и что с ним, я понятия не имею.
– Виктор Сергеевич нигде не пропадет, знал бы ты его, как знаю его я, совсем по-другому к нему относился бы.
– Да я к нему никак не отношусь, не относился и не буду, надеюсь, относиться.
–Вы очень зря, Николай, так про него говорите, вы слишком поверхностно судите и про меня, и про него. Да, наша первая встреча происходила при очень странных обстоятельствах, но тем не менее вы живы только благодаря тому, что Виктору Сергеевичу было крайне интересно с вами познакомиться. И несмотря на всю ту боль, которую он испытывал, он нашел в себе силы и не убил вас, как сделал бы, например, я.
Ты представляешь, Лех, он мне такое говорит, сидя за моим столом, глядя мне в глаза. У меня волны горячего и холодного пота по спине побежали. Если бы у меня в руках был в этот момент нож, я бы вонзил ему в горло. Но ножа не было, пришла официантка, принесла мне суши, и я начал их есть.
– Ты кушай, кушай, Николай. Ты в городе проездом или по делам?
– А то вы не знаете, зачем я тут?
Он мило улыбнулся и продолжил:
– Давайте будем считать, что наша встреча случайна. И я не знаю про вас всего. Кстати, я очень многого про вас не знаю и про вашего друга Алексея тоже не знаю. Куда он из Будищ пропал, для меня вообще загадка. Виктор Сергеевич мне говорил, что придет время, и он посвятит меня в тайну, но теперь он и сам пропал в сеннике, куда вы вроде как на ночлег заехали. В прошлый раз, там, на поляне, вы меня сильно удивили, как вы смогли вывести из строя бойцов? Что вы им вкололи? И куда дели Виктор Сергеевича? И откуда он вернулся, здоровый и крепкий? Где он смог вылечить четвертую стадию рака печени? Все эти вопросы остались у меня без ответов. Но Виктор Сергеевич дал приказ не задавать лишних вопросов, а я человек военный, привык исполнять приказы. Но, видит Бог, как мне это тяжело дается.
– Раз приказ дан, так, может быть, лучше его выполнять?
– Я пытать тебя не буду, но я могу предложить тебе помощь в обмен на информацию.
– И какую?
– Я дам тебе помещение, которое ты ищешь, абсолютно бесплатно и гарантирую тебе заказы для твоего производства.
– Я с наркотой завязал, все легально.
– Я не прошу тебя в наркоту уходить, я знаю, что ты производишь, это полезное дело. И я готов тебе помочь, скажем так, на правах соучредителя твоей компании. Поверь, это очень хорошее предложение.
– У меня сейчас есть желание испариться в том направлении, где ты меня не найдешь.
– О, мы уже на ты? Отлично, Коль, поверь мне, я предлагаю тебе сделку, ты в праве от нее отказаться. У меня приказ не мешать тебе в твоей деятельности, и я не буду мешать. Но у меня не было приказа тебе помогать, а без моей помощи тебе будет намного сложней.
– Пусть будет тяжелей, но я не хочу мараться о деньги мафии.
– Ишь ты, какой он честный, а твои деньги, они откуда? Кто тут в Каневе свою наркоимперию чуть не построил? Сколько ты народу на тот свет отправил? Теперь из себя святошу строить будешь? С твоими грехами, Николай, тебе в монастырь нужно и до конца дней о пол головой биться, чтобы Бог тебя простил, а ты меня упрекаешь.
Вот тут он, конечно, ударил, что называется, под дых. И правда, Лех, мы ведь от них мало чем отличаемся, выходит. Реально, не остановили бы они нас тогда, не известно, остановились бы мы сами?
От его слов мое лицо стало красным, в ушах зазвенело, стало невыносимо стыдно. Но остатки гонора у меня еще не пропали, и я предпринял последнюю попытку толи оправдаться, толи напасть.
– Мы хотели как лучше, хотели вылечить наркоманов.
– Благими намерениями дорога в ад выстлана, Николай.
– Тут вы правы, и даже не знаете насколько.
– Ну так что, договорились?
– Мне нужно подумать, меня коробит сейчас от этой мысли.
– Николай, если ты думаешь, что то, чем мы заняты, нам сильно нравится, то ты ошибаешься. Я боевой офицер, у меня боевых орденов три штуки, а медалек – вешать места на груди не хватит, а у Виктора Сергеевича в четыре раза больше моего. Он – герой Афгана, легенда внешней разведки. Агент 007 по сравнению с ним – говно от желтой курицы. Если бы его деятельность до сих пор не была бы засекречена, то на основе его жизни такой роман можно было бы написать, закачаешься. То, что он решил возглавить наркотрафик нашего района, это скорей оттого, что он не смог с ним справиться. Он решил, если не можем побороть это зло, то хотя бы добьемся приличного качества и не позволим уходить деньгам из нашего региона. До вашего с Лехой появления смертность была тут самая низкая. Я не в праве тебе рассказывать всего, но, поверь, если бы был выход из этой ситуации, то Виктор Сергеевич его бы нашел.
– Он прямо герой у тебя какой-то.
– Не только у меня, двести человек под его началом, мы ждем и тренируемся.
– Чего ждете?
– Того момента, когда мы Родине опять понадобимся.
– Вот вы какие, оказывается.
Все, что рассказал Арсен, звучало как-то странно, но то, что у них реально тренированные бойцы, было правдой, мне захотелось узнать больше про прошлое Виктор Сергеевича. Но спрашивать Арсена про него я не стал.
– А что ты конкретно хочешь узнать, Арсен?
– Да много чего, но давай по порядку, где все-таки была ваша лаборатория с Алексеем?
– В Радужном, это соседнее измерение с нашим.
Я думал, что Арсен сильно удивится моему заявлению, и даже расстроился, что он воспринял это как само собой разумеющееся.
– Я так и думал, и как вы туда попадаете?
– А тут кто как, Леха – он сам ходить туда умеет, а я вот с ключом специальным.
– Это твоя пирамида, из золота ключ?
– Арсен, – не выдержал я, – Ты мне сразу скажи, чего ты не знаешь?
– Я знаю почти все, мне не хватает только некоторых деталей. А Ключ нужно ставить особенным образом?
– Да, в определенные силовые линии, они различаются по цвету и мощности, и каждая ведет в свое измерение.
– Значит, в Радужном растут те самые плоды, из которых вы наркоту делали, а потом вы их сюда
