Кейн резко вскинул голову. Он вдруг понял, что им надо делать. Правда, ему всегда претила ложь в любой ее форме. А чтобы осуществить план, придется пойти на обман. Однако ради того чтобы вытащить Кристин из этой передряги, он готов был на все. В конце концов, она ведь впуталась в это дело именно потому, что не побоялась вступить в борьбу с таким прожженным махинатором, как его брат. И Кейн поклялся всем, что было ему дорого: он не позволит Бену остаться победителем!
Чайник пронзительно засвистел. Наливая кипяток в чашки, Кейн еще с минуту постоял, потом взял поднос и понес его в комнату. Платяной шкаф был уже пуст, а брошенный на кровать чемодан — полон. Кристин вихрем носилась по комнате, подбирая всякую мелочь. Кейн поставил поднос на кофейный столик, глубоко вздохнул и решительно преградил Кристин путь.
— Не стой у меня на пути, Кейн! — воскликнула она. — Пропусти!
— Перестань метаться и выслушай меня, Кристин. Из этой западни есть выход. Позволь мне изложить свои соображения. Надеюсь, ты с ними согласишься.
Она окинула его недоверчивым взглядом, но Кейн уловил в ее глазах искру надежды.
— Любопытно, что тебе пришло в голову такое, до чего я не додумалась.
— Ты хорошо помнишь, как выглядят кольца Элизабет?
— Конечно. То, которое подарил ей Дейл, будучи женихом, — с изумрудом. Вокруг квадратного камня — россыпь мелких бриллиантов. А обручальное — обычное, золотое, гладкое. Оба она носит на безымянном пальце.
— Прекрасно! Вот что я предлагаю: мы с тобой обручились, еще когда Бен был в добром здравии. Я подарил тебе такое же кольцо, как и у твоей сестрицы, только чуть помассивнее, с более широким ободком. Поняла теперь? Оно было на тебе в ту ночь. И на фотографии видно именно оно.
Кристин на мгновение лишилась дара речи. Глаза ее широко раскрылись. Наконец она выдавила, с величайшим трудом:
— Т-ты… ты готов солгать?
— Иногда вымысел можно обратить на службу справедливости. Бывает, что правды для этого не хватает, — пожав плечами, невозмутимо ответил Кейн.
Чуть не ежедневно пресса и телевидение подвергают публичной казни людей, чья вина ничтожна, подумал он. Вращаясь в журналистских кругах, он прекрасно знал, как это делается. И теперь, когда на карту поставлено будущее Кристин — нет, их общее будущее, — он готов пойти на обман.
— Это безумие, Кейн, — покачала головой Кристин. — Ведь мы с тобой впервые встретились в ту самую ночь.
— Но шантажист наверняка понятия не имеет о нашей с тобой частной жизни до той ночи. По крайней мере, я готов открыто объявить о своих чувствах к тебе.
Выражение лица Кристин нисколько не изменилось. Она просто не поняла, что это было признание в любви. Пребывая в растерянности, никак не могла сообразить, к каким последствиям приведет план Кейна, да и вообще удачен ли он. Возможно, он остановился на первом, что пришло ему в голову, а потом будет сожалеть или уже сожалеет, что слишком поторопился. Но нет, она бы заметила малейшую неискренность.
Теплые ладони легли ей на плечи. Кейн слегка встряхнул ее, словно желая разбудить. Но она упорно отводила глаза, опуская голову все ниже и ниже.
— Это может сработать, Кристин, — твердо сказал он. — Все выглядит очень достоверно. Предположим, мы разорвали помолвку именно той ночью, поссорились из-за Бена. Ты пришла в ярость оттого, что я тебе не поверил, и швырнула кольцо мне в физиономию. Вот почему его на тебе не было потом, когда появились полицейские.
— Какой клубок лжи, Кейн! — воскликнула она.
— Но так могло быть! Если бы мы встретились раньше… Не торопись, подумай! Ведь именно той ночью я был покорен тобой. Итак, продолжим, — не дал ей опомниться он. — После нашей ссоры ты собрала вещи и уехала, а я полетел за тобой, желая примирения. И мне все удалось. Мы снова обручены.
— Кейн, а как же кольцо?
— Кольцо? Ну, оно у меня дома. То есть я хотел сказать… Завтра же в Мельбурне я закажу его по твоему описанию. Его мы и предъявим, если потребуются доказательства.
В глазах Кристин сменяли друг друга то безумная надежда, то сомнение. Она была в смятении.
— Да понимаешь ли ты, что связываешь себя по рукам и ногам? Ведь тебе придется изображать моего жениха!
— С этим у меня не будет никаких проблем!
— Я даже подумать боюсь, как далеко это может зайти…
Губы Кристин предательски задрожали.
— По мне, чем дальше, тем лучше. — Пальцы Кейна нежно прикоснулись к ее щеке и спустились к шее. — Поверь мне, все будет хорошо.
Кейн улыбнулся. Сейчас на лице его было задорное мальчишеское выражение. Взяв со стола чашку, он решительно вручил ее Кристин.
— Посиди, попей кофейку и соберись с мыслями, а я пойду, соберу вещи. Вдвоем мы с тобой непобедимы. Против нас никто не устоит.
И он поспешил к себе, не желая оставлять Кристин надолго одну, чтобы она не выкинула что-нибудь неожиданное.
Кейн знал, что, как только его имя всплывет в этой истории, оно привлечет всеобщее внимание, и об истинной виновнице происшедшего, Элизабет Бретт, будет забыто. Кристин не придется спасать сестру, жертвуя собой. Если план удастся, то Элизабет будет вне подозрений, не хуже жены Цезаря.
По правде говоря, его меньше всего волновали переживания этой дурочки Лиззи. Главным для него было оградить от неприятностей Кристин и не потерять ее. Если она согласится играть по его правилам, ей придется впустить его в свою жизнь. Но это уже будет не игра. Тогда ей не так-то просто будет порвать с ним, если вдруг подобная мысль взбредет ей в голову.
Правда… Ложь… Все перепуталось, переплелось настолько, что разобраться было нелегко. Не исключено, что подонку Бену в конце концов удастся выиграть… Но никакие опасения не могли остановить Кейна Мертона. Он знал, что не отступит.
15
Они успели на самолет, вылетевший в Мельбурн около шести. Не было еще и десяти, когда они уселись в такси и направились к дому Бреттов. Путешествие подходило к концу.
Внешне спокойная Кристин пребывала в мучительном душевном смятении. Искоса поглядывая на сидящего рядом Кейна, она пыталась понять, как случилось, что он занял в ее жизни такое место. Она приучила себя не полагаться на кого бы то ни было, особенно в том, что касалось личных проблем. Прежде так и было. У нее никогда не возникала необходимость обращаться за помощью. И вот теперь она ощущала неловкость. Чем ближе был дом сестры, тем сильнее становилось это чувство. Может, не стоило соглашаться на его предложение?
Нет, она вовсе не сомневалась в том, что Кейн сдержит слово и сделает все, чтобы не разразился скандал. Сегодня она окончательно убедилась в его способности убеждать людей, подчинять их своей воле. Это происходило на ее глазах с тех пор, как он взял бразды правления в свои руки. Ему никто не смел прекословить. Кристин же беспокоило совсем иное.
