Альмира нервно дёрнула плечом. Это Анна-то красивая? Серьёзно? Надо напомнить, кто действительно красив.
— Не знаю, — она подошла, положил обе ладони Акелю на плечи и повела под не застёгнутую до конца рубашку. — Я хочу услышать, — она приблизилась к уху и шепнула, — твои варианты. Как ты будешь извиняться?
Он положил ладонь ей на спину и привлёк к себе. Вскользь коснулся виска губами:
— Как насчёт того, чтобы понаглеть? Позвать распорядителей, попросить Криса проследить за подготовкой, а самим уехать в те домики. Помнишь, я рассказывал? Хвойный лес, озеро, горячие источники и, главное, — только мы с тобой.
— Прямо сейчас? — Альмира поставила колено на ногу Акелю и нарочно медленно поцеловала.
Интересно, сорвётся? Проявит характер и настойчивость? Или будет продолжать играть в благородство и мучиться в ущерб себе?
Акель сдержался, принял правила. Осторожно придерживая талию, мягко повёл по бедру вверх. Добрался до выступающей косточки. Будто случайно, пальцы неуловимо коснулись ниже, против воли поднимая волну мурашек на спине. Вторая ладонь гладила поясницу, первая с нижней части живота свернула на другую ногу и медленно заскользила вниз.
— Заманчиво, но… я выбираю поход за цветами с…, — она не договорила, а легонько толкнула Акеля в плечи и отойдя. Поправила причёску, накрасила заново губы и надела белые туфли на каблуке. Крис высокий. С ним можно.
— Предложение остаётся в силе, — Акель улыбнулся, потом прикрыл глаза и запил разведённым лекарством ещё какие-то таблетки.
Снова.
Она словно со стариком живёт, а ему ещё двадцати пяти не исполнилось! Постоянно на таблетках, чтобы выглядеть обычным человеком. Что случится, если однажды утром она не даст ему возможности выпить их? Или внезапно окажется, что их больше нет? Он и на лекарствах выглядит не так, как…
— Завтракать пойдёшь? — обернулась она у двери.
— Заскочу в душ. Приятного аппетита, любовь моя.
— Спасибо, — кивнула Альмира и, отбросив волосы, вышла в коридор.
Теперь приятные занятия.
12.2
Альмира мысленно придумывала, как лучше зайти, чтобы произвести впечатление — с гордой полуулыбкой или, наоборот, — открыто и дружелюбно всех приветствовать. Не сразу услышала голос отца, остановилась и обернулась.
Высокий коротко стриженный беловолосый мужчина, на вид около пятидесяти. Сразу и не скажешь, что он старше империи. Сегодня отец снова надел свободный светло-серый костюм. Злиться не получалось, но эта однообразность один из главных поводов уехать из Воладора и… принять браслет.
— Привет, папочка, — поцеловала в щеку. — Со мной на завтрак?
— Пока да, — сдержанно кивнул тот. — Чем занимаешься сегодня?
— Идём выбирать цветы на праздник, Крис, — она поймала себя на улыбке, — сказал, что у него есть парочка ещё идей.
— Хорошо, — Гандизельвус тоже улыбнулся. — Приятный юноша. Мне нравится его энтузиазм. Удивляет, что Кристиана судьба твоего праздника волнует больше, чем… — назвать Акеля мужем язык не поворачивался. — Того, кто этот праздник спровоцировал.
— Крис же сам женился, — Альмира опустила взгляд. — Вот, помогает, ничего такого. Говорит, что Акелю и так сложно, а он — творческая натура, — не сдержала смешка. — Прости. Он очень весёлый. Целый день с ним смеёмся.
— Я не видел у него браслета. Да и не нужны они тебе, мы должны наслаждаться настоящим. Поэтому я рад, что ты проводишь время весело. Акель остаётся, я правильно понимаю?
— Ну, он предлагал, чтобы уехать нам с ним на пару дней, а все заботы отдать распорядителю и Крису, — Альмира намотала локон на палец. — Но я считаю это неправильным. Крис просто друг. Даже не Акеля, а Инги и Саймона.
— Сам затеял, а теперь решил увильнуть от обязанностей? Девочка моя, ты уверена, что хочешь такой жизни?
— Но сидеть в Доме как в тюрьме, я тоже не хочу. — Альмира поджала губы. — У тебя есть другие варианты?
