Его попытка расположить к себе его жителей путем направления делегации окончилась казнью посланных людей, и тогда он переправил весь свой отряд на плотах на берег, где произошла жестокая, но короткая схватка, в результате которой верх взяло оружие испанцев. Местный вождь-курака явился к Писарро с большими подарками золотом, серебром и драгоценными камнями, подчинившись воле победителей. Став хозяевами города в том же 1531 году, испанцы решили превратить его в свое первое поселение на территории Перу и переименовали его в Сан-Мигель. Вслед за захватом Тумбеса (Сан-Мигеля) Писарро отправляет в Панаму три каравеллы с большим грузом золота, серебра и изумрудов с уверенностью, что на этот раз они вернутся с еще большим числом людей, необходимыми для продолжения кампании. Подкрепления и запасы из Панамы стали поступать чаще.
За месяцы пребывания в захваченном районе северозападного уголка обширной империи инков испанцы постепенно получали все больше сведений о ее размерах, богатстве и внутреннем положении, и то, что они узнавали, разжигало их аппетиты и укрепляло надежды. Так им стало известно, что в этой богатой стране только недавно прошла большая и жестокая гражданская война, в результате которой правитель южной столичной провинции Куско Уаскар потерпел поражение и был взят в плен Атауальпой, который правил северной провинцией империи в городе Кито. Эти северные территории, как оказалось, были лишь не так давно завоеваны инками и присоединены к основной части империи, политическим и религиозным центром которой являлся город Куско, где и находился трон ее правителей. После разгрома Уаскара Атауальпа со своей армией постепенно и не спеша продвигался на юг к столице империи, и в августе 1532 года располагался относительно недалеко от Тумбеса в замечательном городе Кахамарка, находившемся среди пышных зеленых холмов одной из долин горной гряды неприступных Анд. Именно там, в Кахамарке, как представлялось испанцам, лежал ключ к развязке сложной внутренней ситуации вожделенной империи инков. Писарро принимает решение отправиться туда на встречу с ее фактическим правителем. Оставив в Сан-Мигеле оборонительное подразделение, в сентябре 1532 года он отправляется в дорогу с небольшим отрядом в 170 человек, то есть меньшим, но лучше снабженным, чем у Кортеса, 60 из которых были всадниками.
Вначале путь в Кахамарку вел через негостеприимную пустыню, протянувшуюся почти на 20 лиг, за тем отряд проходил по зеленым и тенистым долинам с плодородными полями. В одном из этих живописных мест на встречу с губернатором Писарро напросился посланник находившегося в заключении Уаскара, который от имени свергнутого правителя просил испанцев, принятых здесь за сыновей верховного бога Виракоча, помочь восстановить в стране справедливость. Писарро заверил представителя законной власти, что он прибыл в страну положить конец насилию и устранить зло.
Через два дня после этой встречи перед испанцами появилась торжественная процессия сановников и вельмож во главе с братом Атауальпы Атаучи, который приветствовал пришельцев от имени императора и передал им дары с заверениями в оказании им всяческих услуг, чтобы сделать их путь в Кахамарку приятным и безопасным. Затем, говоря как бы от своего собственного имени, Атаучи выразил испанцам пожелания: считать императора Атауальпу своим братом и заключить с ним договор о постоянном мире и дружбе; простить все те грехи или оскорбления, которые люди империи сознательно или преднамеренно могли причинить им; не творить в Кахамарке и во всей земле тех страшных злодеяний, которые были совершены на острове Пуна и в Тумбесе. Последняя просьба полностью подтвердила имевшееся у испанцев с некоторых пор ощущение, что верховному правителю страны стало известно о прибытии на ее берега испанцев почти с самого начала и что он был прекрасно осведомлен о всех их делах на своей территории.
После этой речи по сигналу выступавшего десятки слуг преподнесли пришельцам дары местной природы плодами, птицами и животными в таком многообразии, что, казалось, они представляли всю флору и фауну обширных земель империи. Вслед за ними испанцы получили невероятное количество богатых изделий из золота, серебра и драгоценных камней вместе с самыми удивительными нарядами, часть которых предназначалась непосредственно для пользования только верховными правителями после достижения ими высоких боевых заслуг и теперь была передана самому Писарро не только в знак признания его положения вождя испанцев,
своей короткой ответной речи Писарро выразил благодарность за полученные подарки и сообщения и сказал, что он прибыл от имени папы римского открыть инкам истинную веру, и от самого могущественного правителя короля Испании — чтобы заключить с ними договор о постоянном мире и дружбе с заверениями не вести против них войны. Он просил также передать Атауальпе свое желание встретиться с ним в ближайшее время и рассказать ему подробнее о других вещах, которые касались его лично.
После ухода посланцев верховного правителя испанцы отдыхали несколько дней, наслаждаясь полученными обильными дарами и восхищаясь великолепными богатыми подарками. Их планы относительно дальнейших действий разделились: одни считали, что столь щедрыми дарами инки пытаются их успокоить и заманить в ловушку, чтобы легче покончить с ними, и поэтому даже призывали отказаться от дальнейшего похода; большинство других, напротив, были настолько ослеплены сказочным богатством страны, что, советуя проявлять побольше осторожности, решительно выступали за продолжение пути в Кахамарку. Старшие чины экспедиции в лице братьев Писарро, де Сото и Беналькасара твердо стояли за завоевание ожидавших их всех несметных богатств.
Преодолев высокие и опасные горные перевалы, где индейцы при желании могли легко расправиться с ними, и, перейдя через пышные зеленые долины, испанцы вышли к великолепной Кахамарке, жители которой устроили им пышную торжественную встречу как потомкам Солнца и сынам их верховного бога Виракоча. По приказу императора прибывших встречал сам курака всей этой провинции, а затем они были размещены в прекрасных помещениях большого строения, обильно украшенного благоухающими цветами и ветками экзотических деревьев. Там же их ожидали богатейшие блюда и напитки. В этих королевских условиях испанцы расположились на отдых до следующего утра, приняв необходимые меры предосторожности для охраны своего здания и площади, на которой оно находилось. Участники крохотной экспедиции с трудом верили в то, что им удалось преодолеть пройденный после Тумбеса путь и оказаться совсем неподалеку от огромного лагеря армии императора инков, устроенного вокруг великолепных дворцов.
