В ее сознание начали проникать другие звуки — восклицания, приглушенные разговоры. Гости образовали оживленные группы, и в любой момент они могли обратить свое внимание и на нее. Они засыпали бы ее вопросами, на которые она не смогла бы ответить, и излили бы на нее потоки своих сожалений. Она этого не вынесет, ей необходимо уйти!
Ее видавший виды «фольксваген» был запаркован на стоянке среди «ягуаров» и «роллс-ройсов», и Пейджи пошла к нему кружным путем по периметру сада. Но прежде чем свернуть за угол заднего крыла дома, она замедлила шаг и посмотрела назад.
Среди гостей по-прежнему царило оживление. Головы присутствующих смотрели то на одного, то на другого из предлагавших свою интерпретацию случившегося. Она ожидала, что мужчины вот-вот достанут ручки, чтобы подсчитать возможное влияние случившегося на стоимость акций ФБТ.
Наблюдая за ними, она почувствовала стремительный ток крови в венах, подобный бурной реке. В ушах звенело. Вот оно! Это было то, чего она ожидала. Она всю жизнь ждала этого случая!
Пейджи в нерешительности стянула с плеч безвкусное боа и бросила его за урну с розами. Затем, чувствуя, как сердце выскакивает из груди, она двинулась в сторону гостей. Подойдя к ближайшей группе, Пейджи собрала все свои силы и произнесла:
— Жаль выбрасывать всю эту еду. Почему бы нам не пройти под навес для банкета?
Все повернулись к ней в изумлении.
— Зачем, Пейджи? — воскликнула одна из женщин. — Бедняжка! Какой ужасный случай!
— Никто из нас не может поверить в это, — вмешалась другая. — И это Сюзанна, на виду у всех!
Пейджи слушала себя, отвечая ровным, заботливым голосом, который звучал слегка похоже на голос сестры:
— В последнее время ее что-то сильно угнетало. Я… Мы можем только надеяться, что она получит необходимую ей профессиональную помощь.
Часом позже, когда от напряжения, вызванного необходимостью отбиваться от вопросов гостей, разболелась поясница, Пейджи попрощалась с последним из присутствовавших и вошла в Фалькон-Хилл. Атмосфера дома обволакивала ее — комфортная и вызывающая удушье одновременно. В поисках отца Пейджи прошла сквозь опустевшие комнаты первого этажа, а затем поднялась наверх. Дверь ее старой спальни была закрыта. Здесь все было уже чужим, и Пейджи не чувствовала искушения войти.
Комната Сюзанны была, как всегда, аккуратно убрана. Чемоданы, уложенные для свадебного путешествия, ждали у двери, словно брошенные дети. Пейджи направилась в примыкавшую к комнате ванную. Мраморная ванна и раковина были безупречно чистыми. Ни одного каштанового волоска не было видно по краям, ни одно пятнышко косметики не портило поверхность черного дерева. Все выглядело так, будто сестра никогда не пользовалась ванной комнатой и появлялась в этом мире чистой совершенно безо всяких усилий.
Спальня отца была так же опрятна, как спальня Сюзанны, и точно так же пуста. Она нашла его в заднем крыле дома, в маленьком кабинете с окнами, выходящими в сад. Джоэл стоял у окна, глядя вниз на столы с едой для гостей, расставленные по случаю свадьбы дочери. У Пейджи екнуло сердце.
— Папа?
Он повернул голову и со спокойным любопытством посмотрел на дочь, словно ничего серьезного не произошло.
— Да, Пейджи?
В этот миг чувство уверенности в себе ее покинуло.
— Я… я только хотела посмотреть… все ли… все ли с тобой в порядке?
— Конечно. Отчего мне не быть в порядке?
Но присмотревшись, она заметила мертвенно-бледный цвет его лица, суровые складки в уголках рта. Его слабость придала ей сил.
— Хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь выпить?
Он пристально смотрел на нее некоторое время, как бы что-то решая, а затем сдержанно кивнул:
— Хорошо. Почему бы и нет?
Она повернулась, собираясь выйти, но он заговорил снова:
— И еще, Пейджи. Это платье просто безобразно. Ты не против сменить его?
Первой реакцией Пейджи на замечание была привычная защитная волна гнева, но этот гнев почти мгновенно исчез — ведь отец не отсылал ее прочь. Он хотел, чтобы она осталась! Теперь эта Сюзанна исчезла, и она не была больше парией.
Нескольких секунд оказалось достаточно, чтобы принять решение. Выскользнув в коридор, она вошла в комнату Сюзанны и сбросила платье, купленное в комиссионке. Пятью минутами позже Пейджи спустилась по лестнице, одетая в одно из мягких итальянских трикотажных платьев сестры.
Мир несся перед глазами Сюзанны, словно взбесившаяся карусель. Ветер рвал ее волосы, спутывая их, хлеща ими щеки Сэма. Платье задралось, ноги у колен натерла грубая ткань его джинсов, но она ничего не замечала. Сюзанна дошла до такого состояния, когда простые раздражители не действуют. С тех пор как она вцепилась в Сэма, Сюзанна молилась, чтобы эта дикая езда никогда не кончалась. Мотоцикл был магической колесницей, остановившей время. Пока машина двигалась, не было ни вчера, ни сегодня, ни завтра.
Сэм, кажется, понял ее потребность улететь. Он не взял курс точно на юг, а сделал зигзаг поперек полуострова, показав другую сторону привычного ей мира. Промелькнуло водохранилище Сан-Андреас, потом залив. Они с ревом неслись по тихим окрестностям и мчались по автостраде наперегонки с ветром. Погоняемый ими «харлей» разметывал дорожный гравий и изрыгал клубы горячего, как из домны, воздуха, который перехватывал дыхание. Автомобильные сирены трубили вслед беглой невесте в кружевном платье, нелепо восседавшей на заднем сиденье мотоцикла. Ей хотелось ехать вечно. Сюзанна хотела улететь сквозь время в другое измерение — в мир, где у нее не было бы никакого имени. В мир, где поступки не влекли за собой последствий.
Южнее Моффет-Филд Сэм съехал с автострады. Вскоре они уже двигались мимо промышленных предприятий, вдоль тенистых зон отдыха. Тут он начал сбавлять скорость. Сюзанна прижалась сзади щекой к его плечу и закрыла глаза. Не останавливайся, молилась она. Не останавливайся никогда!
Но он остановился. Сэм выключил двигатель, и мотоцикл затих. Повернувшись, он притянул ее к себе.
— Время поторопиться, мотоциклетная леди, — прошептал Сэм. — Твой муж голоден!
Она издала задыхающийся испуганный звук. Он что, теперь ее муж? О Боже, что она наделала! Что с ней теперь будет?
Он отпустил ее, слезая с мотоцикла, а затем протянул руку. Сюзанна ухватилась за нее, словно это прикосновение могло ее спасти.
— Это новый мир, — сказал он. — Мы входим в новый мир!
Если быть более точным, они вошли в «Бургер Кинг».
Глаза Сюзанны широко раскрылись, когда она начала соображать, где они находятся. Ногами в чулках девушка ощутила тепло нагретого асфальта автостоянки. О Боже, она оказалась босиком в «Бургер Кинг»! В шелковом чулке над коленом образовалась дырочка, и маленький кружочек кожи выпирал, как пузырек на тесте. Сэм потянул ее за собой, и она увидела лица, глазевшие на них из окна.
