Читаем без скачивания Паника - Александр Мазин

И с невероятной скоростью принялся срывать с себя одежду.

Красавица глядела на него с прежней чарующей улыбкой из-под рассыпавшихся по лицу волос.

Пояс с кобурой последним упал на кучку одежды. С оружием капитан расставался очень неохотно.

Голый, широкий, вспотевший от волнения, Штабб шагнул к девушке. Он был готов к тому, что она отпрянет и бросится бежать. Но она, наоборот, сделала движение навстречу, и ее горячие руки коснулись костлявых бедер капитана раньше, чем его собственные лапищи легли на гибкую талию. Бык-Штабб притянул красотку к себе, прижал ее животом к своему животу и повалил в густую траву. Острые ноготки впились в волосатые ягодицы Штабба, тело девушки под ним выгнулось, и быстрым рывком, как заправский борец, она заставила капитана перекатиться на спину, оказавшись сверху. Капитан не сопротивлялся, только засмеялся хрипло и, поймав ладонью ее затылок, притянул поближе к себе прелестное личико. Но девушка вывернулась, мотнув головой. Курт Штабб поймал толстыми пальцами длинную шелковистую прядь, дернул… и отпустил, ощутив, как пальчики девушки сомкнулись на его сокровенном. Она привстала, упираясь второй рукой в живот капитана, и с нежнейшей улыбкой медленно начала опускаться вниз…

Солдат трясся как осиновый лист.

— Значит, он просто прошел мимо тебя? — процедил полковник Бейсн. — Просто прошел и все?

Страх солдата превратился в животный ужас.

«Не обмочился бы! — подумал Харви Бейсн. — Врет! Точно — врет! Чтоб Курт прошел мимо часового без своих обычных шуточек!»

— Ам… ам… ам… — попытался что-то сказать солдат.

Рихард Веерховен, стоявший позади полковника и с брезгливостью наблюдавший всю сцену, поджал губы и отвернулся.

Бейсн двумя пальцами взял солдата за подбородок.

— Если ты все расскажешь, все, всю правду, — произнес полковник, смягчая голос, — я обещаю, что ты не будешь наказан! Ты понял?

Это был верный путь. Через несколько минут Бейсн получил точное описание разговора капитана с последним, кто видел капитана живым. И это описание полностью соответствовало натуре Курта Штабба.

Специалист по электронным системам поражения, двадцативосьмилетний лейтенант Рихард Веерховен со скучающим видом изучал внутренность казармы. Иногда он искоса взглядывал на перепуганного, поднятого с постели чернокожего, вытянувшегося перед полковником. Рихард Веерховен был уверен, что допрос не даст ничего нового.

— Больше ты ничего не видел? — спросил Бейсн.

— Нет, полковник, сэр!

— Свободен! Можешь спать дальше!

И, развернувшись на каблуках, двинулся к выходу из барака-казармы.

Лейтенант поспешил за ним.

— Так вы не накажете его, сэр? — спросил он по-немецки, зная, что англичанин неплохо владеет этим языком, а солдаты Еджава Вулбари — нет.

Полковник, уже шагнувший наружу, резко обернулся, взявшись рукой за косяк:

— Вы не слышали, что я сказал, лейтенант?

— Но… — не слишком уверенно произнес Рихард. — Его следует… необходимо наложить взыскание… В конце концов, он — только черномазый! — закончил лейтенант с ожесточением.

— Неважно, кому я обещал! — жестко произнес Бейсн. — Важно, что обещал —я! И не забывайте, лейтенант, что наш работодатель — тоже черномазый!

Бейсн шагнул наружу и прищурился, когда солнце ударило ему в глаза.

Веерховен воздержался от продолжения спора. Он полагал, что человек с дипломом доктора международного права — чуть больше, чем просто черномазый.

У лейтенанта были своеобразные расовые взгляды.

Кроме того, он практически не знал кандидата в президенты шейха Еджава, чей отказ от верований предков отпугнул от него треть сторонников. Зато принес достаточно денег, чтобы сделать этот островок практически неприступным. А это было только начало!

— Куда мы теперь, сэр? — спросил Веерховен, механически отвечая на приветствие часового у входа.

— В лазарет! — Полковник широким шагом двинулся через плац.

Лазарет представлял из себя такой же приземистый, собранный из деревянных щитов барак, как и остальные строения базы. Если не считать дома, построенного здесь, на макушке острова, задолго до прихода на Козий Танец сторонников Вулбари.

У входа в лазарет полковник остановился и некоторое время наблюдал, как шагах в сорока коренастый чернокожий сержант муштрует два десятка солдат. Веерховен, который три недели провозился с аппаратурой и не знал никого из гарнизона, кроме четверых солдат его собственной команды, с интересом присматривался к точным движениям сержанта.

