Старушка появилась из леса еще до того, как он успел договорить. Судя по сгорбленной фигурке и трясущимся рукам, она была очень старой, под морщинами едва проглядывали глаза. На старухе было цветастое платье и кокошник, все в местных традициях. Странной была лишь обувь: матерчатые черно-белые ботинки на шнуровке, Кощей таких никогда не видел. Он слышал, как Катя удивленно прошептала:
— Ну надо же… Кроссовки!
Еще более странным было то, что старушка напустилась на Горе:
— Чавой-то ты тут натворил, бездельник! — прошепелявила она, демонстрируя почти полное отсутствие зубов. — Я ж тебя, сопляка, знала, когда ты еще козявкой был! Ты уже тогда сопливым был! У мамки твоей живот сотрясался, когда ты чихал! Ей приходилось платки глотать!
Злой дух остался невозмутим:
— Бабуль, будем бежать за честь и правду.
— Тебе нужны деньги? — подозрительно прищурилась старуха. — А кукиш наш пролетарский не желаешь?
— Нет.
— К деду своему иди, старому маятнику! Такой же, как и он, вырос… При нем девки наклоняться боялись, если что уронили, приходилось стоя поднимать! И ты такой же: язычищу высунешь и пошел кур топтать!
— До кур у меня не доходило, были варианты интересней. Короче, бежим кружок вдоль озера вон с тем зверем.
Шабарша уже поймал зайчонка и теперь старался удержать брыкающегося зверька. Зайцу невозможно было объяснить, что держит его новоявленный родственник. Кощей сильно сомневался, что «меньшой брат» вообще побежит вокруг озера.
— Приготовились, — скомандовал Горе.
Старушка зачем-то присела на одно колено.
— Низкий старт, — пояснила Катя.
— Побежали!
Зайчонок, насмерть напуганный всем происходящим, рванул вперед белой стрелой. Однако старушка бежала еще быстрее; она передвигалась с несвойственными ее возрасту скоростью и ловкостью. При этом отвисшая кожа сотрясалась, а суставы хрустели, как сухие ветви, но ее такие мелочи не задерживали.
Как и следовало ожидать, зайчонок вокруг озера не побежал. Зверек поспешил как можно скорее спрятаться в лесу, там, где его скрывала высокая трава. Старушка была более дисциплинированной: она замкнула круг и при этом даже не выдохлась.
— Жеребцом проскакала, — прокомментировал Горе. — Еще чуть-чуть, и олимпийское золото наше.
— Ты говори, говори! А как проголодаешься, так придешь к бабке вкусных вареничков клянчить… Когда ж ты мне внуков подаришь, В…
В янтарных глазах Горя мелькнул испуг, и старушка тотчас же исчезла. Катя изумленно попятилась, она не поняла, что произошло. А Кощей понял…
Созданный злым духом фантом чуть не выдал настоящее имя Горя. Видимо, для создания был использован образ настоящего человека, и это чуть не привело к серьезным проблемам.
Тот, кто знает настоящее имя злого духа, может управлять им. Вряд ли Горе хотел пойти на такое.
— Поосторожней, — предупредил Кощей. — Твоя игра чуть не зашла слишком далеко…
— Адреналин кипит! — сверкнул белоснежными зубами Горе. — Да, многовато мозгов я дал карге… У нее в реальности столько не было!
Шабарша, казалось, не был расстроен своим поражением. Напротив, он радостно ухмылялся, словно это его дальняя родственница пришла к финишу первой.
— Ловко ты, нечистый, справился, — заявил он, — да я ловчее!
— Ты, бестолочь, даже зайца натренировать не смог, — Горе подошел вплотную к крестьянину. — Я понимаю, что обмануть водных чертей может даже пень. В частности, Пачучилка поверил, что это твой брат.
— Это и был мой брат, и он выиграл!
— Да ну? Что-то я не заметил…
— Эх, куда тебе, нечистый! Тут и человек не каждый бы увидел, а уж с твоими глазами… Братец мой не только забег выиграл, но и пробежал так быстро, что вы и не разглядели. Так ветерок летает! Когда вы снова смогли его видеть, он и не бежал вовсе, а пешком в лес шел, потому что скучно ему стало!
— А-а! — протянул Горе, опуская глаза. — Неловко как-то получается…
Кощей ожидал, что злой дух ответит очередной колкостью или попросту заколдует крестьянина. Однако Горе чуть развернулся и одним резким ударом в челюсть отбросил Шабаршу на несколько шагов назад.
— Ой, — смутился Пачучилка. — Как это я раньше не додумался такое сделать?…
— Это потому что ты тупой, — услужливо подсказал Горе.
Злой душ подошел к шапке крестьянина, поднял ее с земли; под шапкой скрывалась узкая глубокая нора.
