И всё равно пусть всё идёт своим чередом. Каждому своё! Мне уж не за права всего русского трудового народа, а хотя бы за своих случайных знакомых с декабрьского митинга обидно! И так уж жизнь простых людей хуже некуда, но и за подачу голоса об этом можно навечно загреметь туда, откуда выхода нет! Даже ногами вперёд! Никакого уважения к самым простым правам простых людей! Ладно, что лично мне и моим близким теперь стало легче. А так, ведь совсем недавно тоже прозябали в нищете и неопределённости!
Ладно, кесарю кесарево, а мне удалось закончить пятый класс довольно успешно. Конечно, для меня это никакой роли не играло, но, ага, формальности надо было соблюдать. Не знаю, что ожидает меня далее, но гимназию как бы надо было заканчивать. Не хотелось мне прослыть неучем. Всё же человек без бумашки как бы и букашка. Эту поговорку я помнил крепко!
Хорошо, что инспектор Пустонский ко мне больше придираться не стал, и последний учебный день, как и полагался, посвящённый подведению итогов, так и конец месяца, пролетел, как и в другие года. На собрании класса он даже отметил меня как особо успешного ученика, хотя, только словами. Правда, всё равно приятно было…
* * *
Да, учебный год, наконец-то, остался позади! И для меня тоже наступили долгожданные каникулы. Понятно, что и у меня сразу же появилось много свободного времени! Отдыхать можно было вволю!
Хотя, у меня, к сожалению, и без учёбы разных забот хватало. Тут и немецкие гости, и дела с мастерской тёти, и кое-какие новые задумки… Так и много самой разной музыки ожидало своей очереди, и какую-нибудь сказку требовалось сочинить. И нас всех ожидали имения и ответственные сельскохозяйственные работы.
Но пока образовался небольшой перерыв. Можно было без страха предаться отдыху. Оттого прямо в первый же день каникул я отправился к уланам. Раз сам их командир полка разрешил мне время от времени заглядывать к ним. Можно было даже стрелять в их тире! Так ещё и собирались учить фехтовать! Хотя, пока только со шпагой, так как другие клинки для меня являлись ещё тяжёлыми.
Грех было этим не воспользоваться.! На этот раз, с разрешения Николая Фёдоровича, мне компанию составили Микола и Демьян. Как бы мои охранники. Хоть и лишь раза по три, но я смог устроить им стрельбы из револьвера, пусть и своего. Но зато патроны выдали казённые! Я смог разжиться десятком и для себя. Нам разрешили по паре раз стрельнуть и из винтовок Крнка. Тут уже всё было казённым. И как биться со шпагой, я им тоже показал. Правда, мои помощники больше времени потратили на чистку оружия, но это тоже нужное дело. Больше его почистят, больше научатся.
Честно говоря, Николай Фёдорович очень уж подозрительно косился на моих приятелей. Простолюдины же! Конечно, он знал, что наша семья даже опекает детишек пары семей, отцы которых, кстати, теперь как раз и работали в здешней мастерской над производством мин и гранат. Конечно, не по нраву ему присутствие в расположении полка моих помощников, но майор всё ж не решился препятствовать нашим занятиям. В общем, мы остались довольными.
Да, дворяне и аристократы и сейчас простолюдинов, мягко говоря, «не уважали», но мы не все! Особенно я! Странный и не от мира сего! Можно считать, что часть меня из будущего! А там совсем другие порядки! И к ним мы придём! Хотя, с кровью и жизнью многих людей! Как бы и немного осталось!
— Николай Фёдорович, можно к Вам обратиться?
— Ладно, говори, Борис, чего хотел?
— Извините, пожалуйста, но я хочу присоединиться к Вашей группе. Для выступлений перед казаками Ивана Фёдоровича своими песнями. Чтобы поднять их боевой дух.
Почему бы и нет? Мне только гитара и нужна. Да и в войсковых оркестрах инструменты тоже имеются.
Майор, конечно, сильно удивился моему предложению.
— К моей группе? Какой? Так, Борис, её нет. — Понятно, что нет. Поэтому я и обратился. — Так, и куда ты собрался? На войну? Тоже не терпится? Но, к сожалению, тебе туда нельзя.
