глубокого мужчину? Только тем, что одна из ее прабабок согрешила с морским чудовищем?
Несправедливо.
Камила была по всем статьям лучше Мэри Лу, опытнее, умнее.
И она обязательно победит в этой битве.
Тэсса тоже страдала над клавиатурой. Она терпеть не могла писать отчеты и рапорты, и ее приводила в уныние необходимость предоставить настолько веские объяснения нетипичного поведения Малкольма, чтобы начальство сочло их убедительными.
В управлении нещадно дуло из всех щелей.
Фанни в ярком салатовом свитере и малиновых вязаных штанах ожесточенно подметала пол и время от времени громогласно вздыхала, отвлекая Тэссу от ее монументального труда.
— Что? — рявкнула она яростно после очередного пронизывающего «оха».
— Как славно, что ты спросила, — оживилась Фанни и остановилась, обнимая метелку: — Я закончила свою пьесу и хочу, чтобы ты ее прочитала.
— Это обязательно? — насупилась Тэсса. Она и нормальные-то детективы не слишком жаловала, а уж пьесы и вовсе считала страшной скукой. — Лучше отдай рукопись Фрэнку, он у нас ценитель литературы.
— Этот мордоворот? — не поверила Фанни. — Перестань увиливать! Неужели так сложно честно сказать свое мнение?
Сложно ли?
Тэсса сильно сомневалась, что Фанни родила шедевр. А стало быть, вряд ли могла оценить честное мнение.
— И о чем твоя пьеса? — осторожно спросила она.
— Она называется «О нелюбви», — с энтузиазмом принялась рассказывать Фанни. — О том, как хорошенький юноша думает, что влюбляется в страхолюдину, а потом оказывается — ему просто захотелось в нее влюбиться, чтобы выглядеть еще лучше в своих глазах.
Так Тэсса и думала: очередная психологическая лабуда.
К счастью, от необходимости ответа ее спас Кенни, решительно ворвавшийся в управление.
— У меня дело к шерифу, — провозгласил он торжественно, не глядя в сторону Фанни.
— Это я, — радостно откликнулась Тэсса, не желая больше ничего слушать о любви и тем более — нелюбви.
— И к мэру.
— И это тоже я.
Кенни уселся на стул для посетителей.
Фанни поспешно повернулась к ним спиной, воинственно взмахнув метелкой.
— Сегодня утром я не смог выехать из Нью-Ньюлина, — сердито начал Кенни.
— Это временно, — поспешно успокоила его Тэсса и добавила: — Я надеюсь.
— Но мы же умрем с голода! Я должен привозить продукты и интернет-заказы, такая у меня работа, — нахмурился Кенни.
— Пока Бренда снимает по три урожая кабачков в год, смерть от голода нам не грозит. На худой конец кто-нибудь возьмет лодку старика Сэма и отправится на рыбалку.
— Но это неприемлемо! У Мэри Лу заканчиваются запасы какао, а Камила становится вдвое злее без кофе. Что будет, если Милны не получат очередную статуэтку, за которую заплатили кучу денег, а доктор Браун — энциклопедию смертельно опасных вирусов и сборников анекдотов?
— Мы живем в эпоху чрезмерного потребления, — проворчала Тэсса. — Кевин, несколько дней придется потерпеть.
— Ну, если в твоей деревне начнутся бунты, а ты получишь импичмент, то не удивляйся, — с неудовольствием огрызнулся Кенни. — Хорошо, допустим, мы не вымрем за неделю-другую изоляции, но я требую, чтобы ты срубила или уничтожила любым другим способом дерево на кладбище.
— А дерево-то тебе чем не угодило? — поразилась Тэсса. — От него же бабочки в животе и прочие эндорфины.
— Фанни бросила меня из-за этого дерева. Оно социально опасно, поскольку внушает людям ложное ощущение захватывающей влюбленности, несовместимое с реальностью.
— Неправда, — закричала Фанни. — Дерево тут ни при чем!
— А вот и при чем, — горячо возразил Кенни. — До него у нас с тобой все было нормально.
— Нормально! Но я не хочу нормально. Мне нужно лучше, чем нормально, ну или хуже. Я хочу ненормально!
— Ты понимаешь, о чем она говорит? — жалобно спросил у Тэссы Кенни.
— Нет-нет, — испугалась она, — меня не спрашивайте. Я пишу рапорт.
— Меня тошнит от того, насколько между нами все нормально, — выпалила Фанни. — Ты идеальный Кенни, ангелочек Кенни, совесть Нью-Ньюлина, а я — вопящая угроза всему живому.
— Тошнит? — всполошился Кенни.
— Ну за что мне все это, — простонала Тэсса.
— Фанни, а давай-ка мы с тобой навестим доктора Картера, — вкрадчиво предложил Кенни.
— Это еще зачем, — нахохлилась она.
— У меня голова раскалывается, — сообразительно прикинулся он. — Еле дышу. Ой, одному мне нипочем не добраться до доктора!
В мгновение ока Фанни подскочила к нему, испуганно заглядывая в глаза.
— Очень больно? — встревоженно спросила она. — Обопрись об меня, я тебя отведу.
Тэсса проводила их взглядом, облегченно выдохнула и вернулась к наболевшему.
«Таким образом, остаточные эманации гнева, любви и желания отомстить позволили зомби перешагнуть через наложенные на него ограничения. Я бы предложила ограничить посещения покойников тем, кто отправил их на тот свет. Скажем, четыре раза в год кажется довольно безопасным вариантом…»
Зевнув, Тэсса нажала «отправить» и с облегчением выключила монитор старенького компьютера. Она терпеть не могла всю эту писанину.
В квадрате окна море выглядело как картина в раме. Пасмурное небо низко повисло над водной гладью, и острые скалы казались вырезанными из темного картона.
— Одри, Одри, Одри, — задумчиво пробормотала Тэсса себе под нос, — если ты не начнешь улыбаться, то у нас начнется эпидемия рахита из-за нехватки витамина D.
Как заставить мрачного подростка радоваться жизни?
Не бывает таких сил в этом мире, которые могли бы превратить эту унылую девчонку в жизнерадостное создание. Ах, если бы погодой управлял кто-то вроде Фанни, то жители Нью-Ньюлина просто купались бы в солнечном свете.
Впрочем, и Фанни в последнее время была странной и нестабильной.
Тэсса еще раз зевнула и поймала себя на мысли, что с нетерпением ждет вечера. Она наконец-то сбросит тяжелые ботинки и заберется под одеяло в своей спальне, чьи стены украшены чудесными рисунками Холли, отгоняющими кошмары.
— Холли, — осенило Тэссу, — ну конечно же! Как это я раньше не додумалась!
Она сорвалась с места и поспешила в сторону дома.
Холли нашелся на лужайке. Он стоял возле оккупированного пикси электромобиля и с глубокомысленным видом наблюдал за их копошением сквозь запотевшие окна.
— Тебе не кажется, — произнес он, — что эти зловредные волшебные создания захватили мое транспортное средство, чтобы я не уехал отсюда?
— Я отказываюсь понимать, что происходит в их крохотных мозгах, — уведомила его Тэсса.
