Андрей глянул на Лаймона. Тот заканчивал съемку. Рация его была подключена к проводному передатчику, катушку которого он тащил с собой, так, что все переговоры членов группы ретранслировались через него наружу. Горелов откашлялся и произнес:
— Проверка связи. Шеф, мы вошли. Как слышите?
— Слышимость хорошая. С видеосигналом тоже всё в порядке, — передатчик ничуть не искажал голос главы Службы.
Андрею хотелось надеяться, что и по мере их углубления в недра объекта, качество связи не ухудшится.
— Готовы? — обращаясь уже к группе, спросил Горелов.
— Готовы, — почти слаженным хором раздалось в динамиках.
Горелов ещё раз окинул взглядом замерших с оружием наизготовку спутников. Осмотрел стены, пол и потолок помещения, в котором они оказались. Надо было двигаться дальше. Не хотелось. Чувство опасности не пускало. Но надо было идти. Надо. Андрей мысленно перекрестился и, постаравшись чтобы голос звучал уверенно, скомандовал:
— Выдвигаемся. Порядок следования прежний.
Волнение как-то сразу ушло — колебания и сомнения во время операции категорически противопоказаны.
Андрей первым шагнул в спиральный коридор. За ним, в оговоренном порядке, двинулись остальные члены группы.
Шли осторожно, но шума в таком снаряжении избегать не удавалось. Наткнувшись взглядом на очередной натёк на полу, Андрей напомнил:
— Возможно, где-то здесь покоятся останки наших киберразведчиков. Саймон, фиксируй на камеру все более или менее подходящие по форме и объёму натёки.
— Понял, — отозвался Саймон.
Дальше шли в сосредоточенном молчании. За несколько метров до входа в радиальный коридор Горелов предупредил о повышенном внимании. Хотя, это предупреждение, скорее всего, было лишним — все члены группы и так были на взводе.
Приказав спутникам оставаться на местах, Андрей по стенке подошёл ко входу в коридор и, вскинув излучатель осторожно заглянул в темнеющее отверстие. Встроенный в забрало шлема прибор ночного видения неплохо различал очертания помещения, давая представление о его форме, размерах и препятствиях, но различить детали было сложновато. Не обнаружив непосредственной угрозы, Андрей рискнул воспользоваться более привычным прибором. Нашлемный фонарь выхватил белые в грязно-серых разводах стены, неровный пол примерно того же цвета и злосчастные 'сосульки' на потолке, явившиеся камнем преткновения для обоих киберразведчиков. Вспомнив движение, зафиксированное на видеозаписи, Андрей с полминуты всматривался в них, стараясь найти какие-либо отличия этих сосулек от других, встреченных ими ранее. Нет, эти 'сталактиты' были похожи на все предыдущие. Попытка рассмотреть, что скрывается в помещении, вход в которое чернел в конце радиального коридора, не увенчалась успехом. Луч словно рассеивался сразу за высоким порогом.
— Какое-либо движение отсутствует, — сообщил он, напомнив себе, что это ещё ничего не значит, и добавил. — Хуан, прикрой. Остальным оставаться на местах, подсвечивать своими прожекторами коридор.
Милль моментально занял позицию у другой стенки в начале коридора, напротив Горелова. Андрей махнул Клоду рукой, приказывая занять свое место, а сам осторожно двинулся вперёд.
Он шел по коридору короткими приставными шагами, ощупывая подошвой башмака пол, прежде чем перенести на него вес всего тела. Взглядом Андрей обшаривал попеременно пол, потолок и стены. Десяток метров до сталактитов он преодолевал минут пять. Подойдя к 'сростку' вплотную Горелов внимательно осмотрел образование, проход под которым стал роковым для обоих роботов. И при ближайшем рассмотрении эти 'сталактиты' от других, встреченных разведчиками, ничем не отличались. В просвет тоннеля они свисали примерно на метр, так что пройти под ними Горелов мог чуть пригнувшись. В поперечнике 'сросток' был метра полтора. Между ним и стенками тоннеля оставался приличный зазор через который при желании можно было протиснуться даже в их нынешней экипировке, не попадая в опасную зону под 'сталактитами'.
Андрей опустился на правое колено, оперся левой рукой об пол и, ощущая бегущий вдоль хребта озноб, заглянул на сросток сталактитов снизу. Нашлемный прожектор высветил какие-то отверстия неправильной формы у основания свисающих с потолка 'сосулек'. В одном из них что-то блеснуло, похожее, вроде бы, на набухающую каплю прозрачной жидкости. Горелов отшатнулся, вскочил на ноги и направил раструб излучателя на сталактиты.
— Что? — раздался в динамиках встревоженный голос Клода.
— Черт его знает, — сделав паузу, отозвался Андрей. — Как будто какая-то жидкость накапливается между сосульками в отверстиях.
— Пресловутая кислота? — предположил француз.
— Все возможно.
— Что будем делать? — это уже встрял в разговор Хуан.
— Под сросток не полезем. Его можно обойти вдоль стенки. Я сейчас попробую.
— Аккуратнее ради Бога! — это опять Клод.
— Постараюсь, — пропыхтел Андрей уже протискиваясь между стенкой и сростком, стараясь прижиматься к стенке как можно плотнее.
Через несколько секунд он преодолел опасный участок. Перед ним оставался десятиметровый кусок радиального тоннеля в конце которого темнело отверстие входа в следующее помещение. Горелов попробовал посветить лучом нашлемного прожектора внутрь этого помещения, но луч, упираясь в темноту, то ли вяз в ней, то ли рассеивался, отказываясь освещать там что либо.
— Странно, — пробормотал Андрей.
— Что там? Говори громче! — голос Клода в динамиках заставил Горелова вздрогнуть.
— Ничего. Все в порядке, — отозвался Андрей. — Пройти можно. Сейчас я дойду до конца тоннеля, зайду в следующее помещение, осмотрюсь там. Если все будет нормально, оттуда прикрою проход следующего. Следующим идет Салех. Готовься. Как понял меня?
— Понял, командир, — в голосе араба слышалось плохо скрытое напряжение.
Не так уж ты и невозмутим, братец, усмехнулся по себя Горелов. Ладно, к делу! Он еще раз внимательно осмотрел сросток, остающихся за спиной 'сталактитов'. Никаких, по крайней мере внешних, изменений не произошло. Дай Бог так будет и дальше, подумал Андрей и двинулся по тоннелю. Остаток его он преодолел гораздо быстрее, чем первую половину.
Остановившись перед чернеющим проемом входа в предполагаемое центральное помещение пришельца, Горелов вновь направил луч прожектора в его глубину. Результат был немногим лучше предыдущей попытки: луч рассеивался буквально в полуметре за порогом прохода, не позволяя рассмотреть там что-либо. Андрей погасил прожектор и включил ноктовизор. Теперь через зеленое мерцание стало возможно рассмотреть круглый зал метров двадцать-двадцать пять в поперечнике с каким-то нагромождением, плотно примыкающих друг к другу то ли труб, то ли колонн разного диаметра в его центре выходящих из пола и уходящих в потолок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
