и были причиной отравления и ранее принадлежали чудовищно большим растениям.
Остальные трое смертников находились на волоске от смерти. Оливар знал, что вытащит всех, благо знаний хватало, и возможностей тоже. Только бы не мешали. А то разбегались по лазарету.
То Хранитель Мираль Конели заявился и требовал, чтобы он сделал всё возможное и невозможное тоже для раненых, а особенно для свободных женщин. То Главный Страж Южного корпуса пришёл убедиться, что, и правда, выжило аж пятеро из отправленных на верную смерть смертников. А то и сам начальник тюрьмы Сид Умас заявился, и вид у него был мрачный и задумчивый. Причём этот странный человек не задал ни одного вопроса. Просто обошёл каждого смертника, рассмотрел внимательно каждый сантиметр истерзанных тех, особенно долго разглядывал иномирянку, и ушёл, так ничего и не сказав.
Оливар пригласил в качестве помощников целителей из других корпусов, потому что каждая секунда была на счету. Те оказались толковыми и расторопными. Делали всё, что он говорил, без возражений и сомнений. И скоро жизни раненым уже ничего не угрожало. Процесс восстановления обещал быть долгим, но это уже никого не пугало. Главное, что всех спасли.
Женщин поместили в одной палате, троих мужчин — в другой. Оливар не знал, когда пациенты очнутся, ему лично хотелось бы, чтобы это произошло как можно позже. Чтобы у них была возможность провести как можно больше времени в лазарете. И ещё он понял одну важную вещь — он появился в Тюрьме Пустоши вовремя. Только благодаря эликсиру бессмертия эти пятеро выжили во время Смертельных игр и выдержали все испытания.
* * *
Майстрим вернулся во дворец ночью.
Открыл портал в лесу, где был спрятан магмобиль, сел за руль и, как ни в чём не бывало, появился во дворце, перед растерянными охранниками и придворными, без дела слоняющимися по дворцу.
Тени рода тут же взяли его под охрану, глава которой смотрел на императора с упрёком. Но Маю было плевать на взгляды Теней, придворных и друзей тоже, которых обнаружил возле своих покоев, уставших и недовольных.
— Не сейчас. Я для всех занят, — опередил он их вопросы, прошёл мимо покоев и скрылся в кабинете.
Майстрим остался равнодушен к нахмуренным лицам парней. Ему действительно было не до них.
Император велел принести лёгкий ужин. Он выспался в комнате Елении по совету Бердайн, выпил лечебный эликсир Ордайн Огдэн, после которого почувствовал себя намного бодрее. Верховная фурия заявила ему, что он давно взрослый человек и должен понимать, что в полубессознательном состоянии мало полезен в поисках Ели. Май пообещал королеве фурий питаться нормально и высыпаться.
Обещал-то обещал, но как это сделать, если все мысли заняты тем, где находится его невеста и как её вызволить оттуда.
В голове все ещё не укладывалась версия королевы о Тюрьме Пустоши.
Май сел в кресло, задумался о том, почему не чувствует больше ментальную связь. Мрачные мысли упрямо отгонял от себя.
И был вознаграждён — он вдруг отчётливо почувствовал, что Елении плохо. Что она цела физически, но очень истощена и находится без сознания. Связь возникла еле ощутимая, хрупкая, но она появилась!
Вот только… Елении было сейчас плохо, а Май понимал, что ничего сделать не может и словно озверел. Слепая ярость завладела разумом мага. Он вскочил, перевернул стол, швырнул кресло в стену…
Тени рода и члены боевой пятёрки императора услышали характерный шум в кабинете императора. Звуки ломаемой мебели, безостановочные удары в стену, разбитое стекло и странное рычание…
Император бесновался?
Разве подобное возможно?
— Ваше величество! — Глава Теней рода настойчиво постучал в закрытую дверь кабинета.
Друзья Мая тоже подошли к кабинету, переглядываясь с беспокойством.
— Я. Никого. Не хочу. Видеть. — прозвучал из-за двери ледяной голос императора. — Я занят. Все уйдите.
А потом шум продолжился.
Тени рода и члены боевой пятёрки мрачными изваяниями застыли у двери в кабинет, не понимая, что произошло с их императором, догадываясь, что случилось что-то ужасное.
* * *
Когда ярость стала сходить на нет, Май растерянно оглянулся, чтобы понять, куда делось кресло, на которое он хотел упасть. Кресло он нашёл быстро, — валялось в углу кабинета. Вернее, то, что от него осталось, — обломки.
Май хмуро обвёл взглядом окружающую его разруху. Обломки второго кресла валялись в другом углу. Поняв, что падать не на что, император Ровении просто уселся на пол, прислонившись спиной к стене.
Майстрим с мрачным удивлением рассматривал последствия своей ярости. Это ж надо, как его накрыло, — кабинет был полностью разрушен. Просто невероятно… Даже карниз содрал со стены и переломал на несколько частей.
Картины изуродовал…
Столько дней держался… Не позволял себе срываться. Даже выспался, находясь на Земле Фурий. По настойчивой просьбе Верховной Фурии, конечно, но всё же. И вроде некоторая определённость появилась в поиске Ели. Тоненькая ниточка ментальной связи обрадовала.
Сначала обрадовала, а потом эта ниточка и выбила его из равновесия. Как только представил свою нежную красивую девочку среди смертников Тюрьмы Пустоши без сознания, истощённую, несчастную, так и накрыло.
И хорошо, что накрыло, зато теперь голова снова трезвая, а то почти решил уже идти в одиночку против Тюрьмы Пустоши.
Тени рода снова постучали в дверь кабинета. Теперь более настойчиво. Услышал за дверью решительное требование Мика открыть дверь. Голос Дана… Видимо парни испугались наступившей тишины.
Майстрим громко и смачно послал всех. Подальше… Надоели уже… Сейчас ему необходимы одиночество и тишина, — он должен подумать и принять решение. Относительно плана по освобождению Ели, предложенного королевой Бердайн.
План королевы был прост до невозможности. Майстрим собирает Теней рода и отряд боевиков, Верховная — всех своих девочек. Они перелетают через Стену Спасения, Фурии переносят мужчин, — не может же стена быть бесконечной? — находят Елению с помощью особой связи между ней и Маем, забирают её и перелетают обратно. План был простой, наглый, не лишённый смысла.
Вот только на вопрос Мая, почему Фурия уверена, что Стену можно перелететь, та ответила, что помнит сказки матери из детства о подобном. А как известно, в каждой сказке есть только доля сказки. Значит, можно, и она выяснит, как это сделать.
Основывать план по такому серьёзному мероприятию на сказке?! На детских воспоминаниях?! Маю, как военному разведчику, это не казалось удачной идеей. И разумной тоже. Он даже хотел поинтересоваться о том, сколько веков назад Бердайн Огдэн была ребёнком? Но язык не повернулся.
Они договорились, что к Стене Спасения Верховная Фурия полетит со
