спасибо. Нет, чтоб имя добавить! Ублюдок!
Рик знал, что такое хотеть женщину. Однажды год назад отец взял его в Нортхед. Рик пришёл в восторг от столицы и королевского дворца. Как раз в то время на Волхидской площади проходила ярмарка, народу было полно, как на казни, все мешали друг другу, но даже в такой толпе Рик высмотрел девушку совершенно необыкновенную и красивую. Она ехала верхом вместе с мужчиной. Рик забыл, где находится, пока отец не спросил, в чём дело.
– Чей это герб? – спросил Рик, ткнув трясущейся рукой в сторону девушки и мужчины. Сопровождавшие их лакеи щеголяли в красных ливреях и белых штанах, на одежде у них был нашит герб в виде красно-белого щита с изображением жезла и меча. В центре щита красовалась согнутая струна, по бокам – вороньи крылья. Надпись на гербе гласила: «Бог, политика, война».
– Это барон Холлард Ривенхед, член Королевского Совета.
– А это его дочь?
– Не знаю. Наверное, – равнодушно ответил отец. Барон внезапно обернулся и увидел Ноэля, склонившего голову в знак приветствия. Ривенхед едва заметно кивнул; презрительное выражение на его лице говорило, что он не рад встрече. Его дочь, однако, улыбнулась Рику, с тех пор он потерял покой и рвался в столицу.
Теперь Рик жил в Нортхеде – правда, ближе к Илзе он не стал, хотя часто виделся с ней при дворе. Солдаты из казармы потешались над ним, а однажды затащили в бордель. Рик выбрался из него под утро, проклиная всё на свете, однако добытых умений не забыл. Две дворцовые служанки – одна молоденькая, другая не очень – наперебой предлагали ему постирать и починить его одежду, покормить чем-нибудь этаким, показать город, посидеть вечерком с ними. Он иногда соглашался, чтобы хоть так забыться, но перед глазами даже в постели с другой всегда стояла Илза. Навлечь на любимую женщину позор – на такое он не способен. А отец, который всегда учил его поступать справедливо, способен! Это в голове Рика до сих пор не укладывалось. И он не жалеет, что нагрубил! Отец это заслужил!
Корнхед состоял из двух частей: на высоком холме была построена крепость, обнесённая каменной стеной с башнями; к западу от неё на берегу озера раскинулся нижний город с торговыми и ремесленными кварталами. Голая отвесная скала, чья макушка напоминала изгиб седла, возвышалась над городом с юга. Холм с крепостью закрывал всё пространство между скалой и озером, защищая нижний город от горных кланов: в древности те не раз тревожили местное население.
Фил уверенно показывал дорогу, вскоре компания оказалась у ворот дома Бадла. Это было недавно построенное длинное кирпичное здание с башней и большим садом. Фасад выглядел строго. Фил заверил, что внутри там сплошь роскошь да красота.
Маю словно ждали именно сегодня – не успели гости постучать в ворота тяжёлым бронзовым молотком в виде бычьей головы, как они распахнулись. Слуги выскочили на улицу, приглашая всех в дом. Хозяин на миг показался в окне и через минуту вышел следом за слугами.
Дядя оказался полным невысоким мужчиной лет сорока пяти, его серые глаза за стёклами очков в серебряной оправе напоминали маленькие кусочки стали. Тонкие губы улыбались на квадратном лице с небольшим носом, едва заметными усами и русой бородкой. Сайрон Бадл разглядывал Маю, приговаривая с неподдельной радостью:
– Дождался, дочка моя вернулась, наконец-то дождался, как же я рад… – и так без конца.
Мая смущённо смотрела на него, не зная, что делать, а он обхватил её ручищами и прижал к себе.
– Пойдём в дом, дорогая, незачем на улице торчать. А это вот знакомые твои? – внимательные глаза сверлили Рика и Дима.
– Это Райгард Сиверс… – начала Мая.
– Бастард Ноэля Сиверса? – прервал её Сайрон. Рик вздрогнул. Ему захотелось тут же убраться отсюда.
– Зря обижаетесь, молодой человек, – Бадл словно почувствовал недовольство Рика и заговорил уже по-иному, неторопливо и уверенно, подчёркивая некоторые слова: – Строго говоря, ничего в том зазорного нет. Поверьте, я знаком со многими бастардами – они, на мой взгляд, получше иных знатных особ будут. Так вот, вам я весьма благодарен, – а такими словами я не бросаюсь, – за помощь моей племяннице, тогда как происхождение ваше для меня лично значения не имеет. Вы привезли мне племянницу, так что мой дом к вашим услугам. Прошу! – он широким жестом пригласил их в дом, переведя взгляд на Дима. Фил что-то шепнул ему на ухо, Сайрон кивнул. Дурошлёп с Димом исчезли из виду.
Бадл повёл их вверх по лестнице на второй этаж, в большую комнату, где главное место занимал портрет юной девушки на стене. Рик замер от восхищения. Она была вылитая Мая, но Рик никогда не видел Маю такой красивой. Зелёное атласное платье со шнуровкой едва прикрывало плечи, в глубоком разрезе проглядывала нижняя сорочка с чёрным кантом поверху. Длинные светлые волнистые волосы каскадом спускались по плечам почти до талии, на голове их придерживала чёрная узкая тесьма с мелкими жемчужинами. Девушка сидела у окна, держа в руках белую и красную розу. Она казалась не от мира сего, её глаза мягко сияли, как и жемчужное ожерелье у неё на шее.
Этот портрет чем-то напомнил ему другой – портрет короля Эйварда – висевший в одной из галерей дворца. Конечно, Эйвард не походил на юную девушку, однако что-то в деталях смущало Рика. Не мог ли один художник написать оба портрета? Надо будет спросить. Но какая же Мая красивая… Тьфу, не Мая. Но и Мая тоже. Рик запутался. Он никогда не воспринимал Маю как женщину, но, судя по портрету, она может выглядеть потрясающе. Из неё выйдет прекрасная фрейлина, и половина мужчин в Нортхеде начнут охоту за наследницей Бадла. Рику эта мысль не понравилась. Хватит с неё Дайруса, он не позволит никому обидеть Маю.
– Пообедаем для начала, а там и о делах поговорим, – предложил Сайрон. – Надеюсь, вы у меня погостите? Я хотел бы как следует к визиту в Нортхед подготовиться, дела на предприятии уладить, ну а там мы вместе к королю и отправимся. Я, как вы понимаете, должен сперва получить разрешение представить ко двору мою племянницу, куда ж без этого?
– Я не думаю, что король мне позволит…
– Что касается службы, не беспокойтесь, я Энгусу Краску – мы с ним немного знакомы, видите ли, – про вас отпишу. Ведь вы, я вижу, не совсем здоровы? Вот и отдохнёте, поправитесь.
Как он углядел, что Рик ранен? Рик действительно чувствовал боль в ноге после долгой езды. Внезапно он вспомнил, что племянник Энгуса стал новым летописцем. Значит, Сайрон знает эту семью? Рик колебался недолго. Если надо, он останется. Не
