— Он не виновен в том, что сделал.
— Это как? — Удивился Маор — Пришёл, напал и невиновен? Бездна попутала? Жнецы приказали?
— Он умирает не от ран. Волк не бил насмерть…
— Кстати, чем бил? Оружие запрещено. То, что ваш мальчишка утащил это всё куда-то, мы видели.
— Не бил насмерть — упрямо продолжила Эспер — Амрена отравили.
— Вот оно что. И чем? И с чего вообще такие выводы?
— Спутанность сознания, суженные зрачки, пена на губах. Нечувствительность к боли и выплеск всех резервов организма в одной короткой схватке. Я предполагаю, что яд на основе какого-то диссоциатива. Возможно, с мускарином. Учитывая здешнюю флору, это бешеный гриб либо аманит. И ещё. Судя по симптомам, травили долго и мизерными порциями, что вызвало наркотическую зависимость. Это вызывало измененное состояние сознания.
— Наркотик? Сам закидывался, может?
— Сомневаюсь. Аманит ещё применяют, как наркотик. Хотя тоже нужно умеючи. Бешеный гриб — почти всегда очень короткая дорога в один конец. Не думаю, что кто-то ради кайфа стал бы так рисковать.
— У наркоманов всё может быть.
— Может. Но сомневаюсь. В этом состоянии личности проще навязать какую-то мысль. Легче вызвать чувство ненависти, например. Или страсти.
Сегодня, видимо, дозу увеличили, что привело к атаке на Волка и выплеску всех резервов организма. Таким приёмом на островах пользовались люди с волчьей головой.
— Читал про них. То есть, Амрен не контролировал себя. А настоящий виновник — неизвестен.
— Верно. Более того, если не помощь Амрену, то он умрёт. От физического переутомления и от отравления алкалоидами.
— Как лечить?
— Если это мускарин, то вываркой белены, например. Там есть вещества, которые нейтрализуют мускарин. Главное, приготовить верно. Белена сама по себе яд. В здешних местах тем более.
До Крематория дальше добирались молча. Потом оказывали помощь Волку, Амрену. Маор не уходил, пребывая в задумчивости.
Когда всё неотложное было закончено, он подозвал Волка и Эспер к себе.
— Волк. Обвинять тебя в нападении не стану. Очевидная самооборона. Но оружие заключённым запрещено.
— Оружие, залог выживания. — ответил Волк невозмутимо.
— Сдай.
Волк отлучился и принёс стилет и короткий меч, что был любим всё теми же островными племенами.
— Хм. Это всё оружие?
Волк кивнул.
— Если выяснится, что ты соврал — отправишься в Клетку. За ношение оружия я снимаю тебя с должности Старшего Смотрящего. Ты, вместе с Амреном, отправишься в бараки распределения. Где вам найдут подходящее место. Вопросы?
— Кто станет новым Смотрящим Крематория?
— Эспер. Ещё вопросы.
— Волк нужен здесь, а не в бараках распределения. — взяла слово новоиспечённая Старшая Смотрящая Крематория — А Амрена сейчас отправлять в бараки — верная смерть. Проще уж тогда сразу убить.
Маор привычно пощёлкал пальцами, настраивая свои мысли на нужный лад.
— Будь по-твоему, Эспер. Волк останется здесь. Простым работником, без малейших привилегий. А Амрена ты сперва приведёшь в удовлетворительное состояние. После чего он, всё же, отправиться в бараки распределения. Ясно?
— Спасибо — кивнула девушка.
— Подумай о моём предложении. Хорошенько подумай. — добавил Маор и, теперь уже обращаясь к своим людям, приказал — Уходим!
Глава 13
XLIX
Маор вместе с сопровождающими Крематорий покинул, а проблемы остались.
— Что Амрен? — спросил Волк.
— Дала ему взвар. Станет хуже. Будет жар. Но если ночь протянет, то дальше будет лучше. Плохо то, что все силы он уже отдал. Трудно будет.
— Справится. С подготовкой Братства, если мне правду рассказывали, Амрен должен быть привычен с ядами справляться.
— Посмотрим. Что могли, мы сделали. И делать продолжим. Но многое действительно от него зависит. Интересно, почему именно ты стал целью его атаки.
— В смысле? Разве дело не в том, что он был не в себе?
— Не в себе, конечно. Но у тех же людей с волчьей головой четко присутствует понимание того, кто друг, а кто враг. Вы с Амреном, если и не друзья, то уж соратники, как минимум. Откуда такая тяга тебя убить, что её в нормальном состоянии пришлось сдерживать, а в изменённом она стала спусковым крючком к атаке?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Понятия не имею.