— Ты прекрасно понимаешь особенности нашей семьи, а твой ухажёр пусть и слабый, но дэвиан. Тратишь время впустую. Время, которое не принесёт тебе ни пользы, ни наследника.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я извиняюсь, — внутри всё закипало, она сложила руки на груди — Но спать просто, чтоб зачать ребёнка я не собираюсь. Я не инкубатор. И могу заниматься этим только с тем, кто мне нравится, привлекает во всех смыслах! На тот момент был только Акель.
— Тот момент прошёл, — улыбнулся Гандизельвус. — И настал новый. Тебе ещё предстоит понять, что это значит.
Альмира посмотрела в сторону холла, который вёл в столовую.
— Анна сегодня поедет не только с жёнами Эразана и Элдри? — она старалась говорить как бы невзначай, но всё внутри замерло. — С ней будет кто-нибудь из наших?
— Конечно, — тем же тоном отозвался отец, — в этом городе защита не бывает лишней.
— Это хорошо, — Альмира так и не решила, какой образ держать и ограничилась улыбкой, которая быстро стала натянутой.
Они прошли сдержанно украшенными коридорами. В поместье Дарианов они как лабиринт, но в каждом имелись картины, вазоны с живыми цветами, которые так любила хозяйка и мать Акеля. Большинство комнат выкрашены в тёмные не слишком яркие цвета, эффектно контрастирующими с белой лепниной ненавязчивыми фресками. Альмира совсем иначе представляла богатые дома, думала, тут всё должно быть в золоте и драгоценных камнях, которые Дарианы выцарапывают, чтобы делать свои украшения, но нет. Всё очень сдержано и при этом не возникает мыслей что всё как-то простовато или дёшево. Нет, всё в этом доме стоило прилично.
Кристиан сидел вполоборота к Анне, а она как раз заканчивала предложение.
— …и мы решили ко всему прочему раздавать печенья. Давид, кстати, обучает всех желающих малышей сделать что-то из теста самостоятельно.
— О, а меня почему не хочешь брать учиться, — обиделся Кристиан, глянув на друга.
— Потому что с тобой это не имеет смысла, — с ухмылкой отозвался тот.
— Да ничего подо…, — начал Кристиан, но увидев Альмиру и Гандизельвуса, помахал им. — Доброе утро. Как спалось? А где Акель? За цветами же сегодня.
— Неотложные дела, — с плохо скрытым разочарованием сказала Альмира. — Снова.
Кристиан вздохнул.
— Бывает и такое. Ладно, не дуйся на него. Наоборот, представь, как он обалдеет, когда весь праздник увидит.
— Да. Я подкинула, точнее напомнила Кристиану про огни, — Анна просияла. — В общем, представь — зал затемнён, когда ты входишь, а на полу вместо банальных розовых лепестков…
— Мерцающая дорожка, — продолжил за неё Кристиан. — И стены тоже.
— Как по сверкающей светлячками воде идёшь, — Анна посмотрела на Кристина и выдохнула. — Потрясающе.
— Блин, да у меня самого мурашки от одного воспоминания, — Кристиан закатал рукав рубашки. — Вот, гляди. Надо вернуться домой и обязательно, — он поцеловал Анну, — повторить.
— Звучит здорово, — улыбнулась Альмира, скрывая раздражение. Этот праздник действительно очень важен, а Акель не делает и половины! — Нужно попробовать. Может… крошку люминистов…
— Эй-эй, — Кристиан поднялся и приобнял за плечи. — Говорю ж, это нам на руку, удивим его, — он поднял взгляд на Гандизельвуса. — Да и сами понимаете, чтоб обеспечивать такую красоту нужно много трудиться. Так что, он молодец.
— Мне кажется Акель самый милый человек, которого я вообще встречала, — Анна улыбнулась. — Разве можно на него хоть капельку злиться? Он такой хороший.
— Никто не злится, — усмехнулся Гандизельвус. — Просто его заинтересованность в празднике вызывает сомнения.
— Праздник будет невозможен, если Акель не будет решать дела, — жёстко, по-военному прозвучал голос Джейдена. — Ресурсы не берутся из воздуха. В этом городе точно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он сел во главе стола. Невысокий, коренастый, такую внешность Альмира не считала привлекательной, а манеры и тон совершенно не располагали. Как жена его терпит? Если бы Акель вёл себя так, Альмира в его сторону даже не повернулась бы.
— Свадьба в принципе необязательный праздник, — Гандизельвус занял стул по другую сторону длинного стола. — В Домах естественно. Наши дети дэвианы, к чему им это?
