Читаем без скачивания Синдзю - Лора Роулэнд

Больше никто не стоит у него на пути.

С ощущением абсолютной власти мужчина пошел через сад к номеру Сано.

Он снова шагал по вонючим тюремным коридорам. Только вел его не эта, а судья Огю, облаченный в парадные одежды.

Огю остановился в конце коридора и распахнул дверь.

— Идите, ёрики Сано. — Высокий скрипучий голос почти потонул в воплях и стонах заключенных. — Идите и разделите судьбу тех, кто не слушается приказов и не выполняет своих обязанностей!

Сано не хотел идти. Он боялся узнать, что лежит за этой дверью. Но невидимая сила толкала его вперед. Почти плача, он упал на колени перед судьей и простер руки.

— Прошу вас… Не надо…

Огю засмеялся:

— Ну и где ваша самурайская отвага, ёрики Сано?

Сильным пинком он послал Сано в дверь, и тот оказался на четвереньках внутри комнаты. Сано закричал — сначала от изумления, потом от ужаса.

Посреди комнаты стоял стол. Около него Мура и доктор Ито. Мура держит длинное лезвие, нижняя часть лица обмотана белой тряпкой.

Доктор Ито призывно махнул рукой, и тут Сано заметил, что стол пуст. Ждет. Его.

— Нет! — закричал Сано.

Соломенные сандалии не издавали ни звука в отличие от половиц, которые покряхтывали при каждом шаге. Наблюдатель подошел к номеру Сано. Тронул дверь. Заперта. Он вынул из-за пояса кинжал. Просунул между дверью и косяком, надавил на щеколду. Она поддалась со скрипом. Наблюдатель перепугался так, что чуть не выронил кинжал. Застыл, прислушался.

Из номера доносилось лишь мерное похрапывание. Наблюдатель медленно отодвинул дверь. Комнату залил лунный свет.

Сейчас…

Сано услышал громкое бульканье. Мура, доктор Ито, жуткий стол исчезли. Вместо них появился кто-то, неуклонно идущий к Сано. Исиро инстинктивно схватил меч, вскочил на ноги и рубанул перед собой. Кто-то отшатнулся и пулей вылетел из комнаты.

Сано потряс головой. Приснится же такое! Тюрьма, судья Огю, морг, незваный гость… Ему понадобилась целая минута, чтобы окончательно прийти в себя, осознать, где он находится, и оглядеть номер. Все как будто в порядке, страх должен отступить. Однако Сано испытывал пугающую уверенность, что мир вокруг изменился. Каждый нерв тревожно вибрировал.

Запах, стойкий сладковатый запах. У Сано запершило в горле, и он чихнул. Звук разорвал тишину. Сано понял, чего ему не хватает.

Похрапывания секретаря.

— Цунэхико?

Наклонившись, он коснулся юноши. И сразу отдернул руку. Одеяло было мокрым, теплым и липким. Сано уронил меч и рухнул на колени. Дрожащими руками отвернул одеяло.

От потрясения у него на миг остановилось сердце.

Цунэхико лежал на матрасе лицом вверх. Из глубокой раны на горле текла кровь.

Глава 15

«Так вот откуда бульканье», — подумал Сано.

Он стащил с себя кимоно, прижал к страшной ране и похлопал юношу по щекам в безумной надежде оживить. Он знал, что Цунэхико умер. Он определил это с первого взгляда.

Теперь Сано понял, что незваный гость ему не приснился. Он схватил меч и ринулся к двери, непроизвольно отметив в уме, что она открыта. Убийца — уж не таинственный ли преследователь? — не уйдет! Жуткая жажда мести горела в душе Сано, он раньше и не подозревал, что способен на такое. Он хотел кровью отплатить за кровь. Он хотел обрушить на голову убийцы весь гнев богов. Босиком, в одной набедренной повязке, с поднятым мечом, он обежал вокруг трактира.

— Стой! Убийца! — кричал он.

Словно отвечая ему, со стороны деревни взорвался и затих перестук копыт.

— Стой! Убийца!

В окнах стали зажигаться огни. Сано услышал, как гости беспокойно засуетились в номерах, встревоженные голоса загудели: «В чем дело? Кто кричит? Где ночной сторож?» Сано опомнился: «Действительно, что со сторожем? Если он не смог предотвратить нападение, то хотя бы теперь должен трещоткой поднять на ноги стражников на пропускном пункте и деревенскую полицию».

Сано помчался к воротам, оттуда в сад. Вдруг нога что-то задела. Сано споткнулся и упал. Против ожидания он не ушибся, а ткнулся в мягкий куль. Кто-то подбежал с фонарем и закричал:

— Дзихэй! Сыночек!

Сано оглянулся и увидел рыдающую пожилую женщину. Тогда он посмотрел на куль.

