В начале июня под Полтаву прибыл Петр I. На военном совете было решено дать шведам «генеральную баталию». Полтавский гарнизон был извещен об этом запиской в посланном в город ядре.
25 июня русская армия укрепилась у деревни Яковцы, в пяти километрах от Полтавы. Битву было решено начать 29 июня, в день рождения Петра. 21 и 22 июня шведы отчаянно штурмовали Полтаву, потеряв за два дня более двух тысяч солдат. Не имевший каменной крепости город выстоял перед всей шведской армией.
В XVIII веке выбор позиции для генерального сражения имел очень важное значение. Обычно именно генеральное сражение решало судьбу всей войны. Позицию выбирал Петр и вынудил Карла атаковать в направлении, выгодном русской армии. Тыл армии Петра прикрывал обрывистый и практически неприступный берег Ворсклы. Левый фланг защищал Яковецкий лес, доходивший почти до самой Полтавы. Правый фланг был открыт, а перед фронтом армии располагалось ровное поле около двух километров в глубину. За ним стоял Будищенский лес. Яковецкий и Будищенский леса разделяло открытое пространство шириной чуть более километра. Только здесь шведские войска могли пройти для атаки русской армии.
Понимая, что наступление шведов начнется именно здесь, Петр распорядился построить укрепленную линию из шести поперечных редутов для двух батальонов пехоты. Редуты, четырехугольные земляные укрепления, были расположены друг от друга на расстоянии двухсот метров, длины полета фузейной пули. К поперечным редутам перпендикулярно были построены еще четыре редута, два из которых к началу битвы закончить не успели. За редутами был выстроен укрепленный лагерь для всей русской армии.
Шведская армия в сражении атаковала всем фронтом и была очень сильна мощью первоначального удара. Наступающая шведская армия натыкалась на четыре продольных редута и должна была выбирать — штурмовать с большими потерями редуты, или идти мимо них под сильным ружейно-пушечным огнем. Пройдя четыре продольных редута, шведская армия выходила на линию из шести поперечных редутов. Опять она должна была их атаковать и пройти сквозь них под перекрестным огнем. Здесь в укрепленном лагере шведов встречали русские полки. Европейские армии стали уделять внимание инженерным работам на поле боя только через сто лет.
Русская армия насчитывала 42 000 воинов — 58 батальонов пехоты, 17 полков конницы и имела 72 пушки. Шведская армия насчитывала 32 000 солдат. Всего шведы имели 40 пушек, но в битве стреляли только 4 — Карл не придавал артиллерии решающего значения. Шведские пушки имели от 40 до 120 выстрелов на орудие и имели достаточно пороха. Утверждение некоторых шведских историков о том, что пушкам нечем было стрелять, не соответствует действ ительности.
К утру Полтавской битвы в десяти редутах расположились два батальона Белгородского полка и части полков Нечаева и Неклюдова под командой бригадира С. Айгустова. За редутами развернулись 17 кавалерийских полков А. Меншикова. Армия с полевой и полковой артиллерией была расположена в укрепленном лагере. Украинские казачьи полки гетмана Скоропадского контролировали переправы через реки Псел и Хорол, отрезая шведам пути на
Правобережную Украину и Польшу. В случае поражения шведы могли отступать только на юг, к реке Переволочне. Линия редутов, два укрепленных лагеря у Яковцов и Семеновки, укрепления у переправы — у Петра была сильная позиция.
В первой линии атаки Карл XII выстроил пехоту в четыре голубооких колонны. Во второй линии в шести колонны выстроилась конница. 6000 шведов, два батальона пехоты и шесть эскадронов конницы, а также 3000 казаков И. Мазепы оставались у Полтавы. Они прикрывали обоз, охраняли переправу через реку Ворсклу ниже Полтавы. В бой готовились идти 25 000 шведских солдат — 24 батальона пехоты и 40 эскадронов конницы. В ночь на 26 июня при сшибке с казачьим пикетом был ранен в ногу король Карл XII. Полтавским сражением ему пришлось руководить лежа.
