— Евгений Петрович, откуда такой нездоровый интерес к яйцам размякшего и раздобревшего приятеля? — Тим кокетливо поиграл бровью.
— Кто про что, а вшивый про баню, — отмахнулся Женька и двинулся в сторону раздевалки.
Развивая тему про баню, точнее сауну, Женька признался себе, что отвлечься с блондинкой не удалось.
Все зло — от баб.
Или их отсутствия.
— Всё, Маш, слазь. Так, визуально, вроде все чистенько. Мазочек взяла, в понедельник забеги по результатам. А вообще, мой тебе совет — бросай к чертовой бабушке.
— Елизавета Сергеевна, всего год остался. А потом брошу. Совсем-совсем. А сейчас мне никак нельзя. За универ мне кто платить будет? Жилье на что снимать? И жить как-то надо… Назад, к себе в деревню, я не вернусь. Наизнанку вывернусь, грудью лягу, а не вернусь.
— В втоем ремесле — это дело ну-ужное… Знаешь, денег всегда мало. Сейчас за учебу не хватает, потом не будет хватать на шубу-машину-квартиру.
— Не, я как закончу, на нормальную работу пойду. На завод, по специальности.
— Ага. Приходишь ты в отдел кадров, а там твой вчерашний клиент сидит. Вот и вся твоя работа. Захочешь замуж выйти, а мужу — так и так, невеста твоя на панели снималась.
Маша сморщила носик и скривила губки:
— Елизавета Сергеевна, сколько раз вам говорить, я не снимаюсь на панели, я оказываю эскорт-услуги.
— Та-та-та, — согласилась Морозка с баварским прононсом, — а проверяться ко мне раз в месяц ты ходишь, потому что боишься, что гонококки на тебя с руки сопровождаемого переползут. Или бледная трепонема прицепится. От совместного пользования театральным биноклем. Неужели тебе самой не противно со старыми, пьяными и страшными мужиками по гостиницам и саунам обтираться?
— Ну почему же сразу старыми и страшными? Вчера вот, например, нас в «Олимп» приглашали. Так знаете, там такой хорошенький начальник службы безопасности…
— Это такой азиат? — осторожно забросила удочку Лиза.
— Не, азиат — это у них директор. Он тоже ничего. Только больно правильный. К нему на кривой кобыле не подъедешь. А этот такой светленький. И молодой, и красивый, и обходительный… Вы себе даже не представляете…
— Да уж, где мне, — мрачно согласилась Лиза.
— А какой он щедрый в сексе… М-м-м-м, — мечтательно потянула блондинка, застегивая джинсы. — Его, кстати, Евгений зовут. Он так на меня смотрел вчера! И не женат, я узнавала. Как знать, может…
— Маша, — устала выдохнула Лиза, — ты опять «Красотки» насмотрелась?
— А что, такое бывает, я читала.
— В любовном романе?
— Знаете, вы мне просто завидуете.
— Конечно, завидую, Маша. Знаешь, у нас, у старых дев, такое случается, — подмигнула она пациентке.
— Да вовсе вы не старая, что вы на себя наговариваете, — возразила сердобольная блондинка.
Дожилась, подумала Морозка, глядя вслед девушке, уже проститутки жалеют.
Хорошо, что Машка не знает, как дела обстоят на самом деле. Еще бы и посмеялась…
Размечталась, ты, Лизка, поплыла, как мороженое на солнце.
Забыла, с кем и зачем имеешь дело.
Но ничего, Вселенная не дремлет. Н-на тебе напоминальчик с правого колена.
А чтобы не расслаблялась!
Женька собирался к Лизе.
События последних несколько дней привели его к неожиданному выводу: ему надоело их противостояние. Надоело натыкаться на Лизины шипы, надоело пробираться сквозь ее настороженность и недоверие.
Нет, сама Лизка ему не надоела.
У Женьки хватило смелости признать, что он начал привыкать к ее регулярному присутствию в своей жизни. И даже, — да, это противоестественно, но куда деваться? — стал воспринимать ее если не как приятеля, то как нечто, очень к тому близкое.
С друзьями, конечно, не спят. В эротическом контексте этого слова.
Но с подругами-то никто не запрещал?
Женщина для Змея загадкой не была. А чего там разгадывать-то? Замуж-шуба-брюлики. И так называемая женская «непредсказуемость» была для него вполне предсказуема.
Но Лизке порой удавалось его удивлять. И, как ни странно, приятно.
Более того, Ведьма заставила его признать право на существование своего взгляда на мир.
Женька поймал себя на том, что практически ничего о ней не знает. Собственно, это было не так чтобы слишком удивительно. Хотя обычно девушки с радостью болтали о себе, раскрываясь до костного мозга. Поскольку другого, по скромному Женькиному мнению, в их организме не содержалось.
Удивительно было другое — то, что Женьке было действительно интересно. Чем она живет помимо работы? Какие книги читает? Какие фильмы ей нравятся? Чем она таким занимается у своей подруги, что важнее их встреч? Что у нее за хобби такое неназываемое, в конце концов?!
Пришла пора зарыть топор войны, который висел над ними как дамоклов меч, решил Змей.
Сегодня секс не входил в обязательную программу. Нет, из произвольной его никто не исключал. Если предложат, отказываться он не станет.
Но на сегодня он ставил другую цель.
Уровень два. Квест «Разболтать Ведьму».
Осталось только заехать в магазин за тортиком, и он готов.
Лиза не стала отказываться, когда Женька позвонил час назад и предложил подъехать.
Она, конечно, не в форме, но встретиться им действительно нужно.
Во-первых, стОит извиниться за гормональный выплеск — Змей ее, наверное, в истерички записал.
Во-вторых, пора кастрировать нахрен этого мурзика чешуйчатого с приступом мартовской чесотки.
Нет, это, конечно, не выход.
Поскольку, простите, стерильный, но стерильный он ей зачем?
Но помечтать же можно?
Ладно, пусть пока живет в полной комплектации, решила Лизка. ДМН*.
Шутки — шутками, а поправить правила пари все-таки придется. * Прим.: ДМН — сокращение-канцеляризм. Означает «До минования надобности»
Сияющий Женька ввалился в ее крохотную прихожую.
— Привет! Ты как? — он потянулся к Лизиным губам с символическим поцелуем.
— Не бойся, сегодня утонуть в слезах и соплях тебе не грозит, — она задумалась на несколько мгновений. — Разве что в крови…
— Хм, это, в смысле, намек, что мне сегодня ничего не обломится, или что что-то отрежется?
— Возможны варианты.
— Буду оптимистом, — он протянул Лизе пакеты. — Чаем напоишь или так и будешь в коридоре держать?
Лиза заглянула внутрь:
— А в магазине вообще что-нибудь осталось? Женя, у меня в холодильнике мыши не вешаются.
