраля, в день посвящения Иисуса, в великий день первоначального просветления всего человечества.
Восхождение с Бабаджи на гору Кайлаш
Вскоре после этого (было как раз воскресенье) Бабаджи решил пойти на гору Кайлаш и взять с собой 10–12 человек из нас. Он был одет в красивый огненно-синий шелк, в ультрамариновый синий — цвет самого Бхайрава Бабы.
Бабаджи выбрал прямой путь к горе Кайлаш, а не более долгий, вдоль источника, который я знала. Это было очень трудно — карабкаться по крутым склонам.
На многих участках нашего пути Бабаджи заявлял: «Это дорога королевы! Это королевская лошадиная башня! Это королевский мышиный путь!».
Это очень вдохновляло. В глубине души я понимала, но не умом, другие — тоже. В этот день я прошла через напряженный подъем на пределе своих сил. Тогда Бабаджи сорвал плод с дерева, откусил от него и дал его мне. Плод был горьким. После этого ко мне снова вернулись силы.
Когда мы достигли вершины, там, по-видимому, должна была состояться огненная церемония, а затем раздача прасада — еды.
Я была крайне удивлена этим. Такие действия в этом самом святом месте, полном глубокой тишины? В свой первый подъем сюда я обрела здесь вечность.
Бабаджи действительно провел тут, наверху, воскресную огненную церемонию, потом каждый получил кусок замечательного пирога. Позже я узнала, что каждое воскресенье на Кайлаше проходила огненная церемония в честь Бхайравы Бабы, потому что воскресенье является днем этого великого целителя и чудотворца, собственноручно нарисованное изображение которого Бабаджи подарил мне еще в 1978 году. Бхайрава Баба является главной силой, правой рукой бога Шивы, он уничтожает силы зла и защищает силы добра.
Когда потом люди вновь начали спускаться, я захотела хоть на мгновение еще раз ощутить силу и тишину и задержаться здесь, наверху. Так и получилось, когда я спустилась вместе с Бабаджи, а все остальные были далеко впереди.
Половину горы мы прошли вместе. Как трудно нам было! Иногда я поскальзывалась, и Бабаджи всегда терпеливо ждал меня.
И вдруг он, как ракета, сиганул вниз. Это было захватывающе. Он едва коснулся земли, в то время как я продолжала медленно и осторожно спускаться. Во время этого совместного пути Бабаджи отобрал у меня мое большое огорчение от расставания с горной вершиной.
Книга превращения ОМ
В 1979 году я привезла Бабаджи две пустых книги, одна из которых была больше похожа на альбом. «В какой из них я должен рисовать для тебя?» — спросил он.
«В кожаном переплете», — сказала я. Он начал рисовать в ней красивые рисунки акварелью и золотом. Каждое изображение было полно смысла.
Эту книгу могли бы назвать «Книга превращения ОМ».
Почти на каждой картине он вверху поставил Ом на санскрите, сильно изменив «Oм»:
с
на
и на
.
Указывает ли это на то, что и само творение было поглощено Творцом и появится снова?
О пророчествах
Когда Бабаджи пророчествовал через людей, последние могли интуитивно выражать то, что он передавал посредством их. Например, через Шастриджи он выражал себя как космический врач.
Словно врач, он видел состояние мира, каким оно было, и мог сказать, каким оно станет впоследствии.
И как врач, он давал и лекарство для лечения.
Бабаджи давал нам понять, что могло бы случиться, если бы не вмешалось божественное милосердие, которое может вмешиваться лишь тогда, когда человек призывает его и когда он готов к тому, чтобы меняться, менять свою жизнь, чтобы служить Божественному.
Он давал нам «лекарство», например Ом намаа Шивайя — имя Бога, — чтобы мы повторяли его. И в добавление — жили в истине, простоте и любви, практикуя карма-йогу, то есть делали лучшее что могли, как акт любви, не привязываясь к результатам.
Отпечатки ступней Бабаджи
Февраль 1979 года. Прибыли еще несколько западноевропейцев. Всех нас разместили в двух смежных номерах, мужчин и женщин — вместе. Только позже мы поняли, что мы и были теми самыми людьми, которые впоследствии основали центры. Кстати, после 1980 года — после того, как стало приходить много людей с Запада, их расселяли — мужчин и женщин отдельно, в дополнительно выстроенных помещениях.
Бабаджи оставлял свои следы — один из самых динамичных процессов, которые мы когда-либо видели! Кумкум — красный порошок — смешивали с водой в большой миске. Вначале Бабаджи ставил свои ноги в миску с водой, а затем — на лист бумаги, который я расстелила перед ним.
Это было замечательно — то, что отпечатывалось на нём. Первый отпечаток представлял собой пятно между двумя ступнями, а пятки не совсем отпечатались, но я была совершенно очарована.
Отпечатки ног Бабаджи
Последующие следы получились прекрасными, и он раздал их нам. Он спросил