Выпученные остекленевшие глаза младшего Горобэя заставили его отпрянуть и вскочить на ноги. «Задушен, — мелькнула мысль. — Тем же, кто убил Цунэхико». Сано зажмурился и оцепенел от ужаса. Рыдания женщины звучали словно отзвук его собственной муки. Услышав топот и мужскую речь, он открыл глаза. Вокруг него столпились соседи по ночлегу.

— Побудьте с ней, — приказал он монахам, указав на мать сторожа. — За мной! — крикнул самураям.

Не дожидаясь ответа, Сано кинулся к конюшне. Самураи, разомлевшие от спокойной жизни, а особенно от ночной пирушки, тем не менее последовали за ним, полураздетые, сжимая мечи, пыхтя и тряся животами.

Сано с помощниками безрезультатно прочесал окрестности. Убийца растаял в ночи.

Несколько часов прошли как в бреду. Сано сообщил Горобэю, что, кроме его сына, убит постоялец. Доложил о преступлениях стражникам, те вызвали деревенскую полицию, старейшин и старосту. В «Рёкан Горобэй» набилась целая толпа желающих посмотреть на тела убитых.

— Вы уверены, что он мертв? — все время спрашивал староста, склоняясь над трупом Цунэхико.

Сано знал: смерть знатного путешественника сулит деревне, где расположен пропускной пункт, серьезные проблемы и расходы. Это и отчет перед центральной дорожной администрацией в Эдо, и проведение расследования, и оповещение ближайших родственников, и организация кремации тела или его транспортировка домой. Тем не менее идиотский вопрос заставил Сано сорваться.

— Да, идиот! Конечно же! Он мертв! Даже не думай посадить его в каго и отправить на следующую станцию. Он умер здесь. Только здесь!

Староста уставился на него, открыв рот. Нахмурился.

— Откуда нам знать, что это не вы сами его убили?

— Это не убийство с целью ограбления, — монотонно сообщил старейшина, открывая шкаф и извлекая содержимое. — Деньги на месте. — Он потряс кошельками Сано и Цунэхико.

Сано уже приходило в голову, что власти могут заподозрить его в совершении убийств. И он сказал:

— Взгляните на мое оружие… Там нет крови. Да и вообще. Зачем мне убивать секретаря в нашей общей комнате, а потом поднимать тревогу? Зачем душить сторожа и взламывать собственную дверь?

То ли аргументы Сано, то ли его должность убедили присутствующих, Сано больше не обвиняли в убийстве.

— Чтобы поймать преступника, нужно отправить поисковую партию в обе стороны дороги. Немедленно. Иначе он улизнет, — предположил Сано.

Перспектива не вызвала восторга. Старейшины заявили, что лучше дождаться рассвета, в темноте, дескать, поиски бесполезны. Полиция согласилась, что лучше искать по свежим следам, но усомнилась в целесообразности беспокоить важных гостей в придорожных трактирах. Староста от смущения всплеснул руками. Молодой человек, недавно перенявший должность у отца, он никогда прежде не имел дела с убийством. В конце концов он объявил, что лучше отложить решение вопроса, дабы хорошенько оный обдумать.

— Тогда позвольте мне организовать погоню, — взмолился Сано. — Я беру на себя всю полноту ответственности за беспокойство.

И это предложение было отклонено. Сано — чиновник из Эдо, его полномочия не распространяются на Тоцуку. Как и всякий человек, у которого погиб спутник, он останется в трактире (стражник проследит), продиктует заявление и подпишет множество документов. Утром ему необходимо прийти на допрос, организовать кремацию тела Цунэхико и пообещать доставить пепел семье юноши.

Наконец Сано оставили в покое. Горобэй поместил его в запасной комнате, которую поспешно приготовила плачущая служанка.

Сано попробовал уснуть, но не смог. Он встал на колени перед окном. Печаль, злость, ужас, до сих пор сдерживаемые, нахлынули с удесятеренной силой. Хотя в комнате было тепло, его охватила жестокая дрожь. Половицы вздрагивали вместе с ним. Сано сжал челюсти и напряг мышцы, чтобы справиться с ознобом. Через несколько минут, показавшихся вечностью, дрожь утихла, тело стало слабым и опустошенным, зато мозг заработал, как никогда, четко.

Цунэхико убил человек, который следил за Сано. Убил по ошибке. Сано, а не Цунэхико, должен был стать жертвой. Лишь счастливое пробуждение и быстрая реакция спасли его от ножа. Зачем понадобилось убивать Сано? Только для того, чтобы остановить расследование. Кому это выгодно? В первую очередь семейству Ниу, все ниточки ведут к нему. Но нельзя сбрасывать со счетов и Кикунодзё с его умом и талантом перевоплощения, Райдэна с его мощью и склонностью к насилию, даже судью Огю с его странной позицией.