Астиод тоже обернулся на звук и увидел стремительно приближающуюся к нему ледяную волну. Лицо его исказилось гримасой страха и отвращения, и он завопил, указывая на Бар-Аммона:
— Убейте мерзавца! Он подослан колдунами карлисов!
Жрец метнулся к ведущим из Купели ступеням, но запутался в складках тоги и упал на колени. Ледяной вал с треском ударил его в спину и повалил ничком. Несколько долгих секунд Астиод пытался подняться, а напирающий лед все теснил его к краю бассейна. Лэн успел увидеть, как над ступеньками взметнулась рука с растопыренными пальцами и заскребла по глине. В следующее мгновение мутноватая ледяная масса накрыла жреца с головой и с хрустом раздавила.
— Господин! — Командир Телохранителей схватил князя за плечи и потащил прочь от края Купели. — Господин, нужно скорее уходить отсюда…
Золотые слова, подумал Бар-Аммон. Державшие его стражники, ошеломленные разворачивающимися в зале событиями, немного ослабили хватку, но вырваться из их рук означало упасть в бассейн, поэтому маг предпочел не делать резких движений. Оставаясь помимо своей воли бессильным наблюдателем, он видел, как отступают к выходу перепуганные придворные. Князь, опиравшийся на плечо Командира Телохранителей, двигался медленно, будто во сне, и это сдерживало тех, кто явно почел бы за лучшее оказаться подальше от оскверненного святилища. Внезапно в центре Купели ледяная корка вздулась огромным пузырем и лопнула с оглушительным звоном. В лицо Лэну вонзились мелкие острые осколки, и он непроизвольно зажмурил глаза. А когда открыл, то увидел выросшую посреди зала фигуру, отлитую из чистейшего голубоватого льда.
Это была обнаженная девушка, высокая и стройная. К Лэну она стояла спиной, и все, что он мог заметить, — это аппетитно посверкивающие в свете факелов ягодицы и крепкие длинные ноги. Но князь, очевидно, хорошо видел ее лицо, потому что его мощная челюсть безвольно отвисла, а в глазах появилось выражение крайнего удивления. Он рывком высвободился из объятий Командира Телохранителей и шагнул обратно к бассейну.
— Элия?..
Девушка засмеялась. Лэн вздрогнул, потому что узнал этот смех, чистый и звонкий, будто скачущий по камням горный ручей.
— Замурру, — нежно проговорила принцесса Снежной Твердыни. — Замурру, благородный князь Уммы… Ты ведь хотел, чтобы я стала твоей женой, не так ли?
— Элия, — повторил князь, останавливаясь у края Купели. — Как ты сюда попала?
— Какие пустяки тебя интересуют! Неужели ты и впрямь передумал брать меня в жены?
На лице Замурру отразилось явное замешательство. Он зачем-то обернулся и смерил взглядом толпившихся у двери придворных, будто ожидая от них совета. Сейчас он нисколько не походил на того уверенного в себе властелина, которым знал его Лэн.
— Мой господин, — робко проговорил Великий Визирь, — осмелюсь предположить, что перед нами не сама принцесса Элия, а всего лишь ее ледяной двойник, в искусстве, создания которых карлисы весьма искушены…
— Разумеется, нет, — ответил князь, обращаясь к Элии. — Я нисколько не передумал, принцесса. Став моей женой, ты поможешь мне прекратить эти глупые распри между нашими народами, и в странах, подвластных нам, воцарятся мир и процветание…
— Вместе мы будем непобедимы, — в тон ему промурлыкала Элия и плавным движением скользнула навстречу Замурру. — Мы объединим наши силы и поставим наконец на место зазнавшихся каменных истуканов… Дай мне руку, мой доблестный князь!
— Не прикасайтесь к ней! — крикнул Командир Телохранителей, делая знак лучникам. Лэн с облегчением увидел, что воины, стоявшие по краям бассейна, целятся теперь в сверкающую ледяную фигуру. Элия, не обращая никакого внимания на грозившую ей опасность, грациозным движением протянула Замурру тонкую голубоватую руку. Князь решительно сжал ее в своей огромной ладони и помог принцессе выбраться из Купели.
— Одного только я не понимаю, мой повелитель, — Элия говорила по-прежнему ласково, но Лэн уловил в ее голосе знакомые напряженные нотки, — зачем ты прислал мне в подарок кольцо Суббахи, которое должно было неминуемо превратить меня в кусок глины?..
— Принцесса! — возмущенно воскликнул Замурру. — Это ошибка! Кольцо Суббахи выкрал человек по имени Бар-Аммон, действовавший в сговоре с одним из моих придворных. Я никогда не стал бы…
Элия не дала ему договорить:
— Ты хотел поймать меня на приманку, словно одну из тех глупых рыб, что водятся в вашей Желтой Реке. Но я не рыба, князь, да и рыбак из тебя никудышный. Твоя хитрость обернулась против тебя самого, и не я, а ты болтаешься сейчас на крючке!
Замурру попытался вырвать свою руку, но Элия держала ее крепко.
— Поцелуй же меня, князь, — нежно приговорила она, обвивая свободной рукой короткую шею повелителя Уммы. — Поцелуй меня перед тем, как получить мой ответный дар…
— Не стрелять! — поспешно скомандовал Командир Телохранителей.
Гибкое ледяное тело прижалось к коренастому плотному Замурру и на миг слилось с ним. Элия впилась в губы князя долгим страстным поцелуем и Лэн неожиданно для себя испытал укол ревности. Ревность, однако, мучила его недолго, потому что уже в следующее мгновение князь сдавленно вскрикнул и отшатнулся от своей невесты.
Стоявшие за спиной Бар-Аммона стражники охнули и разжали руки. Маг скатился по ступенькам и упал в замерзший бассейн, больно стукнувшись лбом. Это его спасло: в следующий миг в зале стало темно от взвившихся в воздух стрел.
Упав, он некоторое время лежал неподвижно, прислушиваясь к шуму происходящей наверху схватки и пытаясь отогнать от себя страшную картину, увиденную в последнее мгновение перед падением в Купель, — разваливающееся на глазах лицо князя Замурру. Выдающийся подбородок князя пошел трещинами, от рта к надбровьям стремительно поднималась смертоносная синева… Даже после всех ужасов Снежной Твердыни это зрелище сильно подействовало на Бар-Аммона.
Он осторожно поднял голову и увидел, что на девушку сыплется настоящий град стрел. Лучники стреляли не переставая: они, похоже, были напуганы ничуть не меньше, чем бросившиеся спасать свою шкуру придворные. Но стрелы не причиняли Элии никакого вреда; они со звоном отлетали от ее спины и плеч, вонзались в стену или бессильно падали ей под ноги. Князя Лэн сначала не увидел, но потом понял, что громоздившаяся перед принцессой бесформенная глиняная куча и есть то, что осталось от могущественного Замурру.
Внезапно точеная фигурка принцессы Снежной Твердыни окуталась голубоватым сиянием и замерцала, как готовая погаснуть свеча. Бар-Аммон вспомнил прозрачный, светившийся в темноте силуэт, виденный им в Башнях Пришествия, и решил, что Элия собирается исчезнуть. Но вместо того чтобы раствориться в воздухе, принцесса с быстротой кобры метнулась вперед, к толпившимся у узкого выхода придворным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
