— Спасибо. Понятно.
Изучение местности и лаза заняло целую неделю. А потом генерал озвучил приказ. Обеим ведьмам предписывалось следовать в часть дагов и там ждать окончания работы экспертов. Люди Шакира разместились на окраине небольшого городка, спутника столицы северной провинции. Жили с комфортом, в отдельных коттеджах на берегу озера, в охраняемой тихой зоне. Ничто не предвещало проблем. И потому ночная тревога удивила Нору.
Очнувшись, она увидела в свете фонаря лицо знакомого капитана дагов из личной охраны генерала. Тот молча показал условный знак — тревога высшей степени срочности, не учебная. Нора торопливо сдернула со стула халат, кое-как завязала пояс и побежала за капитаном босиком, не тратя драгоценное время даже на поиск тапок.
Неужели опять поиск? И снова враг — настоящий эльф?
Сердце билось лихорадочно, азарт гнал и подстегивал.
Капитан двигался быстро, поспевать за ним оказалось непросто. Нора задохнулась и пару раз пребольно поранила стопы об острые камни. Даг замер у двери. Кивнул — ей туда. Нора прошла в темную прихожую. Сзади крепкие руки уверенно сгребли за волосы и плечи, согнули, толкнули к стене. Прижали, укладывая лицом на стол. Кто-то второй, тоже невидимка, ловко загнал в шею и спину несколько игл. Рванул пояс, забрался под халат и проверил свою работу уже без спешки, ровнее и точнее размещая и фиксируя постоянные иглы, короткие, их используют при продолжительном отлучении от дара. Извлек длинные, сделал укол в шею и сгинул…
Вот и кончилась ведьма, мрачно сообразила Нора, ощущая, как надежно заблокированные способности гаснут, а она становится самой обычной испуганной и слабой девчонкой. Ее бесцеремонно тщательно и грубо обыскали.
Потом руки, удерживающие в жестком захвате, исчезли. Нора оперлась о стену, пытаясь отдышаться и понять, что вообще происходит. Допрос? Она ничего плохого не делала. Проверка?
— Иди сюда, — позвал голос Шакира из соседней комнаты. — И включи свет. Ты ведь хотела посмотреть, как мы ловили эльфов? Для начала тебе показали, как обезвреживают ведьм. Это поучительно. Любая из вас должна знать, где граница полномочий корпуса «Тихая ночь». Ну я жду!
Нора на негнущихся ногах проковыляла в комнату. После укола в ушах противно звенела кровь, к горлу подкатывала тошнота запоздалого страха. Нора нащупала выключатель на стене, только теперь сообразив, что уже бывала в этом помещении днем.
Хозяин коттеджа расположился на полу. Точнее, на низком квадратном настиле, именуемом вроде бы топчаном. Такие в родной для генерала Бильсе заменяют кровать, всплыла в сознании невесть зачем информация. Одет Шакир был по-домашнему, в парчовый халат, в длинном вырезе виднелась шелковая рубаха. Ланкор полулежал в подушках. Настоящих шелковых, не усомнилась Нора. И покрывало наверняка старинное. С вышивкой ручной работы, стоит такое дороже годичного майорского жалованья. Опять глупые мысли… не иначе, за ними сознание прячется от творящегося наяву.
— Садись сюда, детка, — велел генерал, хлопнув рукой по шелку. — Есть разговор. Важный. Это касается и ловли эльфов… тоже.
Нора послушно устроилась на покрывале, чувствуя себя жалкой и маленькой. Пояс от халата потерялся где-то в прихожей. И Шакир откровенно забавлялся, наблюдая, как ведьма тянет и усердно запахивает полы. По-хозяйски выделил ей несколько подушек. Сам устроил их под спиной, отчего халат опять раскрылся.
— Слушай внимательно, — мягко предложил генерал, отводя в стороны руки, потянувшиеся снова к халату. — В Альянсе есть две действительно значимые силы. Даги и ведьмы. Вас мало, вы капризные и самовлюбленные, как и подобает женщинам. Красивым женщинам. Сильным. Вам нельзя давать много власти. Вы не понимаете, как ее использовать правильно, на благо большого дела. Все обращаете в нелепую личную месть и личную же выгоду. Да уймись ты, никто тебя не собирается обижать! Наоборот. Я всего лишь исполняю один из твоих капризов, детка. Сколько раз ты это себе представляла? Ночь, роскошная спальня. И целиком твой генерал Ланкор Шакир. Меня труднее поймать, чем эльфа, детка. Но ты справилась.
Руки генерала решительно развернули Нору лицом к нему и подвинули ближе. Это было странное состояние и сложное чувство — исполнять чужую волю без единого возражения. Наверное, такое испытывает кролик, пожираемый удавом. Получающий при этом — бывает и так, оказывается — немалое удовольствие, смешанное со страхом и отвращением к самой себе, слабой и податливой.
Шакир неторопливо избавил Нору от халата, с презрительной усмешкой пощупал ткань казенной длинной ночной майки. Стало холодно до дрожи, хотя воздух в комнате теплый. Даже душноватый, пропитанный запахом дорогого мужского одеколона. Еще вчера этот запах — «Черный ирис» вроде бы — казался таким притягательным…
— В общем, так, детка. Я не зверь, как можно подумать, исходя из твоего поведения и глядя на выражение лица. Или убирайся отсюда совсем, или иди в соседнюю комнату и присмотри себе нормальные вещи для этого случая. Но учти. Предпочтешь первое — и утром ты вернешься в свой колледж, а я забуду о существовании ведьмы с именем Нора. Все забудут, так точнее, о карьере и не мечтай, об эльфах — тоже… Останешься — утром я рассказываю тебе об эльфах все, что знаю. И ты едешь в столицу.
Шакир замолчал, глядя в упор своими маленькими темными глазами. Уверенно, с едва приметным прищуром внимания. Нора почти не могла дышать, ей было жутко впитывать этот воздух с суховатым, щекочущим горло запахом «Черного ириса» и теплым, острым, странным — исходящим от кожи Шакира.
— Почему меня лишили способностей? — Нора смогла наконец выговорить хоть несколько слов.
— Потому что ты себя не контролируешь, — насмешливо прищурился генерал. — Потому что ты не решаешься признать, насколько я прав, и готова глупо тратить время, которого нет.
Он толкнул Нору на подушки. Короткие иглы впились в кожу спины, вызвали спазм мгновенной боли, потом перестали ощущаться. Смотреть на Шакира снизу вверх было еще более жутко, чем со стороны. Но и оторвать взгляд оказалось невозможно. Она много раз представляла, как придет однажды вечером к великолепному генералу и скажет: «Вы самый лучший». Сама закроет поплотнее дверь, она же ведьма и свободна в выборе… Марша шипела, обзывала дурой и советовала уезжать в колледж немедленно, выдумав любую причину. Например, острый приступ аппендицита. Кричала в голос, мол, не тот человек, и ты пожалеешь, только станет невозможно влиять на происходящее и отказываться. И вообще, из его силков птичке уже не вылететь. На всю жизнь увязнешь, станешь, как Алита…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
