Результаты проведенных обобщений судебной практики по делам о хищениях в торговле и о взяточничестве были представлены соответственно в прокуратуры БССР и РСФСР.
Автор принимал участие в подготовке постановлений Пленума Верховного Суда СССР о судебной практике по делам о взяточничестве и о судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге, участвовал в работе Пленума, рассматривавшего проекты этих постановлений (март 1990 г.), дважды выступал на заседании Пленума (см. Бюллетень Верховного Суда СССР, 1990, № 3, с. 5).
Рекомендации автора были также учтены при разработке постановления Пленума Верховного Суда Азербайджанской ССР от 30 июля 1985 г. «О ходе выполнения судами Азербайджанской ССР постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23 сентября 1977 г. „О судебной практике по делам о взяточничестве“, нашли отражение в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 24 декабря 1987 г. «О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 г. № 7 „О практике применения судами законодательства по делам о приписках и других искажениях отчетности о выполнении планов“» и в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 1 декабря 1983 г. «О применении судами законодательства об ответственности за получение незаконного вознаграждения от граждан за выполнение работ, связанных с обслуживанием населения».
Некоторые положения исследования докладывались на научных конференциях, теоретических семинарах и расширенных заседаниях Всесоюзных координационных бюро по уголовному праву и по проблемам криминологии г. Москве, Баку, Нижнем Новгороде, Одессе, Свердловске и других городах.
Результаты исследования могут быть использованы: 1) в работе по совершенствованию практики применения действующих уголовно-правовых норм следственными органами и судами; 2) в правотворческой деятельности по разработке нового уголовного законодательства; 3) в процессе подготовки и повышения квалификации юридических кадров страны.
На основе созданной им теоретической модели автор, являясь членом рабочей группы при Министерстве юстиции РСФСР по подготовке проекта Уголовного кодекса РССР, разработал и представил проекты двух глав этого Кодекса: «Должностные преступления» и «Хозяйственные преступления».
II. Краткая характеристика некоторых основных проблем, рассмотренных в опубликованных работах
1. Коррупция как уголовно-правовая проблема. В «Кодексе поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка», принятом Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций 17 декабря 1979 г., указывается, что «хотя понятие коррупции должно определяться в соответствии с национальным правом, следует понимать, что оно охватывает совершение или несовершение какого-либо действия при исполнении обязанностей или по причине этих обязанностей в результате требуемых или принятых подарков, обещаний или стимулов или их незаконное получение всякий раз, когда имеет место такое действие или бездействие». Иначе говоря, в это понятие включается служебное поведение должностного лица, причинно или иначе связанное с незаконным получением тех или иных материальных ценностей.
Советская уголовно-правовая наука пока еще не определилась в содержательном значении понятия «коррупция», ныне столь часто употребляемом, не только в литературных источниках, но и в нормативных актах, включая указы Президента СССР. Не отождествляя коррупцию со взяточничеством, некоторые ученые связывают коррупцию только с организованной преступностью и предлагают выделить ее в специальном составе, предусматривающем «самую строгую ответственность должностных лиц за установление контактов в организованным преступным сообществом в корыстных целях, т. е. за коррупцию» (А. Н. Волобуев).
Согласно другому подходу, коррупция – это не правовое, а социолого-криминологическое понятие, это явление, заключающееся в разложении власти, использовании ее возможностей для личного обогащения и выражающееся в конкретных актах поведения, предусмотренного законом как преступное (И. М. Гальперин).
Данная точка зрения представляется правильной. В широком смысле слова коррупция – это явление, поразившее аппарат государственной власти и управления, связанное с его разложением, когда представители этого аппарата незаконно используют служебное положение в корыстных целях вопреки интересам службы для личного обогащения. Следовательно, юридическими признаками проявлений коррупции являются: 1) субъект – должностное лицо государственного аппарата; 2) действие (бездействие) вопреки интересам службы с использованием служебного положения; 3) умысел; 4) корыстная цель. Последствия коррумпированного поведения весьма разнообразны, начиная от нарушения нормальной деятельности аппарата государственного управления, вплоть до нарушения имущественных интересов различных собственников, политических, трудовых, жилищных и иных прав граждан.
