Диосс чувствовал, как комок поднимался к его горлу. На какое-то время он остановился и отдышался, потом быстро помчался вперед. Он еще не добежал до корабля, как вдруг позади него послышался топот лошадей и крики. На площадь ворвались несколько солдат на лошадях и остановили уставших животных. Они быстро помчались к берегу. Диосс уже все понял. Это были преследователи и они гнались за убегавшими. Сейчас они схватят Полиникоса и убют его. Они гонятся за ним, - за Полиникосом. О Боже!
Нет, не все еще потеряно. Эфесцам удалось отвести корабль от берега на несколько шагов. Но коринфские стражники с такого расстояния не могли запрыгнуть на корабль. Они кричали, орали и толкали друг друга.
Они указывали на какую-то высокую фигуру на корабле. Да, это Полиникос! Лицо Полиникоса, было искажено болью и отчаянием, он дрожал и был весь окровавлен и бледен.
Рядом с Диоссом внезапно раздается какой-то мощный голос:
— Эфесцы, выдайте нам преступника, совершившего нападение на нашу тюрьму! Выдайте этого Полиникоса Милетского!
Ему ответила лихорадочная суета на эфесском корабле. Там быстро приготовили весла и стали поднимать паруса.
И снова послышался этот командный, громкий громкий голос: — Эфесцы, выдайте его нам, иначе вы все погибнете!
На эфесском корабле произошла неразбериха. Это Полиникос бросился вперед.
— Выдайте меня им, — кричал он, — я проклят, я все равно погибну, я сам хочу погибнуть! Пустите меня!
Кто-то остановил его. Кто-то оттащил его обратно.
Лисипп, шкипер эфесской барки, и несколько других моряков стали советоваться. Они не знали, что делать.
— Эфесцы, — кричали им с берега, — отдайте нам этого негодяя, или мы утопим вас, как крыс! И не попробуйте убежать! Наш патрульный корабль догонит вас сразу же у выхода из гавани! Смотрите! Уже все готово, что безумие уже затмило ваши глаза и вы все хотите погибнуть?
Это была правда. Большой коринфский сторожевой корабль, готовился броситься в погоню. Солдаты и лучники уже собрались на палубе, гребцы занимали свои места.
Эфесцы, и сам Лисипп, это хорошо видели. Если бы началось преследования, у них не будет никаких шансов спастись. Было уже совсем темно, но коринфяне на своих многочисленных веслах не позволят им уйти так далеко, чтобы потерять их из поля зрения. А затем этот быстроходный военный корабль их догонит, и произойдет. совершенно безнадежная стычка с солдатами.
Поэтому Лисипп колебался. Он смущенно теребил себя за бороду. Он смотрел с бессильной яростью на огромный коринфский корабль, который спокойно готовился к отплытию. К этому моменту на берегу собралось уже много людей.
— Выдайте его стражникам! - кричала толпа.
— Выдайте и уплывайте отсюда! — орали другие.
Диосс все это слышал, видел и понимал. Да, они его выдадут, затем Полиникоса убьют и все будет кончено. Полиникос погибнет вместе с Карией, Эвклеей и его братиком. Все будет кончено! Все и так уже кончено! Никто больше не позаботиться о них, если Полиникус погибнет. А он, ведь, его друг, единственный друг. И он должен умереть!
Глядя на эфесскую барку и на огромный сторожевой корабль, его взгляд вдруг упал на огонь, который ярко горел в бочке на камне прямо на берегу, где стоял на якоре коринфский корабль. Он отбрасывал свет пламени на море и освещал берег. Огонь горел в маленькой бочке со смолой, установленной на железном основании, вмонтированном в камень. Такие костры зажигались каждую ночь посреди гавани. Сторожевой корабль стоял возле самого огня.
Глаза Диосс загорелись. Он изо всех сил бросился к бочке с огнем.
— Эфесцы убегайте, быстрее уходите, дураки! — кричали из толпы.
— Бесполезно, их скоро догонят. Их легко догонят! — кричали солдаты. - Берегитесь, корабль вот-вот отойдет от берега. Они не слишком торопятся. Они и так уверены, что догонят их.
— Нет, они их не догонят, — прошептал Диосс, который был уже рядом с костром. Он был бледен и уже не плакал, он знал, что делать. Он знал даже, что он может погибнуть, и даже, что он должен погибнуть. Но это не имело никакого значения. Еще не все потеряно. Пусть он погибнет, но, по крайней мере, он спасает своего друга. Полиникос должен выжить. По крайней мере, он должен остаться жить. Только в том случае, если ему удастся сдвинуть эту бочку с места?
Он подбежал, напряг все силы и с огромным усилием вытянул бочку из стояка; он снова откинулся назад, свалил бочку на бок и горящая смола постепенно начала выливаться наружу. Диосс стал толкать ее обеими руками и ногами к берегу, еще шаг-полтора... и бочка с грохотом покатилась на палубу, стоящего на якоре, корабля, оставляя за собой поток струящегося огня.
Наступила зловещая тишина. Затем единственный громкий крик сотряс берег.
— Корабль охраны горит.
Диосс вне себя от восторга и боли, с обожженным руками и ногами и горящим хитоном на груди смотрел на дело своих рук широко с открытыми глазами.
Корабль охраны загорелся.
Гребцы побросали весла и руль, и начали прыгать в воду, другие, засуетившись и толкая друг друга, побежали на берег, остальные заметались, чтобы потушить пожар.
А что сделала эфесская барка? Она уплывала,заработав веслами изо всех сил. И была уже далеко.
Теперь они поверили, что смогут спастись и уплывут... Они сейчас уплывут... Налягут на весла и уплывут, и он Полиникос вместе с ними.
— Он спасен… — радостно и восторженно прошептал Диосс…
В это мгновение он получил страшный удар в бок и упал. Страшная боль пронзила его тело. Но он все же услышал или ему показалось, что услышал, издали победные крики. Ему захотелось еще раз взглянуть на исчезающий во тьме корабль, но он уже не смог. Он получил еще один удар, затем еще, и еще. Туман закрыл ему глаза. Темная завеса заслонила все вокруг. Диосс упал как подкошенный и ударился головой о каменную насыпь.