— Как и следовало ожидать, он не собирался ограничивать себя одной шапчонкой. Все бы с вас, дети мои, вытряс.
— Узнает об этом папка, — потряс кулачком чертенок. — У, не жить ему в нашем селе!
— Папка потом узнает, сейчас выполняй свое обещание.
— Конечно, добрый Горе…
— И не обзывайся!
Пачучилка застенчиво подошел к Кате, дотронулся до амулета и тут же одернул руку, словно боялся обжечься. После этого чертенок закрыл глаза и нахмурился.
— Ищет, — пояснил Горе. — Грузится медленней, чем сайт при плохом подключении.
Кощей только головой покачал, он уже привык, что злой дух зачастую говорит загадками.
Колдун полюбопытствовал:
— И давно ты с чертями дружбу водишь?
— Не то чтобы дружбу… Просто они настолько безмозглые, что мне над ними даже издеваться неинтересно. Так что я им помогаю, вот такое я оригинальное существо. А черти из этого озера меня вообще божеством считают. Мне доверили дать имя брату Пачучилки, а это у них выражение глубочайшего почтения.
— И как ты назвал?
— Сократом.
Кощей не увидел в этом имени ничего странного, а вот Катя, в этот момент пившая воду из фляги, поперхнулась.
— Как?! Ты назвал безмозглого чертенка Сократом?
— Да, — Горе и глазом не моргнул.
— Это же неуважение к нашей культуре… Я понимаю, у тебя очень специфическое чувство юмора, но ты должен уважать некоторые вещи…
— А по-моему, хорошо звучит — Пачучилка и Сократ!
Было видно, что Катя возмущена до глубины души. Девушка готова была разразиться гневной тирадой, но тут в себя пришел чертенок.
— Женщина, которую вы ищете, в пути, — сообщил он. — С ней еще трое. Они двигаются по дороге к пограничной крепости Серая Башня.
— Это владения Змея, — тут же сориентировался Кощей. — Но отсюда недалеко, мы должны догнать…
Злой дух повернулся к Пачучилке:
— Будь готов. Если мы ее не найдем, нам снова понадобится твоя помощь, так что по первому зову чтобы был передо мной! И вот еще что папке скажи… вас нельзя выдернуть из озера простой веревкой, равно как нельзя и утопить. Более того, если кто-то требует ваше золото, нужно не соревноваться с ним, а брать дубину и бить по башке. Это понятно?
— Да…
— Отлично. Так, мужики, поехали!
— Горе! — надула губки Катя и игриво погрозила злому духу пальчиком. — По-моему, ты меня совсем не уважаешь!
Горе не стал отпираться.
— Ты абсолютно права, я Кощеева коня уважаю больше. Хватит болтать, погнали! Нам тут между делом надо ведьму спасти!
Впервые за долгое время Кощей был относительно спокоен. Если чертенок не ошибся, Лиля будет с ним еще до заката…
13
Вопреки ожиданиям Тессы, первая половина дня прошла относительно спокойно. Никто не поймал их на выходе из леса, они быстро наловчились бесшумно пробираться через кусты. Иногда они видели патрули на стороне хищников; сторона травоядных пустовала.
Тем не менее, эта безмятежность не успокаивала ежиху, скорее, наоборот. Она уже знала, что в этом мире просто не бывает. Что-то обязательно должно случиться…
Ее худшие опасения подтвердились, когда густые заросли неожиданно кончились, и они оказались на поляне. Здесь их уже ждали олени.
Всего их было около десятка. Более крупные, с ветвистыми рогами и блестящей шерстью, стояли впереди. Сзади держались несколько тощеньких и довольно грязных, они дрожали и не решались оторвать взгляд от земли. Главным здесь, судя по позолоченным рогам, был массивный, превышающий своих спутников раза в полтора, олень.
Появление на поляне Рамела не смутило и даже не насторожило других оленей. Казалось даже, что они обрадовались. Вожак маленького стада выступил вперед:
— Мы ждали тебя, брат.
Рамел растерянно моргнул, не зная, что ответить. Тесса быстро осмотрела окрестности поляны и была вынуждена признать, что бежать им некуда. Что ж, по крайней мере, на них пока не напали… Можно было бы спросить у жабы, о чем думают олени, но пока это было небезопасно.
Вожак продолжил:
— Мы уже опаздываем, ты задержался. Идем с нами.
— Не возражай, — едва слышно шепнула ежиха.
Рамела оттеснили к мелким оленям, крупные взяли их в кольцо. Стадо медленно двинулось в сторону границы.
Тесса осторожно соскользнула по шее оленя и едва не столкнула жабу.
— Поосторожней! — прошипела та.
