Читаем без скачивания Самое опасное море. Минная война в годы Второй мировой - Арнольд Лотт

А в гавани Маривелес оставшиеся тральщики продолжали перерезать якорные канаты мин. Те, которые поразили «Лавалетту» и «Рэдфорда», как было установлено позднее, оказались электроуправляемыми и приводились в действие с береговой станции на Батаане. С того памятного дня, когда Дьюи прибыл в Манильский залив, чтобы потопить испанский флот в Кавите, это были первые вражеские управляемые мины, попавшиеся на пути кораблей ВМФ США. Тогда испанцы взорвали две управляемые мины, но слишком далеко от эскадры Дьюи, чтобы причинить ей вред. Японцы целились лучше.

Очистка гавани Маривелес продолжалась весь день 14 февраля. Только в темноте работа прекратилась. После захода солнца туда вернулись корабли «YMS» и снова приступили к тралению. Когда они уже направились к выходу из гавани, мина взорвалась в трале «YMS-8», подбросив корму тральщика на несколько футов в воздух. Команде пришлось потрудиться, пока удалось восстановить рулевое управление.

На следующий день, 15 февраля, наступил день «Д». С рассвета тральщики трудились в гавани Маривелес. Час «Ч» был отложен на 60 минут, чтобы обеспечить максимальную очистку. К тому моменту, когда на горизонте появились плавсредства с войсками и техникой, были выполнены еще четыре траления на разные типы мин. Но несмотря на приложенные усилия, тральщики не сумели обнаружить все мины. Одна из них взорвалась под днищем «LSM-19», что стало причиной многих человеческих жертв. В этом же районе спустя два дня взрывом был поврежден флотский буксир «Хидатца».

Пока войска высаживались на берег, большие тральщики «АМ» перешли на участок «Джейн», расположенный к югу от участка «Сюзи». Если предположить, что избыток мин вокруг является заветной мечтой матроса тральщика, моряки, попавшие на участок «Джейн», не могли желать ничего лучшего. За два дня работы на «Сюзи» и «Джейн» были обнаружены 264 японские мины контактного типа. К счастью, вражеские батареи, являвшиеся объектом самого пристального внимания артиллерии крейсеров и эсминцев, не мешали тральщикам. Но тем, кто работал в заливе Кабалло между островами Коррегидор и Кабалло, повезло значительно меньше. Они нашли только одну мину на входе в залив, зато попали под сильный артиллерийский огонь вражеских батарей, которые были неуязвимы для огня с моря. Японцы не упустили свой шанс и повредили «YMS-46», которому пришлось уйти из залива. Но, получив повреждения и маневрируя для отхода, тральщик не прекращал огонь. Вслед за ним шел «YMS-6», орудия которого также не замолкали ни на минуту. Затем «YMS-314, -336 и -6» снова вернулись в залив и продолжили траление, причем их палубные орудия ни на минуту не переставали изрыгать огонь. Артиллеристы с крейсеров и линкоров, привыкшие использовать дальнобойные орудия, с изумлением наблюдали, как маленькие, почти игрушечные кораблики яростно пробивают себе путь в опасные воды, чтобы вести траление мин под огнем вражеских орудий.

На следующий день ничего примечательного в Манильской бухте не произошло. Противник почти не беспокоил моряков. К этому времени на Коррегидоре высадились парашютисты и десантники, которые не давали японцам отвлекаться. Было найдено еще много вражеских мин, а также одна американская управляемая мина. К концу дня Южный канал между Кабалло и Эль-Фрайлом был объявлен безопасным для судоходства, а тральщики вернулись в Субик-Бей. Следовало получить топливо, боеприпасы и новое оборудование для траления взамен утраченного. Работа в Маниле еще не закончилась.

В воскресенье 18 февраля тральщики опять приступили к делу. Шесть кораблей «АМ» использовали специальное оборудование, рассчитывая обнаружить в Северном канале японские управляемые мины, которые там, судя по данным разведки, еще оставались активными. Тральщики не нашли ничего, зато два катера, вошедшие в канал вслед за последним тральщиком, получили значительно больше, чем рассчитывали: внезапно вокруг них в воздух взметнулись гигантские водяные столбы. Это взорвались сразу шесть мин. Матросы тральщиков так и не поняли странную логику японцев, пропустивших минный флот и взорвавших шесть мин, чтобы повредить старые катера, но они не могли не приветствовать такое решение. В Манильском заливе корабли «АМ» были заняты прокладкой пути к Сан-Николас-Шоалз и далее вдоль 10-саженевой изобаты к минному полю в районе Рестинг-Пойнт. Только при первом проходе через него были обнаружены более 80 мин. Остаток дня тральщики посвятили их отстрелу. К ночи 30 штук все еще плавали, но на следующее утро с ними было покончено.

19 февраля тральщики снова прошли через Северный канал в поисках управляемых мин, но за два прохода не обнаружили ни одной. Японцы снова пропустили минный флот, после чего едва не достали обстреливающие остров эсминцы. Получив очередное доказательство, что мины остаются активными и управляются с берега, американское командование закрыло Северный канал для движения судов, пока береговая станция, откуда велось управление минами, не окажется в руках более дружелюбно настроенных людей.

