- И насколько Волков силен? – уточнила.
- Бабка твоя его бояласи. Уважала, зачится так, но и бояласи. Говорила, как щас помню, шо ентот колдун ежели на темную сторону пойдеть, то усем плохо станеси. Бо силушка ему дана безмерная.
- Обрадовала, - усмехнулась я. Бросила взгляд на закрытое полиэтиленом окно, вспомнила нападение птиц и немного устыдилась своих мыслей.
Если пораскинут умом, то он и не должен был мне безоговорочно доверять при первой встрече. Как и я ему. Мы чужие люди. Мы, если верить словам домовихи, почти враги. И нас объединяет только то, что мы оба светлые и выполняем, по сути, одну цель. Помогаем. Спасаем.
Нет, определенно, злиться на Волкова не стоит, но почему-то разумные мысли никак не влияют на мои ощущения.
- А знаш, чаво, - топая за мной по гостиной, сказала Маруся.
- Чаво? – уточнила, переходя на милую уху речь маленькой женщины.
- Кажись, ты Добрынюшке нравишси, - выдала она, а я тут чуть и не присела. Нет, я бы, конечно, присела, но под пятой точкой ничего мягкого в тот момент не обнаружилось. А бежать и театрально падать на диван было не в моем духе. Но, признаюсь, домовиха меня удивила.
- Марусь, ты что? – поразилась искренне.
- Дык, глядит он на тябя иначе тяперь, - ответила она. – Я жеж вижу. Оно со стороны всяко виднее, Василисушка.
- Глупости! – отмахнулась я. Конечно. Глядит иначе. С интересом…к моему ключику, тому самому, что на шее сейчас висит. Вороны, они тоже, с интересом на меня глядели, когда в дом ворвались.
- Марусь, у него есть ко мне интерес, но иного характера, чем ты решила, - пояснила домовихе.
- От же, какие вы девчата молодые глупые, да сляпые, - рассмеялась она. – После сама поймешь, ага.
Я вместо ответа, улыбнулась. Да, иногда, видимо, даже такие опытные и долгоживущие могут ошибаться. Но разве домовиху в этом переубедишь? Нет. Даже пытаться не стоит.
- Я спать, - заверила женщину.
- Сладких, Васенька, - кивнула она.
Направившись в свою спаленку, первым делом поставила будильник на телефоне, сделав себе заметку, что надо позвонить маме и сказать про вещи. Пусть высылает в райцентр. Ведь, оказывается, я вполне могу туда добраться.
Если только соседушка-колдун мне одолжит свой хваленый амулет.
Впрочем, завтра и проверим, каков он в действии.
С этими мыслями умывалась, склонившись над раковиной.
С этими мыслями легла спать, слушая звуки ночи и вдыхая чистый аромат свежего воздуха.
Глава 11.
- Да, мамуль. И планшет мой упакуй, ага. И те платья, ну, которые, помнишь, мы вместе брали на распродаже. Ага. В горошек и то, второе, с жуткими маками. Здесь они впишутся идеально в деревенский колорит, - допивая травяной чай и поглядывая на часы, болтала с мамой, давая ей ценные указания по поводу посылки.
- Нет, сама приехать не могу. Тут дел полно. – Ответила на очередную попытку матери вернуть меня в лоно городского безумия. – Здесь отличный воздух. Да, да.
Маруся, завтракавшая напротив, прислушивалась к беседе, но молчала, только глазищами сверкала.
- Ой, мам, и мне этих женских штучек положи упаковку, - добавила, когда мама попробовала вразумить меня по поводу Дена.
Оказывается, этот… ну слов просто нет, кто, снова заявился к родителям и выпытывал мой адрес. Судя по всему, выпытывал вежливо и хитро, раз мама принялась упрашивать меня «дать мальчику еще один шанс! Ведь он так переживает!».
О, мама. И почему ты такая сердобольная!
Этот мальчик…пошел бы он лесом да мимо озерца Романа, да чтобы его Мариша и Алла пуганули так, чтобы бежал, сверкая пятками, прочь от меня и из моей жизни.
Нет, я первое время почему-то хотела, чтобы он принялся меня искать. Но сейчас во мне что-то изменилось. То ли чистый деревенский воздух вправил мозги, то ли глаза окончательно открылись. Теперь я была уверена, что никаких мажоров нам, как говорить домовиха, «не нать». А потому, пусть гуляет, как гулял до меня. С глаз долой из сердца вон.
