Читаем без скачивания Там, где тепло - Павел Корнев

Выход один — кому-то придётся сдавать назад. И поскольку с санями такой фокус точно не пройдёт, остаётся только убедить в этом наших коллег по несчастью, прикатившими на двух увешанных гирляндами мощных фар «камазах».

Но вот переговоры на этот счёт явно не задались…

Свист ветра, едва не сбивающая с ног метель, колючие волны магической энергии и — несколько яростно ругающихся мужиков. Сюрреализм чистой воды, но такова уж человеческая природа.

Как же можно просто сдать назад, не помотав перед этим нервы ближнему своему? А уж первому встречному без препирательств и вовсе никак уступить нельзя. Сам себя после этого уважать не будешь. И по барабану, что из-за дурацкого гонора мы теряем драгоценное время, а шансы опередить бурю уменьшаются с каждой минутой у обеих сторон.

Поправив ремень закинутой на плечо винтовки, я подобрался ещё чуть ближе к спорщикам и прислонился к торчавшему из сугроба обломку бетонного забора. Михаил Григорьевич и Кирилл Ефимович к этому времени из переговоров уже выбыли, и препираться с невысоким мужиком в зимнем камуфляже остался один начальник охраны.

— Да не можем мы отъехать! — заорал Константин, перекрикивая шум ветра. — У нас дюжина саней! До вечера сдавать назад будем!

— Тогда во двор заезжайте! — безапелляционно заявил представитель товарищей по несчастью, которые оказались нам вовсе не товарищами.

Я заметил свисавший у него с плеча компактный пистолет-пулемёт и на всякий случай, подавшись немного вбок, укрылся за бетонным столбиком. Не стоит на всеобщем обозрении торчать, если того и гляди стрельба начнётся. Охранники как с нашей, так и с той стороны к такому развитию событий уже готовы — оружие наизготовку, все настороже.

И надо сказать, вооружённого народу у «камазов» собралось едва ли не вдвое больше, чем у нас. Обозников-то в расчёт можно не принимать, толку от их двустволок будет немного.

— Какой во двор?! — теряя терпение, ткнул рукой Константин на перегородивший проезд сугроб. — Ты как снег расчищать предлагаешь?

— А мне какое дело? — осклабился мужик. — Мы возвращаться не будем!

— Да вам метров тридцать всего назад сдать, а там разминёмся! — продолжил взывать к здравому смыслу начальник охраны. — Слушай, давай не будем терять время, мы просто не сможем отъехать. Даже если попытаемся, нас тут всех вместе бурей накроет. Вам-то какой интерес здесь торчать?

— А почему мы возвращаться должны? А? Вы какие-то особенные, что ли?

— Да не сможем мы просто! — в сердцах крикнул Константин и потёр изуродованную шрамами щёку. — Ты пойми, либо решаем вопрос быстро, либо всем мало не покажется!

— А чего ты мне тыкаешь? — моментально зацепился за слова набычившийся мужик, которого начало трясти от злости. — Ты мне не тыкай!

— Не буду, — очень спокойно пообещал начальник охраны, но меня от такого тона пробил озноб. Чувствовалось в его голосе нечто жутковатое. — Давай просто решим проблему…

— Проблему? У кого проблема? Это у вас проблема будет! Ты понял?

— Что я должен понять?

— Освобождайте дорогу!

— Ты же сам видишь, не можем.

— А меня не колышет! — завёлся бугай и ткнул Константину пальцем в грудь. — Лучше не зли меня!

Неожиданно я уловил слишком уж упорядоченное для царившего вокруг хаоса биение магической энергии и сразу связал его с выглядывавшим из кабины дальнего «камаза» человеком. Толком разглядеть его мешала метель, но в том, что это колдун, сомневаться не приходилось.

Теперь понятно, почему они так борзеют. Полтора десятка автоматчиков плюс колдун — ну как при таком раскладе можно каким-то торгашам дорогу уступить?

— Освобождайте дорогу! — рявкнул мужик, лицо которого налилось дурной кровью. — Или… — он глянул мимо Константина на ряды саней и гаденько улыбнулся, — или мы бурю в машинах переждём. Съел?

— Слушай, клоун, — произнёс потерявший терпение начальник охраны и, придвинулся к собеседнику почти вплотную. Дальнейшее сказанное им помешал расслышать шум ветра, но мужика эти слова без всякого сомнения проняли до самых печёнок.

Скривившись, он молча развернулся и зашагал к грузовикам. Распахнул дверцу кабины и только начал что-то говорить, как получил по лицу босой пяткой и уселся задницей в сугроб.

— Какого хрена?! — вывалившийся из кабины парень в майке-алкоголичке и камуфляжных штанах едва не повалился следом, но сумел удержать на подножке и вскинул пистолет-пулемёт. — Страх потеряли, твари?!

