Восстанавливать ценность через хорошие послания о значимости, важности, восхищении, гордости, что у папы есть дочка, что она – девочка, другая, не такая, как он, мужчина.
Учиться ценить себя и замечать подтверждения собственной ценности в контакте с окружающими, в частности мужчинами, то есть работать над компенсацией этой отцовской функции.
В симбиозе с мамой
При отсутствии отца, его дисфункциональности или потере контакта с его фигурой процесс сепарации ребенка от мамы осложняется, и они рискуют остаться в тесных симбиотических отношениях. Причем эти отношения могут быть как идиллическими, так и очень конфликтными. В любом случае они крайне заряжены эмоционально: между матерью и ребенком существует очень сильная, практически телепатическая связь, которая поглощает довольно значимую часть их внимания. Им одинаково трудно сделать шаг в свою жизнь, к построению собственных отношений, ведь место партнера рядом с ними занято. Несложно догадаться, что и для матери дочь или сын замещает значимую фигуру – родительскую или партнера. Так возникают семейные системы с нарушенной семейной иерархией.
Женщине, находящейся в симбиотических отношениях с мамой, трудно выстраивать отношения с мужчинами. В отсутствие контакта с отцом мужчины для нее – это совершенно незнакомый ей вид людей. Кроме того, ее знание мужчин может быть ограничено негативным мнением мамы и собственными травмирующими воспоминаниями, связанными с отцом. Тесные отношения с мамой не позволяют создать близкие отношения с кем-то еще, да и нет этого навыка – быть в контакте с несколькими значимыми людьми одновременно. При возникновении отношений с мужчиной они начинают выстраиваться по такому же созависимому, симбиотическому сценарию.
Как правило, в отношениях женщина требует много близости, внимания, включенности в жизнь партнера – словом, требует от мужчины быть «хорошей мамой». Мужчине сложно справиться с такой требовательностью, чаще образуются пары «симбиотическая женщина – контрзависимый (избегающий) мужчина», что не приводит к созданию удовлетворительных отношений. Кроме того, симбиотическая связь осложняет появление в такой паре детей, ведь это снова кто-то третий, представляющий угрозу для слияния.
Когда же ребенок появляется, женщина переключается на естественный симбиотический контакт с ним, теряя связь с мужчиной – отцом ребенка… Так запускается новый виток симбиотических детско-родительских отношений и сценария отсутствующего отца.
Что делать психологу
Сепарация от мамы – важная часть терапевтической работы. Однако сложно проделать ее в полном объеме до тех пор, пока в семейной системе, пусть даже на символическом уровне, отсутствует фигура отца. Мы полагаем, что процесс сепарации будет более эффективным, если клиентка сможет опираться в нем на ресурсы отцовской фигуры. Кроме того, сепарация от матери осложняется, если какие-то ее функции были не насыщены, если у женщины нет внутренней опоры на фигуру «достаточно хорошей матери». В этом случае женщине все время требуется подтверждение матерью своего существования извне [12].
Фигура отца для женщины, находящейся в симбиотическом слиянии с матерью, является вытесненной или скорее номинальной, то есть нет ощущения контакта с папой, его присутствия в семейной системе. Поэтому первым шагом в терапии является введение в поле консультирования отцовской фигуры, упрочнение ее положения в семейной системе, насыщение энергией и ресурсами наравне с фигурой матери.
Необходимо разделять фигуры мамы, папы и партнера. Этот процесс способствует дальнейшему продвижению к сепарации. Благодаря такой работе женщина может заметить, что помимо тесной симбиотической связи с одним важным человеком в ее жизни (мамой или партнером) есть возможность выстраивать другие формы контакта, которые также являются поддерживающими и питательными, и даже в большей степени. Отчасти этому способствует и фигура терапевта, которая при достаточно хорошем развитии терапевтического альянса также занимает значимое место в ближнем кругу клиентки. Поэтому хорошо, если клиентов с запросом на сепарацию ведет терапевт-мужчина либо его приглашают как котерапевта.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Необходимо снимать с фигуры отца материнские проекции. Будучи в тесных отношениях с матерью, женщина вытесняет собственный опыт взаимодействия с отцом, если таковой имелся, а также свои ощущения, чувства, желания и мнения, связанные с его фигурой.
Происходит замещение собственного опыта маминым отношением к отцу, которое ребенок впитывает и усваивает. Причем то, что говорит мама, не имеет особого значения, так как ребенок воспринимает не слова, а чувства и отношение, которое транслирует мама. Если это злость, страх, отвращение, девочка усвоит именно этот аспект знания о мужчинах.
Особый вред наносят так называемые двойные послания, когда на словах звучит «у тебя хороший отец, он тебя любит», а на эмоциональном уровне транслируется совершенно противоположное.
В работе очень важно прояснить этот момент двойственности, а также получить доступ к собственным переживаниям женщины относительно отца – как теплым, так и болезненным, – и отделить их от посланий и переживаний матери.
Получив доступ к собственным чувствам, женщине важно иметь возможность выразить и пережить их. Долгое время они жили в ней, подавленные и спрятанные от нее самой, поскольку не было ни ресурса, ни поддержки, чтобы соприкасаться с этими переживаниями. Не находя выхода по отношению к тем, кому они были адресованы – маме и папе, – эти чувства проецировались на мужчин и женщин, вызывая конфликты в повседневной жизни, невозможность вступить в реальные близкие отношения.
Поэтому в случае симбиотического сценария психологу важно помочь женщине выразить чувства в сторону как отцовской, так и материнской фигуры, снимая с мужчин и авторитетных женщин родительские проекции.
Работать над компенсацией функций отцовской фигуры – ее насыщением в процессе терапии и в жизни при закреплении полученных навыков, восполняя потребности в границах, близости, ценности.
Женщина, которая не прошла сепарацию от матери, испытывает сложности с ощущением и переживанием своего «я», идентичностью, целеполаганием и самопредъявлением.
Ей трудно жить и действовать «из себя», она во многом опирается на мнение мамы, и не важно, соглашается она с ним или противостоит. Тогда как процесс взросления и индивидуации – это ряд кризисов, воспроизводящих сепарационный кризис. Вначале женщина сепарируется от матери, потом от родительской семьи (в том числе и от фигуры отца), потом – от партнера. То же самое можно сказать и о мужчине.
Работать над трансформацией сценария отношений, который усваивается ребенком в достаточно раннем возрасте на бессознательном уровне, из наблюдения за отношениями родителей и их посланий. В данном случае у женщины симбиотический сценарий, вынесенный из отношений с матерью, либо деструктивный, если отношения родителей и их разрыв проходили жестко. Хорошо работает написание сказочных историй о знакомстве, любви, соединении влюбленных, семье. Эти истории дают возможность проявить бессознательно существующий сценарий отношений и скорректировать его в той степени, чтобы он стал достаточно хорош для клиентки.
Так мы переходим в своем развитии от отношений зависимости к отношениям взаимозависимости, когда каждый из нас, оставаясь собой и проживая свою собственную жизнь, может разделить ее с таким же взрослым, равным, идущим своей дорогой, при этом поддерживая друг друга на пути. Поэтому в работе со сложностью сепарации психологу нужно уделять много внимания выработке у клиентки навыка контакта со своим «я», заземлению, центрированию, опоре на себя, а также способности чувствовать/действовать «из себя», встречаться с другими людьми, в том числе и с мужчинами, и с собой настоящей.