- Да, спасибо! Я потом приеду на почту, ты мне только позвони, отследи посылку, ага, чтобы я знала, что и как.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Чай закончился. Закончился и разговор. Попрощавшись с родительницей, послала миллионы поцелуев ей и папе и отключила связь.
- Шо, с Добрынюшкой поедешь? – спросила Маруся, хотя прекрасно знала, что так и будет. Хотелось мне его амулетик опробовать.
- Ага. Посмотрю на ваш райцентр, если его обещанный амулет позволит мне удалиться дальше, чем этот дом меня отпустит, - пошутила я.
- А мне Серафима ни разу не говаривала про амулетик-то! – сокрушенно покачала головой маленькая женщина. А я встала из-за стола.
- Спасибо за вкусности, - поблагодарила Марусю. – И мне кажется, пора!
Часы показали без пяти восемь. Я отнесла в раковину кружку и почти сразу услышала, как за окном сигналит машина. А выглянув в окно, увидела, что внедорожник Добрыни уже стоит на дороге. Сам водитель вышел из салона и смотрит на мой дом в ожидании.
- Ну, я побежала! Ты остаешься за старшую, - пошутила.
Маруся проводила меня до дверей.
- Сала купи! – крикнула мне вослед, когда я уже добежала до калитки.
- Ага! – кивнула согласно, мысленно ругая себя за то, что бежала. Надо было выйти чинно и спокойно. Дойти до машины с важным видом, а не бежать, словно мне очень хотелось увидеть хозяина авто.
Нет, право слово, еще надумает себе что!
Добрыня встретил меня спокойным взглядом и коротким приветственным кивком. Затем подошел, достал из кармана рубашки обещанный кулон в форме солнца, посмотрел мне в глаза:
- Ты позволишь? – спросил.
Я поняла, что имеет ввиду мужчина. Повернулась к нему спиной, подняла распущенные волосы, подставляя доверчиво шею. Внутри что-то кольнуло от собственной наивности.
А что, если он, колдуняра этакий, пакость задумал?
И откуда только мысли такие. Нет. Конечно, нет. Характер у него неприятный, но на подлость Добрыня не способен. Вон и Маруся ему доверяет! А это показатель.
Амулет опустился на шею. Солнце, покрытой позолотой, похолодило кожу и я убрала руку, позволив волосам рассыпаться по плечам.
- Точно меня не скрутит за деревней? – уточнила, повернувшись к Волкову.
- А вот и проверим, - он ехидно улыбнулся, а затем распахнул передо мной дверь, и я забралась на сидение рядом с водителем.
Добрыня снова покосился на мой дом. Вскинул неожиданно руку и помахал Марусе, прилипшей носом к стеклу в окне. Домовиха следила за нами. Не иначе.
Я помахала тоже, пока Волков занимал свое место.
Двигатель тихо загудел. Зашелестели колеса по сухой земле. Мы двинулись вперед, направившись через деревню. И на этот раз я увидела в окно намного больше жителей Ложечек. Ехали мы неторопливо. Добрыня то и дело кивал знакомым, а я помахала только тем, кого знала. И это был один дед Степан, куривший трубку на своей извечной лавке.
Но вот деревня осталась позади. Волков надавил на газ, и мы помчались, огибая колдобины и рытвины дороги.
Где-то через несколько километров встретили автобус. Тот самый пазик, который привез меня в Ложечки. Волков уступил важному авто дорогу, а затем снова вырвался вперед, оставляя за нами след густой пыли.
Ехали молча. О чем думал колдун, не знаю. Я же сидела смирно, и ждала, что меня вот-вот скрутит жутким порывом, как тогда…
Но нет. Вот промелькнули две деревеньки, а самочувствие осталось прежним.
- Кажется, действует! – выдохнула я с облегчением.
Волков покосился на меня. Усмехнулся.
- Действует, - согласился он.
- Может, радио включишь, - еще спустя пару минут попросила я. – Ехать скучно.
- Музыку любишь? – глядя на дорогу уточнил Добрыня.
- Ну да. И просто, молчание угнетает. – Я покосилась на его магнитолу. Крутую, к слову. Как и тачка. Определенно, колдуны в нашем мире не бедствуют. Невольно вспомнилось золото, которым платили мне Кащей и Маришка. И ответ пришел сам собой. Наверное, и Волкову за его услуги платят не баксами и не деревянными.