И одной длинной очередью он срезал запряжённых в ближайшие к грузовикам сани лошадей. А в следующий миг и сам рухнул в снег с простреленной головой — каким-то неуловимым движением выхвативший из кобуры пистолет Константин выстрелил в него навскидку, но умудрился при этом всадить пулю точно между глаз.

Воспользовавшись всеобщим замешательством, начальник охраны метнулся за сани и, перехватив оружие двумя руками, опустошил магазин в стоявших у грузовиков людей. И тут уже выстрелы загромыхали с обеих сторон.

Грохот очередей, визг рикошетящих от бетона пуль, ржание бьющихся на снегу коней, крики людей.

Хаос.

Спрятавшись за бетонный столбик, я скинул варежку в снег, несколькими судорожными движениями передёрнул затвор винтовки и осторожно выглянул обратно.

Как ни странно, особого преимущества вооружённые автоматами отморозки поначалу не получили. Дробовики и жезлы «свинцовых ос» позволили охранникам оттеснить лупивших беспорядочными очередями парней ко второму «камазу» и разбежаться по укрытиям, прежде чем иссякли заряды в отводивших от них пули амулетах.

Лишив лишний раз не высовываться, я рискнул прибегнуть к ясновиденью, но рвавшие магическое поле помехи и убойная доза Л-13 не позволили в полной мере оценить ситуацию. А потом сознание опалил призрачным огнём отголосок напитываемого энергией боевого заклинания, и стало ясно, что медлить нельзя.

Привстав, я сразу заметил размахивавшего руками колдуна, с кончиков пальцев которого срывались терявшиеся в бесновавшейся вокруг него вьюге оранжевые искры, и поспешил приладить цевьё винтовки на плоскую верхушку столбика. Упёр приклад в плечо, поймал заклинателя на мушку и плавно потянул спусковой крючок.

Громыхнул выстрел, ствол слегка подкинуло, но попытка вывести из игры колдуна канула втуне — оставившая явственно различимый ясновиденьем след пуля вдруг вильнула в сторону и вместо колдуна прошила брезент тента.

Матерно помянув все защитные амулеты вместе взятые, я ухватился за рукоятку затвора, перезарядил трёхлинейку и вновь выругался, обнаружив, что за это время гимназист успел спрятаться за кузов «камаза».

А в следующий миг нестерпимо заломило зубы. Во рту появился металлический привкус, и после нескольких редких хлопков полностью смолкла вся стрельба. Точнее — перестали стрелять ружья и автоматы. Жезлы «свинцовых ос» как и прежде продолжали бесшумно плеваться смертью, и теперь преимущество оказалось уже на нашей стороне. Что ни говори, не одними атакующими чарами колдуны полезны…

Потеряв несколько бойцов, прятавшиеся за «камазами» беспредельщики начали отступать, и тут из снежной пелены вынырнула и метнулась к обозу огромная шаровая молния. Попадавшиеся ей на пути снежинки просто испарялись, но прежде чем сгусток энергии рухнул на сани, за которыми прятались наши стрелки, ослепительная вспышка отбила его назад. Прямо на кабину головного грузовика.

Громыхнуло знатно. Во все стороны полетели куски перекрученного железа, а взметнувшееся к верхним этажам соседнего здания пламя немедленно перекинулось на прикрытый тентом груз.

Вконец растерявшиеся отморозки поспешили раствориться в снежной пелене, а вдогонку им начали осторожно выдвигаться прикрывавшие друг друга подчинённые Константина.

Остальные обозники от саней отходить не стали и бросились оказывать первую помощь раненым. А заодно добили пострадавших в перестрелке лошадей.

И неожиданно я осознал, что наблюдаю за всей этой суетой со стороны. Пока обоз ехал, все были равны, но случился форс-мажор — и про меня просто забыли. С одной стороны так даже проще, а с другой — спасать в первую очередь будут своих. И забывать об этом ни в коем случае не стоило.

— Чё за фигня?! — присел рядом со мной прибежавший на звуки стрельбы Напалм. — По какому поводу махач начался?

— Дорогу не поделили, — ответил я и, стряхнув снег с валявшейся в сугробе варежки, поспешил натянуть её на озябшую ладонь.

— Вот ни хрена себе! А грузовик зачем запалили?

— Колдун случайно шаровую молнию туда отбил, — указал я на сидевшего в соседних санях Иосифа.

Гладко выбритое лицо гимназиста из-за перенапряжения пошло яркими пятнами, красные отметины расползлись по скулам и подбородку, а от заметно припухшего носа тянулась вниз тоненькая струйка почти чёрной крови. Зачерпнув пригоршню снега, гимназист приложил её к переносице и повалился обратно на скамью.