Поскольку в Ирландии было много протестантских семей, нуждавшихся в приличном образовании для своих девочек, Джейн оказалась не единственной ее ученицей. Несмотря на популярность, миссис Барри не стала надолго задерживаться здесь, когда ее единственная дочь вышла замуж в одну хорошую семью из Дублина. Джейн знала, что женщина с радостью воспитывает своих внуков.
Довольная, что придумала план, Джейн пришпорила лошадь, летя по холмистым полям навстречу знакомому чернеющему силуэту конюшни. Приблизившись на достаточное расстояние, она с удивлением заметила в тени дуба, в нескольких ярдах от ворот выгула, мерцающий огонек трубки Пола. Пустив Мэб шагом, Джейн подъехала к конюху.
– Что-то не так?
– Нет, девочка. Все в порядке.
Зажав в зубах трубку, он взял лошадь под уздцы, когда Джейн спешилась.
– Тогда зачем ты меня ждешь? – спросила она, шагая рядом в направлении выгула.
– По старой привычке.
Что-то тревожит его, решила Джейн, заметив, как он оглядывает пустынную местность.
– Вы никого не видели поблизости?
– Ни души.
Сколько же лет он вот так поджидал ее? Ей вспомнились все эти годы, когда, сходя с ума от беспокойства, он встреча! ее у подножия холма. Ждал. Ворчал. Заботился. Она и сосчитать, не могла, сколько лет он значил для нее больше, чем родной отец сэр Томас. Она подняла взгляд на его кепку, надвинутую на лоб. Он продолжал обозревать поле, по которому она только что скакала.
– В чем дело, Пол? – тихо справилась Джейн.
– Я слышал, этот сладкоречивый кот Масгрейв устроил вам сегодня веселую жизнь. Мне этого хватило, чтобы завестись.
– Ты разговаривал с англичанином?
– Разговаривал, девочка, и не раз.
Как странно, что этот Спенсер не ограничивает свой круг общения одними дворянами. Даже в Балликлоу она молча наблюдала, как он дружески общается с миссис Браун и стряпухой Генри, а также с двумя деревенскими жителями, случайно зашедшими к преподобному Адамсу по какому-то делу.
Они достигли выгула, и конюх открыл ворота.
– И вот о чем еще я думаю, мисс, и не нахожу себе покоя.
– Давай, Пол, выкладывай.
– Дело вот в чем. Думаю, все неправильно это понимают.
Джейн отвернулась, закрывая за ними ворота.
– Ты о чем? – спросила она через плечо.
– Ему не нужна мисс Клара, девочка. Ему нужны вы.
– Ну ты, Пол, придумал! Надо же! – Слабое эхо ее отрицания заглушил скрип открываемой двери в стойло Королевы Мэб. Джейн прошла вслед за конюхом. – Ничего не делай. Я сама могу о ней позаботиться.
– Знаю, моя радость. Но мне хочется вас немного побаловать, могу же я себе это позволить хоть изредка.
– Благодарю.
– Ступайте в дом.
Конюх и лошадь исчезли внутри. Она проводила их взглядом и, покачав головой, отвернулась, не совсем понимая, что происходит с ее старым другом.
Дом на холме стоял темный и безмолвный. Луна ярко освещала идущую через сад дорожку. Но Джейн решила, что не пойдет по ней, как не пойдет промозглым подземным ходом, который существовал здесь еще со времен, когда на холме возвышался старый замок.
Ночь была слишком красивая, и в голове у нее роилось слишком много путаных мыслей, которые надлежало привести в порядок. Джейн предпочла идти протоптанной тропинкой, зная, что если дверь под большой каменной аркой окажется запертой, то она сможет пройти через кухонное крыло. Вздохнув, она направилась к воротам выгула.
– Знаете, мисс Джейн, – остановил ее шепот Пола. Он выглянул из стойла Мэб. – Этот парень не так прост, как кажется.
Глава 13
Идя по тропинке, она поднималась по склону холма к дому, и когда приблизилась, Николас ощутил, как обострились его чувства. Джейн двигалась как кошка. Ее гибкое тело легко плыло в ночи.
Боже, подумал Николас, он не мог припомнить, когда в последний раз женщина так бередила его чувства.
– Лучшей ночи для верховой прогулки и не придумаешь.
Джейн испуганно обернулась и уставилась в темноту за садовой калиткой. Николас почти разочаровался, когда она не сделала попытки выхватить кинжал, который, как он знал, всегда носила с собой. И пожалел, что на этот раз ему не придется бороться с ней и ее кинжалом.
– Что вы здесь делаете? – Темные глаза сверкнули в лунном свете, как два бриллианта. – Вот уж не думала, что вы способны прятаться по темным углам, кого-то выслеживая.
– Обычно я этим не занимаюсь. – Николас окинул взглядом темные брюки свободного покроя, высокие сапоги, черную крестьянскую рубаху. – Я любовался прекрасным видом.
Несмотря на одежду, Джейн нельзя было принять за мужчину.
Джейн взглянула на возвышавшийся за ее спиной дом.
– Если вас интересует прекрасный вид, то вы не в ту сторону смотрите.
– Ошибаетесь.
Джейн не сразу поняла, что он имел в виду. К подобным комплиментам она не привыкла. Медленно отделившись от стены, он направился к ней. Джейн охватило странное волнующее чувство, она не проронила ни слова. Англичанин был без куртки. Ворот рубашки расстегнут, рукава закатаны, обнажая мускулистые руки.
– Уже поздно. Мне надо идти, – промолвила Джейн, ноне двинулась с места.
– Пожалуйста, останьтесь.
Если бы ой обнял ее или попытался поцеловать, Джейн тотчас же сбежала бы. Но простая просьба лишь сильнее ее взволновала.
– Клара! – выпалила она. – Клара – ранняя пташка. Вам тоже пора вернуться в дом. Она, несомненно, будет рада позавтракать вместе с вами.
– Я намерен спать завтра до полудня.
Джейн не выдержала и вспылила:
– Вы не должны с ней так обращаться! – Она не могла заставить себя посмотреть ему в лицо, тем более что он стоял совсем близко. – Клара этого не заслужила.
– И Клара, и ваши родители, и все остальные обитатели Вудфилд-Хауса вполне довольны тем, как я с ней обращаюсь.
Всколыхнувшийся гнев все же заставил Джейн взглянуть ему в лицо, и она поразилась высоте его роста и вниманию, с каким он изучал черты ее лица. Ей вспомнились слова Пола.
– Но Клара…
– Я не желаю говорить о Кларе.
Он слегка коснулся ее рук, ошеломив исходившим от него теплом. Она сделала шаг назад.
– Я… мне нужно идти.
– Останьтесь… всего на несколько минут.
Сильная рука обхватила ее запястье, и большой палец ласково погладил кожу.
– Зачем?
– Ночь такая красивая, и мне отчаянно хочется прогуляться по саду.
– Пойду разбужу Клару. Она знает куда больше…
– Я солгал.
– Что?
– Я солгал. Мне не нужна прогулка. Помнится, я видел каменную скамью у стены в нижней части сада. Я бы очень хотел посидеть с вами на этой скамейке и поговорить.
Она попыталась не замечать нежного давления его пальцев и тепла.
