раз Иерусалим был разрушен, но поскольку город во время крестовых походов не единожды переходил из рук в руки, особого впечатления на правителей христианских стран Европы это не произвело. Короли Германии, Англии, Венгрии были заняты своими внутренними делами (Венгрия только-только сама пережила монгольское нашествие). Людовик в течение трех лет собирал церковную десятину и образовал на собранные деньги огромное по тем временам пятнадцати-тысячное войско. Одних только рыцарей насчитывалось три тысячи, арбалетчиков — пять тысяч, для переправы понадобилось аж тридцать шесть кораблей! После кратковременной остановки на Кипре, крестоносцы дошли до своей главной цели — Египта. "Египет — благодаря развитому сельскому хозяйству станет базой для похода на Иерусалим" — так рассуждал тогда король Франции. Из-за отсутствия у крестоносцев самых элементарных знаний о местной географии после легкого захвата крепости Дамьетта случилось непредвиденное (для европейцев): начался разлив Нила. Крестоносцы оказались запертыми в Дамьетте на долгие 6 месяцев. Что делает армия, которая сидит без дела? — занимается мародерством, грабит окрестности и предается удовольствиям. Такое времяпровождение, увы, ведет к ослаблению дисциплины и утрате боевого духа. Наконец в ноябре король передал управление городом жене, Маргарите Прованской (которая была к тому времени беременна), а сам отправился с войском к Каиру. в 1250 году крестоносцы потерпели сокрушительное поражение в битве при Эль-Мансуре. Погиб граф Роберт д’Артуа (еще один брат Людовика, участвовавший в походе), а сам Людовик был взят арабами в плен. Король, страдавший дизентерией, находился в плену под наблюдением арабского лекаря. Отпущен домой король был за выкуп в 800 000 безантов (вес безанта около четырех грамов золота), при том, что половина суммы уплачивалась до того, как король Франции выйдет из Египта. Также по договору египтянам возвращалась Дамьетта. После освобождения король с остатками войска отплыл в Акру, которая оставалась еще во власти крестоносцев.
Ну, а дальше Людовика IX ожидало предательство: узнав о сокрушительном разгроме, генуэзцы и пизанцы (командиры флотилий) собрались из Дамьетты отплывать.
Вот тут-то проявилось мужество королевы.
Для начала накануне перед родами Маргарита Прованская приказала рыцарю-телохранителю поклясться в том, что тот отсечет ей голову в случае, если сарацины будут брать ее в плен.
8 апреля 1250 года королева родила сына, которого назвали Жан (Иоанн) Тристан. А уже на следующий день после родов Маргарита призвала командиров флотов к своей кровати и колыбели с новорожденным принцем и... сумела убедить их остаться. Король и королева оставались в Палестине еще четыре года после освобождения короля.
Людовик принял решение отречься от трона и уйти в монастырь. И опять в его судьбе сыграла роль жена, Маргарита Прованская: она приложила массу усилий, чтобы удержать мужа от решения, о котором он впоследствии мог бы пожалеть. Только благодаря ее влиянию Людовик остался на троне! Прибывший в Париж брат мужа граф де Пуатье сразу же попросил ее о личном разговоре и удивленная Маргарита согласилась.
Деверь рассказал о удивительном девятилетнем мальчике, чей отец, виконт де Каркассон погиб на охоте. Во снах иногда мальчика посещает Ангел-хранитель и открывает тому будущее. Последнее видение касается королевской семьи — в 1270 году ее муж отправится в новый крестовый поход в Тунис. На этот раз его целью станет обращение халифа Мухаммада I аль-Мустансира в христианство! В этом походе скончается сын Людовика и Маргариты Прованской Жан Тристан (тот самый, рожденный в седьмом крестовом походе, он проживет всего двадцать лет), заболеет и умрет от цинги в Тунисе и сам Людовик IX. Альфонс попросил Маргариту повлиять на короля, убедив того разрешить усыновление. Сама королева смогла посмотреть на Армана со стороны на вчерашнем приеме, он произвел на нее приятное впечатление — развитый не погодам, он имел (это просто невероятно) собственных валетов, как только на это пошли их родители! Альфонс шепотом ей рассказал про трехлетней давности судебный поединок при дворе бургундского герцога этого милого мальчика с взрослым венецианцем, причем поединок был на кинжалах и наглый посол из Венеции был убит бросками ножей в глаз и в живот. Пообщавшись с женой графа герцогиней Жанной, Матильда сразу решила выступить на стороне этого необычного ребенка.
После доводов графа Матильда шепнула мужу — Дорогой, разреши усыновление, прошу тебя!
Удивленный Людовик покосился на жену и дал слово священнослужителю, который задумчиво сказал — По словам епископа Тулузы этот мальчик прекрасно знает латынь, очень образован и мой коллега считает, что мальчика ждет славное будущее, он не раз прославит Францию. Церковь не против усыновления Армана де Каркассон.
— Я думаю, что нужно пойти навстречу нашему брату — Карл подмигнул Альфонсу и улыбнулся — этот ребенок действительно удивителен, я тоже прошу тебя, братец, помочь нашему брату обрести полноценную семью, его жена просто сияет, когда рядом этот Арман.
Король встал и прошелся — Да будет так! Я разрешаю тебе, брат усыновить этого Армана, завтра и проведем обряд! Надеюсь он станет отличным слугой своему королю!
Глава 14
Обряд усыновления как бы имитировал рождение приемного ребенка у новых родителей — под чтение священником евангелия сначала меня накрыли рубашкой герцогини, затем граф распахнул свой плащ и, прижав меня к себе, укутал запахнул полы плаща. При этом присутствовали, в основном, только близкие родственники, включая короля и королеву и архиепископ Парижский. Герцог Бургундии Гуго Четвертый, косившийся на меня хмурым взглядом, о чем то шептался с старшим сыном Эдом, который мне пару раз подмигнул.
Так же присутствовал прибывший в Париж поприветствовать вернувшегося короля Франции лорд Эдуард, который только стал герцогом Аквитании и теперь будет править помимо этого Гасконью, вошедшей в состав Аквитании в качестве вассала французского короля. Будучи старшим сыном короля Генриха Третьего в 1272 году этот надменный козел станет королем Англии. Его темпераментный характер и высокий рост делали Эдуарда устрашающей фигурой, и он часто внушал страх своим современникам, хотя подданные уважали его за то, что он воплощал средневековый идеал королевской власти как солдат, администратор и человек веры.
Архиепископ огласил процедуру усыновления оконченной и назвал мое новое имя — Арман маркиз де Прованс виконт де Каркассон. Моя приемная мать решила задолго до моего совершеннолетия подарить мне маркизат. Что же, задел на будущее у меня неплохой! Я подошел к трону и поклонился королевской семье, а затем архиепископу и сказал — Ваши величества! В моем лице вы обрели преданного слугу, после достижения совершеннолетия я готов служить королю не сорок дней в году как положено, а хоть круглый год! Я смогу быть полезен Вашим Величествам!
