– Бедненький ты наш, – чуть не прослезился Федул. – Глеб, срочно дуй за пивом и едой – видишь, наш друг вконец ослабевает, того и гляди упадёт на сыру землю и помрёт в голодных конвульсиях…
Однако пойти Глеб никуда не успел.
Потому что события возле пивнушки вдруг приняли совершенно неожиданный поворот.
На поляну, с треском продравшись сквозь чахлые кустики, по нахоженным любителями пива тропинкам выехали четыре мотоцикла. Видимо, Глеб слышал именно их рёв, когда совсем недавно представлял себе шедевральное полотно со звуковым оформлением.
Мотоциклы оказались устрашающе громадными: чёрные, блестящие, с высокими хромированными рогами-рулями, толстыми дугами безопасности по бокам и торчащими над задними колёсами одинаковыми флагами на длинных пиках-древках. Тёмно-коричневые полотнища флагов украшал белый силуэт мужика с арбалетом наизготовку – силуэт находился внутри перечёркнутого жёлтого круга. Чуть ниже круга алела категоричная надпись: «Встретишь Ван Хельсинга – убей Ван Хельсинга!»
Шестеро из семи ездоков – все бородатые, все в чёрных мотоциклетных шлемах, зеркальных очках и с сигаретами в зубах – были одеты по крутой байкерской моде. То есть в кожаное и, разумеется, чёрное – с массой стальных заклёпок и стальных же фенечек, весьма любимых вольными мотоциклистами: всякие цепочки, черепа, крестики и прочий малозначительный хлам, ни практического, ни сакрального смысла не имеющий.
Седьмой мотоциклист – вернее, седьмая – разительно отличалась от спутников-байкеров. Высокая девица, затянутая в белый облегающий костюм, похожий на скафандр из какого-нибудь фантастического телесериала, с длинным золотистым плащом и в белом же мотоциклетном шлеме с дымчатым забралом – несомненно была предводительницей банды. Потому что въехала на поляну первой и к тому же одна, без пассажира за спиной. Да и байкеры, не глуша моторы, часто поглядывали на неё словно в ожидании некого приказа.
Девица неторопливо слезла с мотоцикла, поставила его на боковой упор, так же неторопливо сняла шлем и огляделась: волосы у девицы были чёрные и коротко стриженные, лицо мертвенно бледное, а прищуренные глаза зелёные, недобрые. Опасные глаза!
– Во, блин! – Глеб уставился на флаги. – Это что, разъездной филиал борцов с борцами? В смысле, охотники на Ван Хельсингов всех мастей и видов? Впервые подобное вижу.
– Разумеется, впервые, – насмешливо заметил Хитник. – С твоим прежним зрением ты подобных ребятишек никогда бы не заметил! А и заметил, то принял бы за обычных городских мотохулиганов, мало ли их по улицам носится… И тут же забыл бы об увиденном. Потому что у некоторых уличных банд предводители – настоящие, чистокровные магики, как это ни печально. Умеют чужой взгляд отвести… Не знаю, кто они, эти мотоциклетные отморозки, но атаманша у них однозначно магичка! И, если не ошибаюсь, профессиональная ведьма-наёмница, – мастер-хак вздохнул. – Боюсь, сейчас тут начнутся серьёзные беспорядки… Скажи Федулу, что надо сваливать, зачем нам чужие разборки? Своих проблем выше крыши!
– Федул, шеф говорит, мол, пора ноги отсюда делать, – доложил Глеб, – бегом-бегом и не оглядываясь.
– Ага, сейчас всё брошу и удеру, – недовольно ответствовал гном. – Тут, поди, жуть какое интересное и драматическое вот-вот произойдёт, а я как лох в кусты? Нет уж, не дождётесь! Боевые эльфы никогда не удирают с поля чужой битвы, особенно ежели есть на что посмотреть. – Федул сложил руки на груди, выпятил бородку и нахмурился, всем своим видом показывая, что отсюда он не уйдёт ни за что и никогда! Пока зрелище не наскучит.
– А-а, опять яфились, не сапылились, – с неприязнью сказал Модест, угрюмо взирая на мотобанду, – фэкетифы хфеновы… И не натоело им?
– Рэкетиры? – переспросил Глеб, не веря своим ушам. – Тю! Да какое им дело до маленькой пивнушки с нищенским доходом? Не понимаю.
– Не в пивнуфке дело, – отмахнулся Модест, непонятно из-за чего раздражаясь и даже начиная от того раздражения говорить более-менее членораздельно, – фто им та пивнушка! Это ж энергетичефкие вампиры, маго-паразиты, а под пивнушкой находится прирофный источник чистой магической силы… не зря здесь будку поставили, нарочно тот источник прикрыли от фсяких бандюков, законсефифовали. А дядя Вано – он горский кехай в отставке, ныне Контролёр, и не столько пивом торгует, сколько следит, чтобы никто без специального разрешения тем источником не пользовался! Работа у него такая. А я у дяди Вано на подхвате, по софместительству… Стратегический импефский запас пот буфкой, во как!… Уф, я, кафется, лифнее сполтнул, – остывая, промямлил Модест.
– Ах вон оно чего! – обрадовался гном. – То-то я всё голову ломал: и отчего здешнее пиво всегда самое лучшее и самое вкусное? Хотя, казалось бы, с одного завода во все точки привозят… Ага! Кажись, начинается психическая атака… эко ребятишки раззадорились! – Мотоциклисты по взмаху руки ведьмы-атаманши сорвались с места и начали друг за дружкой выписывать круги вокруг ларька, нарочито форсируя двигатели и нещадно дымя бензиновой гарью. У «ребятишек», сидевших за спинами водителей, невесть откуда взялись бейсбольные биты – похоже, ситуация впрямь становилась драматической… Как того и хотелось Федулу.
Дядя Вано со стуком захлопнул окошко, вывесил строгое объявление «Пива нет» и задёрнул амбразуру изнутри матерчатой занавеской. Видимо, за припрятанным «калашниковым» пошёл… Что на самом деле собирался предпринять Контролёр, Глеб не знал, да и не стремился узнать: ничего хорошего в сложившейся ситуации быть не могло. А вот плохого – да сколько угодно!
Перепуганные любители пива, до этого момента взиравшие на происходящее с открытыми ртами, все как один немедленно бросились в разные стороны, оставив на столиках и недопитое пиво, и недоеденную закусь: ясен пень, что мотоциклетные ребята приехали сюда не шутки шутить! А потому благоразумнее будет до поры до времени держаться от ларька подальше. Пока всё не устаканится.
Кого именно увидел пивной народ, Глеб понятия не имел. Может, байкеров как они есть, может, крутых омоновцев в камуфляжках, а, возможно, обкурившуюся шпану с дубьём. Но в одном парень был уверен наверняка: саму ведьму никто из убежавших не заметил. Для обычных людей девицы в белом не существовало.
Глеб не сомневался, что минут через десять-пятнадцать убежавшие напрочь забудут и про мотоциклистов, и про недопитое пиво: коли во главе банды ведьма, то она наверняка всё предусмотрела – к чему ей ненужные свидетели? А ещё Глеб уныло подумал о том, что и он, и Федул с Модестом здесь абсолютно лишние, торчат как три тополя на Плющихе…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
