глушь.
С этими мыслями я закрыла чемодан, твёрдо решив отправиться во дворец, как вдруг в моё окно постучали. За секунду я успела как перепугаться, что Мейсон меня нашёл и теперь жаждет пообщаться, так и с радостью вспомнить, что вообще-то когда-то давно Сириус грозился заглянуть с крыши.
К счастью, князь там и оказался, и я бросилась ему открывать.
– Доброй ночи, любовь моя, – протянул он, спускаясь с подоконника. – Я безумно соскучился. А ты?
А я просто порывисто обняла его, ища не то утешения, не то защиты. Мне казалось, Сириус останется доволен, однако внезапно довольно прохладно, он сообщил:
– А ты, кажется, меня совершенно не ждала.
– С чего ты взял? – настороженно уточнила я, на всякий случай отстраняясь.
Князь выглядел словно оскорблённым.
– Ты собиралась сбежать от меня?
– Что? – растерялась я.
44
Однако, не давая мне собраться с и без того неспокойными мыслями, Сириус требовательно приподнял моё лицо и впился в губы жадным, властным поцелуем. В его движениях словно чувствовалась ревность вперемешку с раздражением, но меня неожиданно это не напугало. Скорее наоборот, я ощутила триумф от того, насколько князь не желает меня терять.
К тому же, пока мы целовались, я вспомнила про собранный чемодан на самом видном месте, и поняла, о чём Сириус подумал.
– К тебе, – первым делом сообщила я, когда мы ненадолго друг от друга оторвались, и я стояла только благодаря тому, что обвила его шею.
– Что? – не понял в этот раз князь.
– Я собиралась сбежать не от тебя, а к тебе. Прямо во дворец.
– Серьёзно? – вздёрнул бровь Сириус и напомнил: – Ты же не хотела.
– Я и сейчас не хочу, – призналась я. – Но у меня непредвиденные проблемы. Я рассматривала вариант их где-то пересидеть, и не нашла лучше места, чем под твоим крылом. Для меня найдётся уголок?
– Смотря как ты будешь себя вести, – неожиданно игриво протянул князь, скользнув руками по моим бёдрам.
В его глазах медленно разгорелся огонь вожделения. Не дождавшись возражений, он чувственно сжал мои ягодицы – в ответ я лишь томно вздохнула и положила руки ему на грудь. Удивительно, но рядом с ним вся тревога дня внезапно улетучилась – я твёрдо знала, что он не даст меня в обиду. Да и вообще никому не отдаст.
– Мы сильно торопимся ко мне? – на всякий случай спросил Сириус.
– Пожалуй, несколько часов ничего не решат, – кокетливо сообщила я, расстёгивая пуговки на его рубашке.
Сначала одну, потом вторую, чтобы постепенно любоваться подтянутым мужским торсом. Пальцы то и дело соскальзывали с ткани, и я позволяла себе удовольствие прикоснуться к коже. Ощутить упругие мышцы и нежную завораживающую гладкость.
– Значит, мы успеем пошалить, – решил князь, снимая с меня платье.
Необычайно ловко он расстегнул все крючки вдоль позвоночника, а затем чуть отстранился, позволяя платью скользя упасть к моим ногам. Я осталась лишь в нижнем белье и чулках, и этот вид Сириусу необычайно нравился.
Скинув рубашку, князь вновь притянул меня к себе. Позволил прикоснуться губами к его шее, оставить поцелуй на плече, скользнуть ниже по груди.
– Ты сегодня игривая, – заметил дракон, шкодливо расстёгивая лиф.
– Я соскучилась, – не стала я отрицать и, оголив грудь, потянулась к мужскому ремню.
Сириус не мешал, но и не помогал. Самодовольно он смотрел, как я наклоняюсь, чтобы раздеть его окончательно. И было в его взгляде нечто, что обжигало не хуже прикосновений.
– Теперь моя очередь? – спросил князь, оставшись обнажённым.
– Да, – выдохнула я.
Застёжка на чулке ловко щёлкнула, чуть отскочив вверх. За ней последовали и остальные три. Расстегнув пояс, Сириус отложил его в сторону и принялся за чулки. Только если я присаживалась, чтобы стянуть с мужчины штаны, он, наоборот, поднимал мои ноги. Ставил по очереди на подлокотник кресла и медленно, лаская бёдра и икры обжигающими прикосновениями, стягивал шёлковую ткань.
Я осталась перед ним в одних трусиках и, оглядев меня, дракон провокационно, дразняще облизнулся, а у меня от этого мурашки предвкушающие пробежали по коже.
Ловко развернув меня к себе спиной, Сириус заставил меня упереться руками в стену. Я резко втянула воздух, когда его ладони прошлись по моим изгибам, а затем ловко подцепили трусики и начали спускать их вниз.
– Что ты задумал? – спросила я хриплым шёпотом, напрягаясь от предвкушения.
Внутри меня словно пробегали искры, стекаясь к лону. Наша игра меня возбуждала, как и уверенные движения дракона.
– Хочу попробовать кое-что новенькое, – сообщил князь, внезапно заставляя меня приподнять ногу и упереться коленом в подлокотник того же самого кресла. – Выгнись, – настойчиво попросил князь, проводя левой ладонью по моей спине, а второй рукой погладив чувствительный бугорок у меня между ног.
Повинуясь его намёкам, я прогнулась в спине и чуть выставила ягодицы.
– Восхитительно, – остался доволен Сириус, продолжая ненавязчиво меня гладить.
Вот только даже эти лёгкие прикосновения всерьёз меня заводили. Чуть постанывая, я прикусила губу. С наслаждением я ощущала, как любовник мнёт мою попку, натягивая кожу в чувствительных местах. Как, не отвлекаясь, дразняще проводит подушечками больших пальцев вдоль половых губ.
Словно пытаясь поймать его, я непроизвольно вся сжалась внутри. Сириус только рассмеялся, заметив мою реакцию, а затем скользнул руками вверх по спине. Дойдя до лопаток, резко обнял меня и чувственно сжал груди.
Стон восторга вырвался непроизвольно. Я ощущала спиной касания горячего торса, чувствовала между ног дразнящие движения мужского естества, а грудь наслаждалась настойчивыми ласками. Меня пробирала дрожь и ни с чем не сравнимое предвкушение, когда Сириус сминал нежные полушария и сдавливал соски, иногда чуть оттягивая. Боже, да только от этого я могла взорваться!
Между ног сочилась влага, я непроизвольно сама двигала ягодицами, чуть потираясь о возбуждённую мужскую плоть. Мне было мало. Я мечтала насадиться и, наконец, заполнить сосущую пустоту внутри себя.
– Что ты предпочтёшь, – меж тем тихо произнёс любовник, опалив ухо горячим шёпотом, – чтобы я сейчас приласкал тебя языком в твоём сокровенном месте, или чтобы вошёл, но продолжил ласкать грудь?
И после этого, совершенно бесстыдно облизал ушную раковину и кожу за ней, до кромки волос. От переполнивших меня ощущений я не то что ответить не могла – даже смысл вопроса не
