Пока он в землянке шарит, посижу под навесом. Быстро обернулся. Так, первый лагерь – тактика лесного боя, там Потапов сам разберётся. Второй – тактика лесного боя, Тихвинский. Странно, я думал, его в разведку отправят. Хотя с немцами ему не разговаривать, пусть учит. Третий… Они чего издеваются? Везде тактика и именно в лесу. Нет, понятно, что воевать нам именно в лесу, а полигона для городского боя у нас нет, зато лесного – завались. О, штурмовики – штурм здания. Лесопилка. Как я и думал.
– Сержант, идём к лесопилке.
Хорошо, что люди у нас кругом военные – всего раз десять пришлось повторить, что все планы занятий и прочее надо составлять на бумаге. Раньше они их тоже составляли, но почему-то решили, что в партизанском отряде это уже не обязательно. Да, может, и не обязательно, но каждый такой отказ от обязательств потихоньку подтачивает дисциплину. Так что хрен вам – будем максимально придерживаться правил. Говорят, что уставы написаны кровью, не стоит в миллионный раз, своей кровью, пытаться опровергнуть это утверждение.
– Может, перекусим, а? Завтрак пропустили, к обеду опять не попадём, – похоже Жорка совсем оклемался, раз о еде думать может.
– На лесопилке что-нибудь перехватим, чай не оставят парни голодными.
Но, как говорится, хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах. Когда подходили к посту, что ранее стерёг нашу переправу, теперь подмёрзшую и занесённую снегом, на накатанной уже по просеке колее показался спешащий лыжник.
– Товарищ командир, – вестовой, хватая воздух через каждое слово, принялся докладывать, даже толком не остановившись. – Несколько часов назад, уже под утро, у Шматенков была перестрелка. Кто-то пытался через Полоту переправиться, а немцы, видимо, застукали.
– Куда переправлялись?
– На нашу сторону. Прошли мимо Сукневщины и убежали в лес. Немцы за ними не пошли, танк им через реку не переправить, вот и не полезли, но лес обложили. Там и танки, и бронеавтомобили.
Да, лесок там небольшой, да ещё между двумя дорогами зажат. Если это наши парашютисты, то фигово им придётся. У нас же сейчас и лыж нет – всё разведка забрала. Ну, до Абрамежек можно и на машинах. Через ручей, за которым уже лес, мост есть, но автомобили не пройдут – придётся пешком. Это километров шесть-восемь, по снегу часа три-четыре. Хорошо, дойдём, а дальше что? Прорываться через дорогу и идти в лес искать? Самим себя в ловушку загонять?
– Так, Георгий, быстро в первый лагерь. Возьмёшь человек тридцать… Нет, пятьдесят. Пусть берут с собой немецкий 13-мм пулемёт, пятидесятый миномёт и лыжи какие есть. Также всё для боя на отходе. Сбор у лесопилки. Ты, – это я уже связному, – со мной.
План выкристаллизовывался в голове постепенно, как в переобогащённом растворе – неспешно, но неукоснительно, по закону физики. Или химии? Нет, всё-таки физики. Если найти парашютистов, будем надеяться, что это они, а если не они, то тоже неплохо, быстрее немцев сложно, то надо усложнить задачу и фрицам. А ещё лучше переключить врага на иную задачу. А задачей этой будет преследование напавших на них партизан. Хотя, почему преследование? Если немцев будет немного, то бегство от партизан. Так значительно лучше. А чтобы они побежали, врезать им надо здорово. Проблема в том, что опять не хватает времени.
– Старшина, – заскочил я к Кошке, отправив связного собирать людей. – Что у нас здесь есть из противотанковых средств и артиллерии?
– Пушки есть четыре штуки.
– Не в этот раз.
– Три миномёта, два пятидесятых и восьмидесятый.
– Берём.
– Один 15-мм пулемёт Вальтер закончил, сейчас второй на станину ставит.
– Значит, один тоже берём.
– ДШК ещё.
– Расчёты здесь?
– Почти все.
– Тогда ДШК ставим в засаду, так чтобы ни одна тварь в Залесье не сунулась, а то отрежут нас от базы. Ещё человек пять в прикрытие. Остальное грузим в машины. Трёхосных три штуки найдём?
– Найдём. А куда ехать?
– Только до Абрамежек.
– Должны пройти, а ДШК тогда перед перекрёстком поставим – там позиция хорошая.
Уже через час принимал десант у лесопилки. Штурмовиков тоже забрал. Плохо, что лыж было только четыре пары – слабенький заслон получится, если придётся отходить. Зато подвижный, что в наших условиях важнее. В Абрамежках, возможно, удастся ещё парой-другой разжиться.
Дорога, как и ожидалось, оказалась не слишком легка. Хорошо, что наши Кулибины приспособили нечто вроде жёсткой сцепки, с помощью которой удалось объединить в одно целое все три грузовика. Теперь первый пробивал дорогу, а два других подталкивали его в спину. До конечного места назначения добрались меньше, чем за час. Это удачно – рассчитывал на худший результат.
Лыж удалось добрать только две пары, и вскоре ещё двое бойцов отправились по пробитой первой четвёркой лыжне. Вероятнее всего догонят ещё до того, как первые доберутся до цели.
Основной отряд двигался не так споро, но всё же быстрее, чем мне думалось. Сначала вообще втопили, но уже через полчаса вышли на темп, примерно, три километра в час. Двигаться без флангового охранения было бы большой ошибкой, потому две пары, максимально разгруженные, шли по бокам метрах в пятидесяти от колонны. Менять их приходилось часто, но всё же реже, чем головной дозор, хоть тот шёл и по лыжне, правда, плохо выраженной, – уж больно мало было лыжников.
Наибольшую проблему составляла наша артиллерия. Тринадцатые пулемёты, которые я тоже решил отнести к артиллерийскому вооружению, хоть это может быть и неправильно, несли по два человека – тяжеловаты были чушки. С миномётами и пятнадцатым приходилось сложнее: миномёты и боеприпасы к ним тащили на специально изготовленных санках, раза в четыре больше детских, с широкими полозьями, установленными на ширине, соответствующей обычной лыжне. Это слегка улучшало ход, но делало сани не слишком устойчивыми.
С 15-мм пулемётом было одновременно и сложнее, и проще – для него изготовили специальный деревянный станок на полозьях. На концах полозьев были просверлены дыры, через которые тот крепился к земле с помощью металлических штырей. Отдача у этого монстра была такова, что он разбалтывал даже такое крепление, но результаты были всё же лучше, чем от стрельбы из его младших братцев с сошек. Вот по бронепробиваемости сказать сложно, если она и была выше, то ненамного – жаль было тратить боеприпасы для подобных исследований.
Также нелегко приходилось и обычным пулемётчикам, а их у нас было десять расчётов на семь десятков человек. В связи с тем, что мы не решились вооружить пулемётчиков только одним видом оружия, тем приходилось носить ещё и пистолеты, а так же и по гранате, на всякий случай. От того переносимый ими вес был всё же выше, чем у автоматчиков и вооружённых винтовками бойцов, килограммов на пять. Второму номеру тоже, кроме своего вооружения приходилось нести значительное количество боеприпасов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
