опочивальню, уже привычно раскинувшись на кровати, над которой был балдахин из тончайших тканей, ограждавший от насекомых.
После еды я предложил игру в карты и епископ с графом согласились. Утром после ежедневной тренировки и фехтования я показал гостям новую игру — с помощью кожаного мяча игра в "картошку". Игроки становятся в круг и перекидывают мяч друг другу в «волейбольной манере», не ловя его. Тот, кто не смог отбить мяч, садится в центр круга (в котёл). Сидя в «котле», он может попытаться поймать пролетающий над головой мяч, но подниматься с корточек нельзя.
Так прошли четыре дня и Жанна с трудом заставила себя расстаться с уютным замком, в котором она каждый день нежилась в бане. В дорогу герцогиня отправилась в подаренной мною карете, корпус которой я поставил на металлические рессоры, хотел было закрепить его на ремнях, как ранние кареты, но пассажиров сильно укачивало и пришлось привлекать технологию будущего. Карету тянула четверка лошадей, внутри помещались шесть человек. Жанна, опробовав свой подарок, визжала от восторга — щелей не было, застекленные двери плотно закрывались, внутри сиденья обиты подушками на конском волосе, внутренние потолок и стенки обиты крашеной замшей. Посреди кареты находился деревянное удобное подобие унитаза, обитое замшей и открываемое на время необходимости откидывающимся узким сидением, на которое можно вытянуть ноги. Я взял с собой помимо своих валетов пятьдесят лучников. В Тулузе к нам присоединилось около двух сотен человек с огромным обозом, которым Альфонс приказал идти позади нашего отряда во избежания пыли и беспорядка.
Уже подъезжая к Парижу мы узнали о возвращении короля Людовика IX, неделю назад вернувшегося из Сирии.
Я с интересом рассматривал город, который своим развитием был обязан королю Филиппу. В самом начале тринадцатого века Филипп II завоевал Нормандию, приобретя контроль над нижним течением Сены, благодаря чему королевские владения получили выход к морю. С тех пор Париж, который окончательно стал в это время столицей Франции, быстро превратился в богатый торговый город и интеллектуальный центр Средневековья. Хотя Филипп II и покровительствовал другим городам Франции, желая подорвать влияние тамошних феодалов, в своём домене он противился созданию коммун, ревниво оберегая единство королевской власти (его интересы в городе по-прежнему представлял королевский прево, а интересы городской верхушки — купеческий прево). Но и богатые горожане имели рычаги влияния, ведь именно они с 1160 года назначали одного из прево и четырёх эшевенов (должностные лица, преимущественно в северных городах, имевшие административные и судебные полномочия). Париж часто подвергался разрушительным наводнениям, после которых властям приходилось восстанавливать мосты и укреплять береговую линию. В 1196 году крупное наводнение снесло оба моста через Сену, а король был вынужден покинуть дворец на Ситэ и укрыться на холме Сент-Женевьев. В декабре 1206 года новое половодье полностью затопило Париж, жители которого передвигались исключительно на лодках. Многие дома были разрушены, уцелевшие сильно покосились под напором воды, а Малый мост пошёл трещинами. Парижане даже устроили многолюдную процессию с выносом мощей своей покровительницы — Святой Женевьевы, прося у святой защиты от стихии (после прохода процессии на остров Ситэ и обратно три арки Малого моста рухнули в Сену). Наводнение 1219 года вновь затопило Малый мост, и горожане переправлялись с берега на берег на лодках. Филипп II был охвачен страстью к строительству, при нём были вымощены главные парижские улицы и площади, находившиеся до этого в ужасном состоянии, построены крепость Лувр, новые крепостные стены и крупный продовольственный рынок Шампо. Крепостная стена, возведённая на средства короны и города, определила новые границы Парижа и как бы символизировала защиту горожан королём, находившимся в крестовом походе. В 1190—1200 годах стена высотой два метра оградила только кварталы правобережья. Через два десятилетия она охватила и левый берег, но там уже достигла в высоту восемь—девять метров. Оба эти полукружия имели ворота в направлении Руана, Дрё, Орлеана, Санса и других крупных городов. За четверть века Париж превратился в наиболее защищённый город королевства, и, кроме того, стена служила для парижан объединяющим фактором, постепенно приучавшим их чувствовать себя частью общего единства. В 1190—1202 годах у стены построили Луврский донжон, имевший пятнадцать метров в диаметре у основания, тридцать один метр в высоту и стены четырех-метровой толщины, который окружали четыре башни высотой двадцать пять метров каждая. Лувр стал важнейшим элементом оборонной системы правобережья, прикрывая Париж с северо-запада (сюда же перенесли арсенал, архивы и часть казны).
В годы правления Людовика VIII и Людовика IX Париж продолжал развиваться и процветать, что способствовало росту населения и новому строительству. Основное время короли проводили в столице, руководя городом через своего прево, который ведал обороной, правопорядком и судом Парижа (его резиденцией являлся Большой Шатле). В замке Тампль находились Счётный двор и главная резиденция ордена тамплиеров. Безопасность в городе совместными усилиями обеспечивали королевский и ремесленный дозоры. На протяжении всего XIII века Жан де Шелль и Пирр де Монтрёй достраивали собор Парижской Богоматери, который прирастал башнями, галереями и порталами. Людовик IX подарил Парижу великолепную Сент-Шапель, освящённую в 1248 году (готическая капелла-реликварий на территории бывшего Королевского дворца на острове Сите) и обладающую наиболее полным ансамблем витражного искусства XIII века, в будущем эта постройка будет считаться одной из самых красивых готических церквей небольших размеров. Капелла была задумана Людовиком Святым как место хранения священных реликвий, вывезенных крестоносцами из разграбленного в ходе крестового похода Константинополя. Главной среди них был «Терновый венец, обагрённый кровью Христа», обладание которым должно было упрочить влияние французского королевства в христианском мире. Людовик приобрёл венец за огромную сумму в сто тридцать пять тысяч ливров у Латинского императора Балдуина II. В августе 1239 года терновый венец прибыл в Париж, куда позже были доставлены частицы Креста Господня, копьё Лонгина и другие предметы-свидетели Ветхого и Нового Заветов. Постройка обошлась казне «всего» в сорок тысяч ливров, что в три раза дешевле стоимости тернового венца.
Король с супругой Маргарито Прованской, с которой он отправился в крестовый поход и собиравшей в Дамьетте деньги на освобождение мужа и остальных французских рыцарей, попавших в плен; младший брат Карл, Парижский архиепископ Рено Миньон де Корбей слушали Альфонса, горячо поясняющего причину своего желания усыновить сына своего погибшего дворянина.
Маргарита заняла при короле после смерти его матери место советницы и помощницы. Ее муж стал инициатором седьмого крестового похода, решив освободить захваченный мусульманами Иерусалим. На этот раз в 1244 году его захватили (по пути в Египет) хорезмийцы, которые сами бежали от монголов; помощь им оказали египетские мамлюки. В-общем, в очередной