— Вот с этим, а также с тем, кто вообще отравил Амрена, тебе, на мой взгляд, и стоит разобраться.
— Если на то будет ваша воля, госпожа Старший Смотрящий — улыбнулся Волк.
— Брось ты! — поморщилась Эспер — Все всё понимают. Ты как был тут главным, так им и останешься. Что бы там не говорил Маор.
— Ну, ты удивишься, может, но Маор реально прав. Ты настоящая хозяйка Крематория. И наши люди полностью эту идею поддержат. Надеюсь, что смог завоевать их уважение. Но тебя они любят. И пойдут в огонь и в воду именно за тобой. Кстати, о Маоре. О каком предложении шла речь?
— О странном. Он хочет сделать меня свободной.
— Ого. И какова цена вопроса?
— Служба здесь. Несколько лет.
— Вот оно как. И что ты решила?
Девушка выглядела так, будто сейчас расплачется.
— Я не знаю. Я… когда-то давно я мечтала об этом. О свободе. О том, что весь этот кошмар в один момент просто закончится. Что я смогу просто жить. Не быть игрушкой в лапах очередного убл****. Не ждать, к какому монстру меня продадут дальше. Жить.
Слёзы всё-таки вырвались из глаз девушки. Вечно решительная и несокрушимая, она рыдала навзрыд, отчаянно ища новую точку опоры. Волк обнял девушку. Прижал её к себе. И гладил её волосы, пока та говорила, и говорила. Рассказывала о своей жизни, своей семье. В какой-то момент Волк подхватил девушку на руки. «Карма такая, на руках только рыдающих красавиц таскать?» мелькнуло у него в голове. Мелькнуло и растворилось, полностью смытое рассказом Эспер.
— Я чувствовала себя такой ничтожной, такой ненужной — шептала она — Этого Крукеда я не просто ненавидела. Я была готова свою жизнь оборвать, лишь бы и его с собой забрать. И готовилась к этому. Варила яд. Крепкий. Мучительный. Он бы сдох. Прямо на мне бы сдох. А потом он меня вышвырнул. И я растерялась. Дура. Так лелеяла свою месть. Так смаковала её. Что не поняла, как быть дальше. Ребят стала лечить, когда они приползали избитые, израненные. А там и вовсе запал потеряла. Испугалась? Он ведь изменил меня. Не только внешне уничтожил, превратив в никчёмную уродину. Внутри сломал. Я его до сих пор боюсь.
Волк усадил Эспер не диван, не выпуская из объятий. Самое ценное сокровище в его жизни. А она продолжала. Всё, что наболело за последние годы. Все, что давило, разрушало изнутри. Минуты летели, наступила ночь, а девушка всё продолжала, ничего не замечая, будто в шаманском трансе.
— И теперь у меня есть новая семья. Мои ребята. Они действительно меня любят. Я им нужна. И они мне нужны. Очень нужны. Куда я без них? Я очень боюсь уйти и потерять их. Вновь остаться одна в мире, где полно таких, как Дик. Я больше не сломаюсь перед таким. Но спать спокойно тоже не буду. Никогда. Но больше всего я боюсь не этого…
Девушка надолго замолкла, обмякнув. Учитывая, что её голос становился всё тише, юноша решил, что она уснула. Но спустя время шёпот возобновился.
— Я боюсь потерять тебя, Волк. Я дура, тупая страхолюдина, которую имели все, кому не лень. Страшная и сломанная игрушка. Но я очень тебя люблю. И возможность просто быть рядом… как же мне от неё отказаться?
Высказав всё, девушка сделала вялую попытку встать и уйти. Но выбраться из крепких объятий Волка так и не смогла. А может и не очень хотела.
— Вот я дурак. — прошептал он в ответ — Ты даже не представляешь себе, как долго я стыдливо мучался, боясь подойти к тебе и заговорить на эту тему. Ангел Крематория и тупой головорез. Я так благодарил судьбу за нашу дружбу и так боялся хоть чем-то её разрушить…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В разговорах этой ночью необходимости больше не было.
L
Аммир встретила утро радостью. Время летело, она чувствовала себя в полной безопасности. Срок в один год, казавшийся бесконечным поначалу, больше не пугал. Ещё чуть-чуть, и её мучениям здесь придёт конец. Она вернётся домой, под защиту нежных и заботливых родителей. Найдёт себе мужа. Нормального, заботливого, богатого и влиятельного. А потом, много лет спустя, будет вспоминать это недоразумение со смехом. Как интересное и весёлое приключение.