— Неплохо, а? — с удовольствием проговорил полковник.

— Вы имеете в виду сержанта, сэр? — спросил Рихард.

— Нет! Сержант — мой парень! Я знаю, на что он способен! Я имею в веду этих! Они уже немного похожи на солдат? А, лейтенант?

— Я не видел их в деле, сэр!

Полковник взглянул с любопытством на своего подчиненного:

— Я тоже не видел вас в деле, лейтенант!

— Разве, сэр? — усмехнулся Веерховен. — Может быть, у нас проблемы с системами обнаружения?

— Да, верно! Раунд — за вами! — И, подмигнув Веерховену, толкнул дверь лазарета.

Этот молодой заносчивый немец нравился Бейсну. Но ему не нравилось, что Рихард Веерховен совершенно равнодушно отнесся к смерти Быка-Штабба! Пусть даже они и не ладили!

Войдя, Бейсн снял с головы легкий пробковый шлем, делавший его немного похожим на плантатора с картинки начала века, и положил его на белый, с пластиковым покрытием стоп.

— Как дела, Мэт? — спросил он у врача, невысокого, быстрого в движениях негра из Аризоны.

Рихарду Мэт больше напоминал отставного боксера-легковеса, чем доктора. Но Мэт был тоже человеком Бейсна, а значит, дело свое знал блестяще. Кроме того, видно было, что врач и полковник знакомы не первый год. И он, Рихард Веерховен, чувствовал себя с ними чужаком.

Одетый в белый халат помощник Мэта при появлении полковника оторвался от окуляра микроскопа и собрался встать. Но начальник не дал ему подняться, положив руку на плечо санитара.

— Если ты имеешь в виду старину Курта — дела неважные! — сказал доктор.

У него был очень высокий голос. «Писклявый», — мысленно окрестил его Рихард.

— Я сделал вскрытие, — продолжал врач. — Смерть наступила вследствие остановки сердца!

Левая бровь полковника поползла вверх.

— Совершенно определенно! — сердито сказал доктор. — Коронарный…

— Избавь меня, Мэт! — Полковник поднял руку. — Если ты говоришь, что у Быка-Штабба оказался дрянной мотор, значит, так и есть!

— Я этого не говорил! — возразил врач. — Картина такова, что поначалу, из косвенных данных, я склонен был думать, что он умер от шока. Но теперь склоняюсь к тому, что это был шок на фоне полного истощения.

Анализ крови показывает…

— Избавь меня, Мэт! — еще раз повторил полковник.

— Иными словами, — заключил врач, — он перенапрягся!

— Вот как? А что у него с половым членом?

— Ничего!

— Черт! Но он же был весь в крови!

— Это не кровь Курта!

— То есть?

— Это не его кровь, Харви! Вернее, в основном не его кровь!

— В основном?

— Незначительный разрыв уздечки, Харви! Такое бывает!

— Но, — задумчиво проговорил полковник, — если это не кровь Курта, то это кровь кого-то другого!

— Блестящий анализ! — Доктор улыбнулся.

— И чья же она?

— Человеческая, насколько я могу судить. Есть кое-какие вопросы, но у меня здесь не исследовательский центр! Думай, Харви!

— Женщин на острове нет! — изрек полковник.

Доктор открыл рот, чтобы что-то сказать, но полковник не обратил на это внимания.

— Выходит, Бык-Штабб засандалил кому-то из этих парней! И надорвался! Собачье дерьмо! Раньше за ним такого не замечалось! И этот засранец бросил своего капитана… — Бейсн сжал челюсти с такой силой, что на щеках его надулись желваки. — Я найду засранца! — пообещал он. — Найду и…

— Харви! — Фальцет доктора резанул по ушам Веерховена. — Харви! Вынужден тебя огорчить! Нет нужды проверять солдатские задницы! Это была женщина! Или, что вернее, — девушка! Так что старина Курт неплохо провел последние минуты своей жизни! И умер в полном кайфе, можешь мне поверить!

—«"Откуда на острове девушка, черт возьми? — изумился Бейсн.

— Тебе лучше знать, Харви!

Полковник повернулся к Рихарду.

— Лейтенант! — жестко бросил он. — Откуда на острове девушка?

Веерховен спокойно выдержал буравящий взгляд начальника.

— Ни одно судно не подходило к острову, сэр! — сказал он. — Ни одно чужое судно! Если кто-то высадился ночью, его засекут утром. Я сам просматриваю записи, сэр!

— А днем? — перебил Бейсн.

— Днем то же, сэр! А акваланг засекли бы металлодетекторы. Может быть, девушка уже была здесь, когда мы прибыли на остров? Кстати, сам Штабб говорил: здесь есть несколько пещер… Я собирался заняться ими через пару недель. Это удобное место, чтобы оборудовать запасные позиции!