Не успел Хью прикрыть дверь, как Эбби спросила:
— Принести тебе что-нибудь выпить? Виски? Или, может быть, кофе?
— Нет уж, я изрядно напился и того, и другого в «Соколе», покуда дожидался наших друзей.
— В чем дело, Хью? Что случилось?
— Эбби, все в порядке. Они благополучно выбрались из Ньюгейта, и их до сих пор не поймали. Это все, что мне известно. — Хью снял сюртук и со вздохом облегчения рухнул в одно из кресел у камина. — Правда, побег прошел не так, как мы задумывали.
Эбби присела на скамеечку у ног мужа и испытующе заглянула ему в лицо. Вид у Хью был изможденный, но как раз это ее ничуточки не удивило. Еще днем, после обеда, Хью отправился в «Сокол», почтовый трактир в соседней деревушке. С собой он взял свежих лошадей для Ричарда и Харпера и еще один увесистый кошелек, чтобы облегчить их бегство. Эбби ждала, что муж вернется к вечеру, и не дождалась.
— Расскажи, что случилось, — тихо попросила она.
Хью тяжело вздохнул.
— Я ждал их в «Соколе», как было договорено, но когда наступил вечер, а их все не было, я решил поехать верхом в город и узнать, в чем дело. На подъезде к Челси я обнаружил целую череду экипажей, полиция проверяла и допрашивала всех проезжающих по дороге. Они искали наших друзей и… — Хью едва усмехнулся, — похищенного ими заложника.
Эбби резко выпрямилась.
— Заложника?! Ричард и Харпер кого-то похитили? Кого же?
— Леди Розамунду Девэр.
На миг Эбби лишилась дара речи.
— Дочь герцога Ромси?! — придя в себя, изумленно воскликнула она.
— Именно! Понимаешь, мне удалось разговорить одного из полицейских. Судя по всему, сегодня в Лондоне были народные волнения. Толпа направилась к Нью-гейту, запрудив все улицы. Полагаю, Ричард и Харпер не смогли добраться до лошадей, а потому ухватились за первое, что подвернулось им под руку. Подвернулась им карета леди Розамунды, но вся беда в том, что в карете оказалась и сама леди Розамунда.
После этих слов Хью едва не засмеялся, но сдержался, увидев на лице Эбби неподдельный испуг. Впрочем, смешного тут, действительно, было мало. Желание смеяться — просто следствие напряжения, в котором он провел полдня, изнывая от тревоги за своих друзей. А ведь он еще сказал Эбби далеко не все!
Хью посмотрел на жену. Он знал, что большинство мужчин стараются держать жен подальше от своих дел, дабы не взваливать слишком много на их хрупкие плечи… Но с Эбби этот номер у него не пришел бы. Когда-то Хью занимался вместе с ней одним важным и смертельно опасным делом и остался жив только благодаря ее хладнокровию.
— Эбби, это еще не все. Полиция обнаружила брошенную карету на другом конце Челси. Правил ею Харпер, но он сумел уйти. Ричарда и леди Розамунды там не было, однако солдаты теперь прочесывают всю округу.
— Думаешь, они могут обнаружить домик?
— Все возможно.
Эбби с волнением заглянула ему в лицо.
— Хью, о боже, Хью, что нам теперь делать?
— Вести себя так, словно ничего не случилось. Посетим древнеримские руины и местные достопримечательности, а через пару дней вернемся в город.
Эбби отчаянно замотала головой. Хью порывисто вскочил и подошел к окну.
— Мне тоже это не по душе, — сказал он, не оборачиваясь, — но таков был наш план, и мы должны его придерживаться. Именно этого хотел от нас Ричард, и не только ради нашей безопасности, но и ради собственной. — Он обернулся к Эбби. — Ричард настаивал на том, что, если что-то пойдет не так, как задумано, — каждый сам за себя. Это значит…
— Знаю я, что это значит! Это… это жестоко!
Хью стиснул зубы.
— Это не жестокость, Эбби. Это закон, по которому мы жили, еще когда служили в разведке. Он действует и поныне. Я — первый, кого власти заподозрят в содействии Ричарду. Я думал, ты это понимаешь. Полиция может быть здесь с минуты на минуту. Быть может, уже сейчас, пока мы с тобой разговариваем, за нами следят. Я не желаю рисковать тем, что по моему следу они могут выйти на Ричарда.
— Я знаю, знаю… извини. — Эбби беспомощно пожала плечами. — Мне только жаль, что мы ничем не можем ему помочь…
Хью решительно подошел к ней и, взяв за плечи, заставил подняться на ноги.
— Слушай, Эбби, — сказал он, — Ричард был агентом высшего класса. В Испании он был связан с партизанами, за его голову назначили награду… и все же он всегда умудрялся хоть на шаг опережать своих врагов. То же будет и на этот раз, вот увидишь!
Эбби попыталась улыбнуться, правда, без особого успеха.
— Именно это Ричард мне как-то сказал о тебе.
— Эбби, Ричарда не схватят. Клянусь чем угодно, он вывернется и на этот раз!
— Но куда же он денется? Что станет делать? И… где сейчас Харпер?
— Не знаю. Однако ты можешь быть уверена, что Ричард все обдумал задолго до того, как выбрался из Ньюгейта. Где-то в Беркшире у него есть дом. Ричард получил его по наследству, не знаю уж, от кого. Вполне вероятно, что он направится туда.
— Впервые слышу об этом доме! Я всегда была уверена, что у Ричарда есть только квартира на Джермин-стрит. Ну, и где же находится этот дом?
— Этого я точно не знаю. Ричард никогда не упоминал о нем. Просто мне однажды удалось подслушать его разговор с поверенным. Обнаружив мое присутствие, он плотно прикрыл дверь кабинета. Думаю, что он направится именно туда, а Харпер вскоре присоединится к нему.
— Интересно, — с некоторой обидой сказала Эбби, — что такого загадочного в этом беркширском доме, что Ричард не мог рассказать о нем даже нам? В конце концов, у него не так уж много друзей, только мы да Харпер.
— Есть еще Джейсон Рэдли и его жена.
— Да, но с ними Ричард знаком не так уж давно, и как бы то ни было, они все равно сейчас путешествуют по Франции, верно?
— Да, насколько мне известно. Зато я точно знаю, что Джейсон примчался бы сюда, как на крыльях, если бы только Ричард дал ему знать о том, что произошло.
— Почему же тогда он этого не сделал? — сердито спросила Эбби.
— Потому, — сказал Хью, — что Ричард по природе своей волк-одиночка. Ему не так-то легко обзавестись друзьями. Он такой, как я, Эбби. — Хью привлек к себе жену и легко поцеловал ее в губы. — Такой, каким был я, покуда не встретил тебя.
Он ожидал, что Эбби в ответ улыбнется, но она лишь зябко поежилась.
— Вот почему все это так ужасно, — тихо сказала она. — Такое могло случиться и с тобой, да с кем угодно! Но неужели власти не могли понять, что человек, занимающий такой пост, как Ричард, ни за что не стал бы убивать эту бедную девушку?!
— Слишком уж хитроумно был составлен заговор… к тому же у Ричарда нет врага хуже, чем он сам. Он всегда держится отчужденно, особняком. Он ухитрился настроить против себя следователей. Он даже и не подумал обратиться за помощью к нам, друзьям, только предупредил нас, чтобы мы ни во что не вмешивались.