— Так соберите, Николай Фёдорович. Как задание командира Вашего полка. Он точно заинтересуется. Если не повезти эти гранаты и мины напрямую к Ивану Фёдоровичу, то они потеряются, а то будут и расхищены. К примеру, врагами! Вы сами знаете, как работают армейские снабженцы, и какое отношение в войсках к незнакомому оружию. Если даже они не пропадут, то всё равно казаки ничего не получат, а гранаты и мины заваляются где-нибудь. Порядки же в армии такие. И когда они потребуются, их под рукой уже не окажется. Конечно, как-нибудь завезут, но много времени потеряется, да и разного беспорядка немало случиться может. Лучше новое оружие напрямую доставить к Ивану Фёдоровичу, и вместе со знающими людьми. Но их мало, и часть нужна и здесь. И ехать в войска лучше Вам, и испытать новое оружие в боевых условиях тоже. Хорошо себя покажет, так и спрос на него появится. Вы и сами отличитесь, и Ивана Фёдоровича выручите. А здесь и Александр Порфирьевич с Дмитрием Николаевичем справятся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Насчёт меня, конечно, Николай Павлович возражать не будет. Это, да, и в его интересах. Но вот взять тебя с собой на войну просто невозможно. Хоть ты достаточно подготовлен по воинским наукам, но и возраст не позволит, и лицо гражданское. И Арина Васильевна что скажет? Так и сам не возьму.
— Так не рвусь я никуда, Николай Фёдорович! — И точно ведь не лукавил. Возьмут, поеду, не возьмут, нет. Но у меня и другая потайная мысль имелась. И надо было её как-то прикрыть. — А если даже и отправлюсь туда, она поймёт. Потом, я же в бои лезть не собираюсь. Если, к примеру, с Вами поеду, Вы же сами меня никуда не пустите. Тем более, прекрасно знаете, что кого-только можно встретить в войсках, и даже посторонних. Особенно в штабах и тылах.
— А ты откуда об этом знаешь? Хотя, наверно, уже всё разузнал? Да, Борис, бывает и такое. За всем не уследишь. Конечно, тебя никто никуда не возьмёт, но вот мысть ты дельную подал. Придётся мне проситься к командиру полка.
— Вы, Николай Фёдорович, уж обо мне, пожалуйста, не говорите ничего Николаю Павловичу! Тогда и Вас не отпустит. Если только позже сообщить? А с мамой Ариной я договорюсь.
— Нет, Борис, даже не думай! Эта война не для тебя. Позже, как вырастешь. Ты и сам всё прекрасно понимаешь. И, хоть это и глупо звучит, но отличиться мне тоже не помешает. Да и не дело, когда брат воюет, а я должен отсиживаться в тылу!
Глава 16
* * *
Глава 16.
Не всё хорошо?
А на другой день в консерватории состоялся как бы выпускной концерт учеников. На этот раз мы с Александрой не выступали. Вообще! Тётя Арина попросила. Сказала, что хватит целым князю и баронессе как бы наносить ущерб своей репутации. Нам, особенно мне, конечно, было всё равно, но ведь разная знать косится! Словно мы заняты чем-то нехорошим! Ладно, нечего подводить Александру! Ей ведь больше косых взглядов достанется. Обойдёмся домашним музицированием. И концерт посмотрим как белые люди.
Кстати, мы взяли с собой и Вернера с Луизой. Тоже пусть оценят. И, конечно, я принёс все материалы к сказке о гардемаринах Фёдору Осиповичу и Модесту Петровичу. Кроме того, ещё отдал им песенку «Качели» к нашей оперетте, приложив и множество рисунков, и сделав предложение об использовании на представлениях качелей. Странно, но, и память говорила, что это возможно. И мои наставники остались очень довольными.
На этот раз требование патриотичности к номерам немного спало, поэтому концерт получился разносторонним. И как бы моей музыке было отведено прежнее количество номеров. Конечно, я мог предоставить и больше музыки, но не стал. Как и ранее, как бы старые вещи в концерте не прозвучали. Исключение было сделано лишь для «Дунайских волн» и «Балканских гор». Но это уже как бы требование времени. Всё-таки наши войска скоро будут пересекать Дунай и воевать и среди Балканских гор.
На этот раз я, конечно, и начальники консерватории тоже, приготовили для благородной публики небольшой сюрприз. Никто ведь не додумался до этого. Лишь во время последней репетиции, конечно, для сохранения тайны, я отдал Ивану Александровичу слова к вальсу. Конечно, у меня в памяти имелись и другие варианты текста, но это уже потом, как-нибудь после войны. А пока и этот сойдёт. Думаю, даже другие авторы больше напишут.
