Судя по досье, они были запрограммированы так, чтобы слепо подчиняться кем-то установленным правилам игры. Когда перед ними возникала преграда, связанная с ограниченным объемом компьютерной памяти, то они не могли через неё перепрыгнуть, а тыкались в стену как слепые котята. Потому что дальше для них не было ни пространства, ни времени.
Такие не способны усомниться в разумности своего поведения, навязанного им неведомо кем. А уж о протесте или бунте и говорить не приходится. Все они такие. Скин, который делит мир лишь на «наших» и «ненаших» и рад возможности убивать чужаков. Лох, для которого наивысшая радость – наколоть ближнего своего. Трансмиссия, торчащая от скорости, грохота и от размазавших себя по асфальту соперников, не справившихся с управлением. Дюймовочка, постоянно нацеленная на аферу – при любом строе, прекрасно вписывающаяся в любую эпоху. Стрелка нашла для неё очень точное определение: «перепрограммируемая сука».
И даже Профессор, человек с интеллектом, расходовал его исключительно на то, чтобы оптимизировать свое пребывание в той среде, куда его помещает чья-то неведомая рука, которую он, чтобы не страдало самолюбие, величает роком. Для него Стрелка нашла сравнение – ноблин в древней игре Digger, который бегает по существующим подземным лазам, но иногда вдруг начинает прогрызать новые ходы. Однако и ему не дано было выскочить за пределы монитора.
Правда, вот Граф. С ним не все ясно. За что его? Может, хотел отвалить, а это, хоть и не бунт, но все же… Хотя это тоже данная ему извне сущность, его программа. Не потому, что ему была ненавистна эта игра, а просто паренек насобачился за долгую жизнь бегать из тюрем и лагерей. Вот и побежал. Ведь прибежал бы, если бы удалось, точно в такое же место. Прибежал бы, чтобы и там упырничать. А, может быть, ещё что-то натворил.
И – тут Стрелка вскричала «Вау!» – тогда, значит, в конце письма Сисадмин говорит правду, которую пытается скрыть. «Не осложняй жизнь ни себе, ни подруге, ни мне». Казалось бы, это полная лажа, поскольку этот скот пока ещё ничего плохого, в смысле, физически, Танцору не сделал. Понятно и то, что какой-то мелкий Танцоришка осложнить жизнь этого козла не в состоянии. Однако Граф смог так омрачить этого ублюдка, что его пришлось убрать. И пусть, может быть, даже не омрачил, а просто посягнул на омрачение, но это доказывает, что у этого выродка есть болевая точка, в которую и следует бить.
Правда, её ещё предстояло отыскать. И тогда посмотрим насколько «на мне твоя дурость сказывается в минимальной степени». Посмотрим!
Стрелка, как и всякий нормальный хакер, была авантюристкой, поэтому она радовалась реально возникшей перспективе, хоть и прекрасно понимала, что за ошибку придется заплатить слишком дорого. Так что Танцора, вернувшегося с подержаным 486-м компьютером, она встретила настолько оживленно, что сразу же потащила в постель, даже не дав человеку снять ботинки и вытащить из кармана мышь.
Через пятнадцать минут квартира огласилась победным воплем «О! О, Мамочка! Ох! Мамочка! Блядь! Мамочка! О-О-О!», который долго сопровождался анонимным стуком по батарее. Стрелка была настолько в ударе и в настроении, что с удовольствием попозировала некоторое время для неизвестно где скрытой камеры, выпячивая сочные ягодицы в разные стороны. Пусть этот козел кастрированный слюной захлебнется!
***
Прошло ещё две недели, и майор Завьялов полностью избавился от своей, постыдной для кадрового офицера, головной болезни. Он уже не витал в облаках, а, как и прежде, крепко стоял на земле обеими ногами.
Завьялов понял, что получить подполковника при помощи блистательной операции, которая в случае её успешной реализации была бы внесена в учебники криминалистики всех цивилизованных стран мира, ему не удастся никогда. Поэтому он стал дожидаться присвоения очередного звания, уповая на достижение подполковничьего возраста и прекрасное отношение с вышестоящим начальством, которое ему обеспечивал расторопный лейтенант Осипов.
Однако Осипов в нарушение субординации и милицейского этикета на свой страх и риск продолжил изучение дела по факту выявления преступной деятельности организаторов интернет-игры «Мегаполис». Хоть никакого такого дела в канцелярии МВД не числилось.
Осипова звали Алексеем. Было у него и отчество, которого при обращении к нему он был достоин гораздо больше, чем его шеф майор Завьялов. Несмотря на неполных двадцать четыре года от роду, несмотря на две мизерные звездочки на погонах, несмотря на подчиненность практически всем сотрудникам компьютерного отдела управления «Р», именно Осипова следовало называть Алексеем Дмитриевичем. А Завьялова и прочих старперов – Витьками, Сережками, Толиками, Юрками, Шуриками…
Алексей обладал одним неоспоримым достоинством, которого было лишено подавляющее большинство его коллег. Он был умен, очень умен. Причем, его незаурядный ум был дополнен тремя могучими инструментами: прекрасным специальным образованием, нацеленностью на победу и недюжинной работоспособностью.
Решив на свой страх и риск заняться «Мегаполисом», Алексей вовсе не собирался, если бы ему это удалось, закрывать сайт и арестовывать его держателей. Он прекрасно понимал, что результатом его служебного подвига станет дополнительная звезда на погонах Завьялова. Да серия телеинтервью, которые будет раздавать налево и направо начальник отдела полковник Серых, и без того не слезавший с телеэкрана, взахлеб рассказывая пресыщенному обывателю об увлекательной борьбе с хакерами, о битве интеллектов, о миллиардах долларов, спасенных вверенным ему отделом от разграбления по кабельным каналам.
Лейтенанту же по сложившейся традиции была положена премия в размере двух тысяч рублей и крепкое рукопожатие товарищей Серых и Завьялова на фоне портрета российского президента. Который – портрет – наблюдал бы за происходившим глумлением над молодостью и талантом с загадочной улыбкой Джоконды на офсетном челе.
Нет, у лейтенанта были совсем иные планы. Во-первых, ему, как человеку живому, неокостеневшему, было интересно во всем этом как следует разобраться. Выяснить, какие цели, кроме зашибания бабок, преследует игра «Мегаполис». Узнать, какие силы стоят за безликой фигурой Сисадмина. Государственная ли это структура, частная, криминальная? Или же всем заправляет гений-одиночка? И есть ли у него крыша?
И, во-вторых, отыскав слабое место в организации этого дела, предложить свои услуги в каком-либо качестве: крыши, консультанта, эксперта, поставщика информации, которой владеет его ведомство. Предложить столь аргументировано, веско и солидно, возможно, и с некоторой долей блефа, что от его услуг не смогли бы отказаться. И, естественно, принять участие в распределении прибыли, получив четыре-пять процентов акций, если таковые существуют.