На наш взгляд, в действующем советском уголовном законодательстве предусмотрены три основные разновидности коррумпированного поведения должностных лиц (16).
Первая – завладение чужим имуществом путем его изъятия вопреки воле собственников с использованием служебного положения. В действующем законодательстве этот вид коррумпированного поведение представлен лишь нормой о хищении государственного и общественного имущества путем злоупотребления служебным положением. Случаи же завладения личным имуществом обычно квалифицируются как злоупотребление властью или служебным положением (ст. 170 УК РСФСР) или превышение власти или служебных полномочий (ст. 171 УК РСФСР), а иногда по совокупности одного из этих должностных преступлений с каким-либо преступлением против личной собственности. В связи с изменением Конституции СССР и принятием Закона СССР от 6 марта 1990 г. «О собственности в СССР», которыми провозглашены разнообразие форм собственности и равная охрана их государством, целесообразно нормой о хищении путем злоупотребления должностным лицом служебным положением охватить случаи завладения таким способом имущества, принадлежащего любому собственнику.
Вторая разновидность коррумпированного поведения должностного лица – использование им служебного положения при совершении других действий корыстного характера, не связанных с завладением чужим имуществом (например, злоупотребление служебным положением из корыстных побуждений, контрабанда, спекуляция).
Третья, «классическая», разновидность проявления коррупции – получение должностным лицом материальных ценностей или услуг материального характера в связи с занимаемой должностью с ведома лиц, передающих эти ценности или оказывающих услуги. При этом материальные ценности или услуги могут предоставляться как подкуп с целью побуждения должностного лица к соответствующему действию, правомерному или противозаконному, или являться благодарностью за уже имевшее место служебное поведение, но могут передаваться должностному лицу как бы на перспективу, имея в виду его будущее возможное служебное поведение. В действующем советском уголовном законодательстве ответственность за подобное проявление коррупции предусмотрена одной правовой нормой – получение взятки.
2. Проблема должностного лица как субъекта корыстных злоупотреблений по службе. История развития уголовного законодательства свидетельствует, что первоначально должностные преступления рассматривались как отдельные случаи совершения общих преступлений. Лишь позднее они стали выделяться в особую группу преступлений, связанных с нарушением деятельности государственного аппарата. Одними из важнейших системообразующих признаков для этой группы преступлений являются признаки, характеризующие субъекта как лицо, участвующее в государственном управлении, действующее от имени и по поручению государства и злоупотребляющее предоставленными ему правами, которое в советском законодательстве называется должностным лицом.
Автор проанализировал законодательные определения понятия должностного лица и научную полемику в связи с этим понятием, ведущуюся в советской уголовно-правовой науке с начала 20-х годов (13; 42). В соответствии с Уголовным кодексом РСФСР 1922 г. и 1926 г. под должностными понимались лица, занимающие временные или постоянные должности в каком-либо государственном (советском) учреждении или предприятии, а также в организации или объединении, имеющем по закону определенные права, обязанности и полномочия в осуществлении хозяйственных, административных, просветительных и других общегосударственных задач.
Представители правовой науки в 20-е годы почти единодушно полагали, что должностным лицом следует признавать любого служащего государственного учреждения или предприятия независимо от занимаемой им должности (А А. Жижиленко, А. А. Пионтковский, А. Н. Трайнин, М. Д. Шаргородский, А. Я. Эстрин и др.). Значительно дискуссионнее оказался вопрос о признании субъектами должностных преступлений работников других, не государственных объединений и организаций, например: кооперативов, акционерных обществ, предприятий с участием иностранного и смешанного капитала, а также профсоюзов и иных общественных организаций.