26 июня Петр провел смотр русской армии, во главе которой стояли фельдмаршал Б. Шереметев, командующий кавалерий А. Меншиков, князья М. Голицын и А. Репнин, командующий артиллерией Я. Брюс. Петр сказал войскам: «Вам известно, что кичливый шведский король своему войску уже расписал в Москве квартиры. Генерала своего Шпарра уже пожаловал губернатором московским и отечество наше определил разделить на малые княжества и, введя еретическую веру, совсем истребить. Оставим ли такие ругательства и презрение без отпущения?» От русской армии царю ответил герой М. Голицын: «Государь! Ты видел труд и верность нашу, когда через целый день в огне стояли, шеренг не перемешали и пяди места неприятелю не уступили. При Лесной четыре раза сумы и карманы патронами наполняли. Уповаем ныне иметь подвиг, как и тогда».
Король Карл тоже обратился к войскам: «Офицеры! Московский царь приготовил нам много кушаний. Идите завтра туда, куда ведет вас слава».
26 июня Петр на военном совете определил задачи и боевой порядок полков и батальонов. Несколько полковых пушек находились в редутах, прикрываемых и конной артиллерией драгунских полков. Их задачей было не допустить прорыва и развертывания шведских батальонов. В укрепленном лагере русской армии находились тридцать пушек полевой артиллерии и пятьдесят полковых пушек, сведенных в грозные батареи. Петр отказался от классической линейной артиллерийской тактики, эшелонировав боевой порядок пушек в глубину. Артиллерийской поддержкой обеспечивалась пехота в редутах. Конные орудия быстро могли быть переброшены в нужное место. При переходе армии в наступление полевая артиллерия прикрывала выход батальонов из лагеря. Полковые пушки возвращались в боевые порядки. Пушки полностью обеспечивали и вынужденный отход войск. Это были новые, революционные принципы участия артиллерии в сражении.
Вечером 26 июня войскам был зачитан приказ Петра I, ставший бессмертным:
«Воины! Пришел час, который должен решить судьбу Отечества. Вы не должны помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру врученное, за род свой, за Отечество, за нашу православную веру и церковь. Не должна вас смущать слава непобедимости неприятеля, ложь которой вы доказали не раз своими победами. Имейте в сражении перед собой правду и Бога, защитника вашего. А о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, жила бы только Россия, благочестие и благосостояние ее».
При подготовке Полтавской битвы Петр I проявил себя, как великий полководец, царь военного искусства. Велась непрерывная разведка, тщательно анализировалась обстановка. Расположение армии и скрытая ее переброска на правый берег Ворсклы обеспечивала прочный тыл. Удачно было выбрано поле сражения. Петр фактически впервые использовал принцип активной обороны. Русские летучие отряды и украинские казаки утомляли шведов непрерывными нападениями. Почти все вероятные пути отступления шведов были блокированы. Все солдаты понимали значение грядущей битвы. Внешнеполитическая изоляция Карла XII была проведена блестяще.
Благодаря военному искусству Петра и боевому мастерству русской армии, всем нашим войскам участвовать в сражении не пришлось — «из нашей пехоты только одна линия, в которой десять тысяч находилось, в бою с неприятелем была; а другая до того боя не дошла, ибо неприятели, будучи от нашей правой линии отвергнуты, побежали и так были побиты». Петр даже не использовал свое численное преимущество над Карлом.
На просьбу своих генералов лично в бою не участвовать, Петр ответил, «чтобы о том ему больше не говорили».
Самоуверенный Карл не проводил подробной разведки неприятеля. Уверенный в победе, он не обеспечил себе пути отступления. Он только выслал на дорогу до Переволочны четыре полка драгун, даже не сделав мостов через реку. Он почти не использовал артиллерию, хотя такая возможность у него была. Шведский король не препятствовал переправлению через Ворсклу 18 июня русской армии. Он принял условия Петра. Карл XII надеялся на знаменитый фронтальный штыковой удар своих «природных шведов», и был почти прав в его непреодолимой силе.
Существует версия, что в ночь на 26 июня к шведам перебежал остзейский немец. Была ли это спланированная акция, неизвестно. Унтер сообщил шведам, где в первой линии русских войск будут стоять новобранцы, одетые в серые мундиры. Сомнительно, чтобы Петр поставил в первую линию молодых рекрутов, но Карл вроде поверил и решил нанести мощный концентрированный удар по «серым мундирам», думая легко прорвать в этом месте русский фронт. Петру доложили о перебежчике и он приказал «с пехотного Новгородского полка снять мундиры и надеть на новобранный полк, а новобранного полка мундиры серого сукна надеть на Новгородский полк, воевавший с Петром восемь лет. Документально эта история не подтверждена. Карл XII все девять лет войны в первую атаку свою армию водил одинаково — лобовой удар и прорыв линии обороны.