Первая стадия траления завершилась 19 февраля. В Манильском заливе и на подходе к нему были обнаружены более 400 мин. Но задача поиска магнитных и управляемых мин еще оставалась на повестке дня, и к ее выполнению приступило специально созданное подразделение из 15 кораблей «YMS» со «Скафлом» в роли флагмана.

В течение целой недели в марте тральщики работали на минном поле из 50 американских мин влияния, сброшенных здесь в декабре 1944 года. Их доставили сюда с Лейте «каталины» 20-го королевского австралийского полка ВВС, которые специально для этого прилетели туда из Дарвина и Ратминса (Новый Южный Уэльс). Они установили абсолютный рекорд, преодолев 9000 миль для участия в единичной операции. Судя по состоянию найденных мин, эксперты в Вашингтоне хорошо знали свое дело. Все мины были оснащены специальными устройствами, которые должны были сделать мину пассивной ко времени начала наступления американских войск на Манилу. Ни одна из них не осталась активной.

12 апреля тральщики 7-го флота подняли последнюю мину в районе Эль-Фрайла. Вслед за этим начался обстрел форта крейсерами и эсминцами. Через двое суток планировалась высадка войск. Так была завершена двухмесячная работа минного флота, который за это время обнаружил и уничтожил около 600 мин.

К 12 апреля флот уже находился на пути к Токио. Морская пехота захватила Иво-Джима, и завязалось сражение у Окинавы – самое тяжелое и затяжное за весь период военных действий. Здесь досталось всем кораблям без исключения – от авианосцев до минных тральщиков. На Филиппинах минный флот рассредоточился среди бесчисленных островов, проверяя подозрительные гавани, прокладывая дорогу для высаживавшейся на берег пехоты, открывая безопасные морские пути, так необходимые для жизнеобеспечения этого обширного архипелага.

Одни тральщики участвовали в операциях в Маривелесе, Коррегидоре и Манильском заливе, другие были заняты не менее важными делами в более отдаленных районах Филиппин. В промежутке между 15 февраля и 12 апреля не менее 8 высадок было проведено после предварительной очистки акватории минными тральщиками. Некоторые операции прошли гладко, как высадка на Палаван 28 февраля. Когда же адмирал Барбей повел 125 кораблей к Замбоани, где живут бесхвостые обезьяны, впереди снова шли трудолюбивые кораблики «YMS». Им следовало протралить 360 квадратных миль водного пространства, где, по данным разведки, было немало мин. Минным тральщикам под командованием Эрни Солтмарша пришлось очень нелегко. Они приступили к работе 8 марта, а на следующий день «YMS-71» попал под огонь береговой батареи противника и едва успел улизнуть. Разорвавшийся рядом с бортом «YMS-50» снаряд повредил носовую часть корабля. За неделю непрерывного траления была обнаружена только одна старая контактная мина. Одну плавучую мину заметила команда взрывников, на другой в тот же день подорвалась старая армейская баржа.

У острова Негрос 18 марта ситуация была очень похожей. Для очистки акватории вокруг Минданао в апреле и мае было проведено несколько операций, в которых приняло участие большое количество минных тральщиков. Люди постоянно находились в состоянии полной боевой готовности, поскольку имелась информация о наличии в этом районе многочисленных минных полей; и в действительности недостатка в минах не оказалось. Перед высадкой в районе Малабанг – Паранг – Котабато 17 апреля «YMS» провели траление, давшее отрицательные результаты. Во время наступления в районе Дигос – Санта-Крус 3 мая были найдены и уничтожены 16 мин. Перед высадкой в Макаджалар-Бей 10 мая корабли «YMS» тоже были первыми. Мин они не обнаружили, а во время траления матросы «YMS-259» заметили прямо по курсу след торпеды.

В опасных водах вокруг Борнео мин было достаточно, чтобы потопить и повредить немалую часть американского флота. Прокладывая себе путь в водах Таракана, Брунея и Баликпапана, тральщики встречались не только с коварными японскими минами, но и с еще более хитроумными американскими магнитными минами, сброшенными армейскими «В-24» и «каталинами». Некоторые из них еще оставались активными, поскольку не были снабжены устройствами для дезактивации по истечении определенного срока. Отдельные мины имели встроенный счетчик судов, в результате чего мина активизировалась после того, как над ней пройдет 7 судов. Все перечисленные выше трудности могли быть отнесены к категории профессионального риска. Кроме того, тральщикам приходилось действовать на малых глубинах, следствием чего было частое повреждение или потеря подводного оборудования для траления. Положение усугублялось высоким уровнем приливов в этом районе, что делало необходимым многократное использование тралов «оропеза» для обеспечения полной очистки от якорных мин. Если же мины, малые глубины и течения особенно не досаждали, то тральщикам не давали покоя японские береговые батареи. Следует заметить, что часто все «факторы страха» действовали одновременно и успешно.