Я передернулся: только не это! Гордый варвар, брошенный связанным на брачное ложе! А что скажет дедушка? Нет, лучше подохнуть от чумы!
—Весь город гудит. События приобрели неслыханный масштаб, если вы понимаете, о чем я. Неизвестно, за кого обещано больше денег — за вас с Олником или за милостивых господ эльфов, умыкнувших мою контору. К вам пришлось добираться под маскировкой, повезло, что я знаю почти всех, кто охраняет Холмы. Плохо — что и Охотники их знают. И пусть Гильдия с Охотниками на ножах, золото делает стражу Холмов сговорчивой, так что положение у вас шаткое, господа.
Мы вновь собрались в зале на втором этаже, все, кроме Олника, который убежал на кухню тешить свою утробу. Джабар, маленького роста, с вечно озабоченным выражением на круглом лице, расположился на подоконнике с ногами. Липовые язвы он не содрал, привычный к таким неудобствам. Мысленно я поблагодарил его за то, что он ограничился только поверхностной маскировкой, не вылив на себя унции «аутентичного канавного экстракта номер восемь», иначе сидеть с ним рядом и даже в отдалении было бы невозможно. Через его щеку протянулся настоящий шрам (результат близкого знакомства с обыкновенной кошкой) — главное сокровище, помогавшее соблазнять женщин (рассказы о мужественных схватках прилагались). О, эта загадочная женская душа!
С Джабаром мы были схожи в одном: к нам липли неприятности, и все дела у нас шли наперекосяк, это был несомненный и исключительный дар богов, в общем, на этой почве мы и сдружились, сдружились по-настоящему.
Я занял пост у дверей, привалился к косяку, царапая клинком Гхашш красную паркетину.
—Хочешь сказать, кто-то из тех, кто нас ищет, уже... знает адрес?
Он усмехнулся в глаза эльфам, подмигнул Виджи. Присутствие ушастых рождало в нем целый ряд противоречивых эмоций, которые ясно читались во взгляде.
—Значит, моя контора к вам усвистала? Небось, хотели открыть в нашем городе бизнес, ага? И тут — внезапно такая незадача! Чем же вы насолили Охотникам, а?
Я пошевелил ботинком обломки стула из парротии. Железное дерево — прекрасный материал для дубинок. Подобрать бы обломок и зазвездить Джабару промеж блудливых глаз, чтобы прекратил ерничать.
—Морган, ответь на вопрос. Адрес уже известен кому-то?
Вместо ответа он скорчил зверскую рожу.
—Видишь ли, Фатик, тебе и гному я готов помочь бесплатно, хотя, сам знаешь, мои бухгалтерские книги сверкают голым задом. Но эльфы... М-м, разобраться бы еще, кто из них валет, а кто дама... Олник сказал, они заплатят мне за помощь, голубки. Эй, и не смотрите на меня так, будто хотите высосать душу!
Эльфы сидели ко мне вполоборота, и я заметил, что оба одновременно вздрогнули. Гм, даже невозмутимые эльфы способны разозлиться, если их умело довести до кипения, а Джабар словно действовал по классическому рецепту «Как правильно раздраконить агнца и умереть в муках».
—Мы заплатим вам золотом, Морган Джабар, — сказала Виджи ровно.
—Благодарность эльфов велика, коль заслужена правым делом, — проскрежетал принц. — Но огульно называть нас упырями-душепивцами опасно для вашего бытия. — И он красноречиво подвигал рукоятью меча, зажатой между колен.
Уели! Джабар на миг спал с лица.
—Нам хотелось бы выбраться из города, — добавила Виджи. — С наименьшими потерями, если возможно. — Не менее красноречивым жестом она коснулась рукоятки своего клинка. — Вы поможете нам? Мы заплатим вам много, очень много. Мы заплатим золотом.
Джабар поглядел на меня. Я провел большим пальцем поперек шеи, мол, кончай выпендриваться, товарищ, эти ушастики — не глиняные куклы.
Мой приятель хлопнул себя по колену.
—Эх, считай, уговорили! — Ухмыляясь, он соскочил с подоконника. — Но учтите, это будет вам стоить. Едрическая сила! Значит, прекрасная, укрепляющая прогулка за пределы Харашты. А дальше?
—И дальше, — это сказал уже я. — Нужны четыре коня и ишак для гнома.
—Гном и ишак — сочетание красоты и изящества, хоть сейчас малюй картину.
—Это да. Кому известно про поместье Бренка, Морган?
Его Величество Трезвость оглянулся с озабоченным видом.
—А бара тут нет? Я бы выпил.
—Нет.
—М-да, полезно для печени... Кому известно? Да кажется, всем. Вы, ребята, фактически в осаде. Вы что, думаете, я зря сюда в таком тряпье явился? Зря перелезал стену на задворках вместе с твоим кургузым напарником? Он, между прочим, пыхтит и матерится хуже портового грузчика.
Осада? По моей спине пробежали мурашки. Проклятие, я истратил на разговоры слишком много времени. Нужно было с раннего утра хватать эльфов в охапку и драпать. Да только я думал, они будут совершенно разбиты от вчерашних пыток. С помощью Джабара, который знал в городе все входы и выходы, я хотел незаметно переправить эльфов за стены Харашты. Но сложилось так, как сложилось. Теперь бы нам благополучно сбежать с виллы Бренка...
Я хмуро взглянул на Джабара:
—Поясни насчет осады.
—Недалеко от ворот виллы поджидает карета, черная, с занавешенными окнами. Это, как ты понимаешь, пара митризеновых уродов.
—Гритт!
—Олник сказал, ты вчера прищемил одному из них пальчик, похвально. Кроме существ Митризена, у стен виллы расположились еще три шайки, которые старательно не замечают друг друга. Одна — это, несомненно, Охотники, я узнал Мозли Жукомора...
—А крепыша, у которого волосы будто обваляны в муке, ты там не разглядел?
Джабар прищурился:
—Знакомец?
—Вчера обменялись любезностями, но не до конца. Опасный фехтовальщик и колдун. Он — наниматель Охотников.
—Нет, не видел, нет. Приметная фигура, я бы запомнил. Я уловил боковым зрением, как Виджи пошевелилась в кресле. Сколдинг Фрей, гм... Эльфы перекинулись друг с другом парой фраз на своем языке. Дорого бы я дал, чтобы его понимать!
—А другие банды?
—Во второй — не ясно кто. Может, одетая в цивильное городская стража, может, целый балаган клоунов, что, в общем, одно и то же. Третья — это, сдается мне, переодетые гвардейцы графини: выправка, она, знаешь, бросается в глаза. Гном сказал, утром никого из них не было... Охрана Холмов, ясно, у виллы и носа не кажет. И знаешь, чего ждут все эти отморозки?
Я кивнул:
—Отмашки.
—Вот-вот. Генерал Бренк слишком крупная фигура, чтобы вломиться на его виллу с бухты-барахты. Каждая из сил отправила к нему гонца. Он, если правильно помню, в монастыре Атрея под городом, замаливает грехи.
—В женском монастыре, — уточнил я, скрестив на груди руки. — И не замаливает, а нарабатывает, чтобы было в чем каяться. По особому благословению патриарха Кервана, которое стоит немалых денег.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
