от тебя? — на лице малышки отразилось изумление.
— Я не знаю, — пожал плечами.
— Зато я знаю. Я уверенна в своих чувствах. Дай сюда руку, — Меланья положила мою ладонь к себе на грудь, где под слоями одежды быстро билось её сердце. — Оно твоё, понимаешь? Всегда будет твоим. К тому же… Я уверенна, что ты мой элиэн, — тихо шепнула малышка.
— Значит, ты будешь ждать, когда я к тебе приеду?
— Хоть всю жизнь, — согласно кивает она.
— Даже если я вернусь весь в шрамах и без руки? — приподнял брови.
— Я буду любить тебя любым, Гер, — принцесса нахмурила бровки. — Я люблю тебя за то, что ты есть.
— А как мне жить вдали от тебя, малышка? — прижавшись лбом к её лобику, прошептал я, цепляя губами её губы. — Как жить без души, малышка?
Меланья молчит. Приподнимается на носочки и, обхватив моё лицо холодными ладошками, заглядывает мне в глаза. Я тону в её взгляде. В этом нежном омуте карих глаз.
Я прижимаю её к себе. Вжимаю её тело в своё. Желая врасти неё. Стать с ней одним целым, чтобы никогда больше не расставаться.
Глава 27
Герех
Я стою возле кареты и смотрю в покрасневшие карие глаза напротив.
Меланья сжимает в руках подол своего платья и смотрит на меня своими карими глазами, из которых непрерывно текут слёзы.
Я сжимаю зубы и чувствую, как сердце рвётся на куски, когда я вижу её такой несчастной.
Хочется плюнуть на всё и остаться с ней.
Хочется забыть обо всём на свете и снова оказаться под покровом ночи, где я жадно оглаживаю её тело ладонями и слышу её прерывистое дыхание.
Где она льнёт ко мне, прося ещё ласки и защиты.
Где её припухлые от моих жадных поцелуев губы шепчут мне слова любви.
Убеждают меня в том, что я ей необходим как воздух.
И я всегда ей верю.
Верю, потому что невозможно не верить этим честным глазам. Этой светлой улыбке. Этим ласковым рукам.
— Возвращайся ко мне скорее, — шепчет Меланья, побелевшими губами, слизывая солёные слёзы с губ.
— Непременно, — обещаю я.
Она делает шаг ко мне и цепляется руками за мою тёмную форму. Лбом утыкается в плечо и начинает сотрясаться в рыданиях. Тихо, почти не слышно.
Сердце сжимается от боли.
Я сжимаю руки на её округлившейся за последнее время талии и выдыхаю воздух сквозь стиснутые зубы.
— Малышка… я и так еле сдерживаю себя, чтобы не послать всё к чёрту и не остаться с тобой… Принцесса, — я поднял её покрасневшее лицо, которое всё равно казалось мне самым красивым, — я всегда рядом, — я поднял её руку, на которой красовалось кольцо. — Я всегда рядом, малышка. Я в твоих воспоминаниях, — я коснулся пальцами её виска, — в твоём сердце, — прикосновение к судорожно поднимающейся груди, — в твоей душе. Я буду тут, пока ты сама меня не забудешь. Пока не решишь, что мне нет места рядом с тобой, — я наклоняюсь и утыкаюсь лбом в её острую ключицу.
Нос тут же наполняется родным запахом, который заставляет прикрыть глаза от пронзившей меня нежности.
Той нежности, когда руки трясутся от желания сжать её в своих объятьях до хруста костей.
Так сильно, чтобы она вросла в меня.
Стала со мной единым целым.
— Пора, — тихо кашлянул извозчик, который всё это время молчаливой тенью стоял в стороне.
— Ещё несколько минут, — прошу я, не отрывая лица от плеча малышки. — Несколько минут…
— Гер, — тихий шёпот. Имя на выдохе. — Когда ты приедешь, Гер?
— В начале сентября, принцесса. Когда закончатся испытания.
— Так долго, — всхлипывает тихо. — Целая вечность без тебя.
— Целая вечность, — эхом повторил я, целуя её в плечо.
— Возвращайся к нам скорее, — положив мою ладонь на свой живот, шепнула принцесса. — Мы будем тебя ждать.
Я недоумённо смотрел на то, как платье плотно облепило круглый животик моей малышки.
Сначала я не мог понять, не мог поверить.
А потом меня окатило горячей волной счастья с ног до головы.
Я осознал, что моя малышка носит под сердцем нашего ребёнка.
Я хотел что-то сказать, но слова застряли в горле, мешая вымолвить хоть слово.
Странная мутная пелена встала перед глазами, мешая обзору.
Я моргнул.
Оказалось, что глаза застелили слёзы.
Слёзы счастья и благодарности к этой маленькой девушке.
— Я тоже счастлива, Гер, — маленькая ладошка смахнула слезу с моей щеки, ласково поглаживая по скуле. — Мы тебя любим, наш белоснежный дракон. Возвращайся к нам скорее.
Я поглаживал животик и не мог остановиться. Не мог перестать касаться.
— Девочка моя, — смог выдавить я. — Родная, — я посмотрел в глаза Меланьи. — Ты станешь моей?
— Я и так твоя, — слабо улыбнулась малышка.
— Ты станешь моей женой? — целуя её в уголок губ, спросил я.
Принцесса зажмурила глаза и закрыла рот двумя ладошками.
Я видел, как слёзы с новой силой заструились по её щекам.
— Так ты согласна? — не выдержав молчанья, спросил я.
— Да, — выдохнула Меланья, согласно кивая головой. — Конечно, да!
Я подхватил Меланью на руки и закружил.
Малышка пискнула и вцепилась пальчиками в мои плечи.
— Ты знаешь, что ты смысл моей жизни? — спросил я, ставя её на ноги.
— Знаю, — Меланья прижалась ухом к моей груди, где часто билось сердце.
Я пропускал её волосы через пальцы, вдыхал запах её волос и не мог остановиться.
Не мог разомкнуть рук.
Не мог отойти
