И видно прямо с детства. Кто-то за партой спокойно не может высидеть сорокаминутный урок без замечаний, а кто-то весь день слушает учителя и делает, как ему велят.
Мне всегда было удобно со вторыми, но любила я первых. Их подсознательное стремление к разрушению любых ограничений было присуще и мне. Нет, я не была сорви головой, но и тихоней не была. Такой себе середнячок, но знающий чего хочет.
И вот сейчас мне сложно, особенно учитывая, что не происходило вообще ничего. Мы несколько дней просто тихо и спокойно живем. Миша в свой спальне, я в своей. Вместе завтракаем, обедаем и ужинаем. Смотрим какой-нибудь фильм, что ему нравится. Миша показывает мне книги и статьи, которые бы хотел, чтобы я прочитала. Я читаю, смотрю, ем, вежливо отвечаю на вопросы и с каждым днем внутри все сильнее закипаю.
От его вопроса «все ли у меня хорошо», уже колотит. Но я же послушная, так что киваю и улыбаюсь. Миша удовлетворенно вздыхает и целует меня в щеку. Прямо идеальный идеал идеальных отношений, да?
Четвертый день моего послушания начался как обычно, так же продолжился и уныло подполз к своему окончанию. Мне уже начало казаться, что я затухаю как лампочка, которой перекрыли доступ к электричеству. Все раздражает, все бесит. Даже идеальный стейк на идеально белой тарелке и идеальными каплями соуса, над которым Миша трудился три часа. Чертов зануда.
Миша опустил передо мной тарелку и присел напротив. Отточенным движение расплавил салфетку и положил на колени, я последовала его примеру. Уныло посмотрела на еду и щедро посыпала стейк перцем из стоявшей между мной и Мишей перечницы.
– Ты уверена? – он приподнял бровь.
– Да, – поперчила еще раз и принялась за еду. Пусть хоть где-то будет жарко и горит огнем, если уж не в моей постели.
Миша отрезал идеальный кусочек от своего идеального стейка и наколол его на вилку. Придирчиво осмотрел, отправил в рот и прикрыл глаза наслаждаясь идеальной прожаркой и идеальным вкусом:
– Идеально.
Я втянула воздух через ноздри и запихнув в рот переперченный кусок, запила его водой. Так и хочется сказать Мише, куда бы ему пойди со всей его идеальностью.
– Согласна, – дожевав мясо, я принялась медленно и грациозно отрезать еще один кусочек.
– Действительно? – на лице Миши появилась насмешливая улыбка, – не слишком остро?
– Есть немного, – я запила очередной кусок перченой говядины водой из стакана и помахала ладонью у рта, загоняя туда прохладный воздух.
– Жарко? – съязвил мой скучный доминант.
– Ты знаешь, да, – я на секунду замерла и одним ювелирным движением грациозно стащила с себя платье через голову, отбросив его на пол, – так лучше, спасибо.
Провела ладонью по своей пышной груди и опять сосредоточилась на еде, как будто ничего не случилось. Вот тебе твое идеальное послушание.
Миша на секунду замер, глаза скользнули по обнаженной коже, цепляя соски, которые от его внимая тут же затвердели и поднял на меня свои слегка удивленные глаза.
– Очень жарко, – прокомментировала я и опять обмахнулась ладонью.
Доесть своей ужин у меня получилось до половины и я спешное его отодвинула, выпивая остатки воды.
– Спасибо, – благодарно улыбнулась Мише, – было очень вкусно.
– Вижу, – он убрал наши тарелки и сел обратно за стол, в упор разглядывая меня через стол. Взгляд стал совсем тяжелым и я инстинктивно начала дышать чаще, – а еще вижу, что с послушанием у нас начинаются проблемы, да, Снеж?
От его вкрадчивого голоса по обнаженной коже побежали мурашки. Прав Миша, большие проблемы и меня срочно нужно наказать.
– Нет, – невинно поглаживаю пальчиками край столешницы, потупив взгляд.
– Еще и врешь, – Миша уперся локтями в стол и положил голову на кулаки, – а ну, посмотри на меня, – голос стал совсем низким, царапающим все внутри и я мгновенно подчинилась, – давай сюда, поближе, хочу лучше тебя рассмотреть, раз уж показываешь, – его ладони уперлись в стол и огладили столешницу.
Я неуверенно посмотрела перед собой облизала губы. На стол?
– Давай, я жду, – его ладонь с силой опустилась на стол, разнося вибрацию от хлопка по всей поверхности.
Поднявшись на ноги, я поставила одну ступню на стул и забралась коленями на стол, пододвинулась к Мише ближе. Ощущать себя вот такой выставленной на обеденном столе вместо еды было слегка унизительно. Неправильно. Но в то же время жутко возбуждающе, как будто я изысканное блюдо, которое предложено ему.
– Упрись ладонями в колени и шире разведи ноги, – раздалась следующая команда, которой я подчинилась, – знаешь, что сейчас будет? – поинтересовался Миша низким и ласковым голосом.
– Наказание? – я прикусила губу и посмотрела на него исподлобья.
– Оно самое, раз уж ты так напросилась, – его пальцы беспрепятственно прикоснулись к раскрытому клитору и влажной промежности. За время нашей небольшой перепалки, к своему стыду, я не хило возбудилась.
Пальцы свободно нырнули в меня и начали ритмично двигаться, возбуждая еще сильнее. Глаза сами закатились и я запрокинула голову, наслаждаясь лаской. Хотелось, чтобы Миша просто сорвался и завалил меня на этом столе. В любой позе, сколько угодно раз. Черт, я согласна на все!
Эти три скучных дня в край меня доконали. И сейчас мне нужен взрыв, чтобы сбросить все напряжение, что копилось внутри, пока я изображала из себя идеальную пай-девочку.
– Хочешь? – раздался снизу хриплый смешок.
– Да, пожалуйста, – мои ногти впились в кожу на коленях и поскребли выше. Так хорошо, чувствовать Мишу внутри себя, просто запредельно.
– Не меняй позу, – пальцы исчезли и он поднялся на ноги. Его лицо оказалось перед моим и Миша пошло лизнул языком мои губы, глубоко погрузился в рот и развязно поцеловал, – остренькая, – он оторвался и без дальнейших пояснений исчез в стороне подвала.
Вот черт!
Изнываю и ерзаю, ощущая как колени, прижатые в твердой поверхности, начинают затекать. За ними потихоньку ноют и ноги. Коже становится прохладно, а от ожидания все внутри цепенеет. Интересно, что Миша придумал на этот раз.
Дверь подвала хлопает и я оборачиваюсь на звук, следя за расслабленным приближением Миши с фиксаторами на коротких цепочках
