Ну просто смешно! Дейзи поднялась сегодня рано, и делать ей было практически нечего, но вот уже больше восьми часов, а она до сих пор не готова. Слава Богу, Эндрю не из тех, кто приходит точно к назначенному времени.
Сегодня Дейзи было на что списать свое опоздание. Все дело в том, что ее квартирная хозяйка, как и все англичане, не любит яркого света. И почему в этой стране так любят темно-бордовые абажуры, да еще с кистями. Дейзи стояла прямо под лампой с зеркалом в одной руке, и все равно свет был таким тусклым, что она попала кисточкой с тушью в левый глаз. И дело даже не в том, что ей было больно. Но от испуга Дейзи сморгнула, а на ресницах еще не успела высохнуть тушь. И вот теперь под глазами оказались черные разводы. Она быстро сняла их очищающим кремом. Черт побери! Уж теперь придется краситься осторожнее.
Покончив с этим нелегким делом, Дейзи выглянула в окно. Бежевый «симитар» Эндрю стоял у тротуара напротив подъезда. Она схватила пиджак, захлопнула дверь и сбежала по ступенькам.
Машина была пуста.
Но Дейзи тут же увидела Эндрю. Он, видимо, решил немного размяться и теперь спешил к ней с другой стороны Лоуэр Слоун-стрит. Эндрю открыл перед Дейзи дверцу машины, улыбнулся, поздоровался и вопросительно взглянул на часы.
Ресторан, куда они поехали на этот раз, находился на повороте Пимлико-роуд. Зал был маленьким, но столики стояли достаточно свободно. Ресторан содержали супруги-итальянцы, а их два сына работали официантами. Все четверо тепло приветствовали Эндрю.
– Давай рискнем заказать мартини, – предложил Эндрю. – Конечно, здесь вряд ли сумеют сделать как в «Ланганз».
Эндрю дал итальянцам точные инструкции, и через несколько минут Луиджи, улыбаясь, появился с подносом. В каждом бокале плавали лимонные корки и по три оливки.
– Для ровного счета, – пояснил Луиджи.
Они заказали устрицы. Эндрю снова спросил Дейзи, почему она не хочет попробовать заниматься скульптурой в свободное время.
– Почему бы тебе не снять студию? Здесь можно платить подешевле, если пользоваться ею только в выходные. Нел ходит в «Челси Артс клуб». Он мог бы тебе что-нибудь посоветовать.
Дейзи медленно и с удовольствием потягивала кьянти. Глаза девушки сияли. Так, значит, Эндрю все-таки думает о ней, пытается проявить заботу!
– Все же я думаю подождать с этим до возвращения домой, – сказала Дейзи. – Год пролетит быстро. Я ведь еще не обследовала пригороды Лондона, кроме тех, что ближе всего – Кью, Чизвик-хаус, Хэмптон Корт. На прошлой неделе мы с Франсез проехали на катере от Вестминстера до Гринвича. На обратном пути пошел дождь. Мы плыли по Темзе, а по окнам стекали дождевые капли. Странное ощущение. Мне понравилось. В Филадельфии и Нью-Йорке большую часть года так жарко, что мы буквально молимся, чтобы пошел наконец дождь. Лондонцы считают дожди проклятьем, а для меня они связаны с облегчением, обновлением. К тому же это красиво.
Эндрю улыбнулся.
Только за вторым блюдом Дейзи решилась наконец начать разговор о том, что волновало ее последнее время.
– У нас в «Бастионе» часто говорят об амбициях разных политиков. – Дейзи не могла вспомнить точно слова Бена во время их напряженного ланча в «Лесгарот». Что-то о том, что высокородные тори считают, что с рождения имеют право управлять людьми. – А какая у тебя конечная цель в политике?
Эндрю закурил сигарету и немного растерянно оглядел зал. Затем он снова взглянул на Дейзи.
– Думаю, больше всего мне хотелось бы стать министром иностранных дел. Но я где-то прочел, что Иен Маклевуд призывал не верить ни одному политику, который утверждает, что не хотел бы стать премьер-министром. Не уверен, что он прав, но иногда понимаю, почему он так написал.
– А почему бы тебе не стать премьер-министром?
– Я люблю потакать своим слабостям. В жизни столько всего интересного, кроме политики, а у премьера нет на все это времени. Только представьте, что вы вышли замуж за Даунинг-стрит десять. А именно это может сказать про себя любая жена премьер-министра. Или муж. Думаю, Дэнису Тэтчеру придется когда-нибудь ощутить это на собственной шкуре.
– Но ведь у вас нет жены.
– А кто сказал, что я не собираюсь жениться, если встречу подходящую женщину?
– Да? А Бен Фронвелл говорит, что вы предпочитаете кратковременные связи. – Наконец-то Дейзи завела этот разговор туда, куда хотела. Она даже почувствовала облегчение, выдохнув из себя этот вопрос. Но ненадолго.
– Действительно? – довольно холодно переспросил Эндрю.
Дейзи не была уверена, что Бен произнес именно эти слова. Но смысл она передала точно.
– Должен сказать, – начал Эндрю, – что, судя по всему, сотрудники «Бастиона» тратят не слишком много времени на свою дурацкую писанину. Почему тебе пришло в голову устроиться именно туда?
Дейзи вспыхнула от гнева. Она решила поддразнить немного Эндрю, а вместо этого он теперь дразнит ее.
– Я много слышала о «Бастионе», – сказала девушка. – К тому же это чуть ли не единственное место, куда берут не членов профсоюза. И в «Бастионе» хорошо платят. Достаточно хорошо, чтобы прожить на эти деньги год в Лондоне. Меня раздражают газеты, которые слишком высокого о себе мнения и считают, что для сотрудников и так большая честь печататься на их страницах, и поэтому можно им недоплачивать. Возможно, политические взгляды, которые пропагандирует «Бастион», чуть более правые, чем твои, но я тут ни при чем. Мне совершенно наплевать, кто есть кто в ваших политических играх.
Эндрю рассмеялся.
– Это очень разумно. Политика не должна интересовать никого, кроме политиков.
Это целиком и полностью обезоружило Дейзи. Раздражение тут же испарилось.
– Тогда почему телевидение и газеты полны политических сообщений? – спросила девушка.
– Потому что они относятся к политикам как к шутам. И к тому же хотят продемонстрировать собственную важность. А для этого тоже надо держаться поближе к политике. Но на самом деле никто, кроме нескольких сумасшедших партийных активистов, не интересуется подробностями политических игр. Если, конечно, это не касается их лично. Я имею в виду такие вещи, как образование, социальные гарантии, подоходный налог.
– Тогда почему же ты занимаешься политикой?
Эндрю снова рассмеялся.
– Что ж, отвечу. Хотя все эти политические процедуры – сплошное занудство, все же в результате получаешь возможность действительно влиять на жизнь людей в этой стране.
Эндрю посмотрел на часы. Политика явно не входила в его планы на этот вечер. Он кивнул Луиджи, чтобы тот принес счет.
Когда Эндрю открыл перед Дейзи дверцу машины и пошел к месту водителя, у девушки буквально перехватило дыхание.
