— Ауру убери.
— Я… стараюсь. Но поставьте себя на моё место, достопочтенная!
Лерату нахмурилась пуще прежнего. Гримаса, образовавшаяся в результате на её лице — горбоносом, лопоухом и морщинистом — вполне годилась для лечения запоров. К счастью, её недовольство, как чуял Мийол, адресовалось в основном не вышедшему из себя юнцу, без малого двадцатикратно уступающему возрастом главе ресурсного отделения, а кому-то иному.
Вероятно, как раз тому или тем, из-за кого от Суки осталось одно лишь Ядро Сути.
Ситуация-то щекотливая. Мягко говоря.
Базилар (причём не подчинённый Склочной, а из смежного отделения!) доверил ей ценный актив. Когда же подошёл срок и потребовалось довериться ещё больше, оказалось, что Лерату с её людьми провалила не такое уж сложное испытание. Хуже было бы только провалить соглашение с базиларом иной гильдии: нынешний-то случай имел шансы остаться внутренним делом Сарекси.
Репутационные потери куда неприятнее материальных — хотя бы в силу того, что их много сложнее возмещать… и сложнее, и дольше.
— Ты спросил, как так вышло, мальчик, — чуть медленнее обычного сказала она; хорошо ощущалось, что её ум одновременно перебирает выходы из ситуации. — Я отвечу…
История вышла простая и мерзкая.
Такое чудо чудное, как подчинённый младший зверодемон, умеющий выполнять немалый список команд — даже и голосовых! просто говоришь, и Сука выполняет… как умеет — диковиной и сенсацией оставался недолго. Сама Склочная наигралась с чужим живым имуществом за час. И сдала в субаренду доверенной тройке Охотников (которая теперь станет менее доверенной — ибо не совладала с учётом мелочей).
Та тройка сходила в рейд в расширенном составе и вернулась раньше срока, принеся даже чуть больше добычи, чем обычно. Хищный (стайный!) зверодемон — большое подспорье на Охоте; а что жрёт много — так диколесье кругом, бегающей еды хоть обожрись.
Так и пошло: что ни рейд, то больше прибыль, выше безопасность, быстрее оборот. Тройке начали завидовать и вскоре дозрели до просьб «дать погонять псину». Особо усердствовала одна пара магов-Охотников, недавно лишившаяся своего Воина.
Что ж. Тройка снизошла, уступила на время Суку обездоленной паре и отправилась в Лагор на отдых, предупредив Лерату. А та тоже в детали вникать не стала…
Зря.
В диколесье опасностей хватает, даже если вдоль границы чернолесья не ходить. А если ходить — тем паче. Парочка погоняла Суку и успешно её вернула. Славно гульнувшая троица тщательно проверять живое оружие не стала. Чего проверять-то? Это ж не детёныш, это взрослый, до мокрых штанов пугающий хищник весом в пятнадцать пудов, вооружённый острыми клыками и магией усиленный. Самый настоящий зверодемон! Младший.
Что ему будет-то? Диколесье Суке — дом родной…
И троица потащила её в очередной рейд.
А когда они вернулись, причём досрочно, та уже выглядела паршиво. Дрожала в лихорадке, хромала, задние лапы держали её плохо. Скулила от боли, на удивление тонко для такой туши.
Финал Лерату наблюдала лично.
— Безнадёжно, — вынес вердикт прикомандированный целитель, — киста нибамы уже пару часов, как вскрылась, личинки расползлись по прилегающим тканям. То, что зверь вообще ещё дышит — чистая случайность: паразиты не успели добраться ни до чего важного.
Словно только того и дожидавшаяся, Сука рухнула на бок. Она уже не скулила — хрипела. Задние лапы её больше не дрожали… они просто не двигались.
— Ага, — добавил целитель, — добрались. Поражён спинной мозг. Советую вырезать Ядро Сути, а остальную тушу сжечь: болотная нибама — та ещё дрянь.
— Но мы не ходили на болота! — возмутился лидер троицы.
— Значит, паразитов ветром надуло. Сами разбирайтесь, как так вышло, а я с диагностикой закончил.
Суку отволокли в сторону от площадки ритуала и вскрыли ей глотку. Быстро и, в общем, почти безболезненно. Тут же выполнили и рекомендации целителя, в точности.
…Мийол выслушал рассказ молча. Аурой не давил, в лице не менялся.
Но Склочная всё равно ощущала неуютный холодок. И опыт с инстинктами её, в общем, не обманывали: именно так выглядел призыватель, когда вернулся в Жабий Дол — точнее, в момент, когда впервые после разлуки увидел избитого отца и изнасилованную сестру.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Как я понимаю, — сказал он ровно и негромко, переведя взгляд с ошейника в своей левой руке на Ядро Сути в правой, — за эту историю с нибамой напрямую ответственна та пара… как их, кстати, зовут и где они сейчас?
— В рейде они, — буркнула Лерату. — Отрабатывают. Пока не вернут утроенную стоимость младшего зверодемона, я с них не слезу. Две трети штрафа в очках вклада, кстати, отойдут тебе. Сразу, как компенсация.
«Защищаешь своих Охотников? — подумал Мийол — Не хочешь называть конкретных виновников? Это правильно, конечно… но я всё равно не успокоюсь. Подумаешь, компенсация…»
— Обойдусь и без этих очков, — сказал он всё так же ровно и негромко. — Не бедствую и не нуждаюсь. Сейчас меня больше волнует вопрос размещения фамильяра.
Склочная нахмурилась и… обошла стороной тему штрафа:
— А что это вообще за зверь такой — фамильяр? Никогда не слышала.
— Фамильяр — не зверь, это статус. Имя же моего — Эшки… — призыватель повесил ошейник Суки на правое предплечье, а левую руку, отойдя на пару шагов, закинул за голову, принимая зримо неудобную наклонную позу, — собственно… вот и она.
— О!
Невзирая ни на какую телесную крепость, дополнительно увеличенную Усилением долгим, Мийол принял на себя (а точнее, на одно лишь левое предплечье) три пуда живого веса с хорошо заметным трудом. После эволюции, в итоге своих стараний по возвращению полноценного полёта, Эшки чуть-чуть похудела… но именно чуть-чуть. Ростом же она от призывателя отставала не сильно и по габаритам казалась даже солиднее — из-за оперения.
Впрочем, удивление Лерату вызвала не столько сверхъестественно крупная птица — уж кто-кто, а она навидалась на своём веку самых разных магических зверей — сколько внезапность её появления. Мийол давно уже заменил свои поделки на браслет с Невидимостью Среднего Круга работы Васаре, нынче охватывавший левую ногу фамильяра — ну а природная скрытность её отлично дополняла эту артефактную магию. Так что явление вышло поистине внезапным…
И потому пугающим.
— Знакомьтесь, — немного сдавленно сказал призыватель. — Достопочтенный супренсор, перед вами Эшки из рода Серокрылых Филинов. Подруга, перед тобой — Лерату эр-Сарекси.
— Офень фр-рияфно. Иззвинифе зза выховорр, моя р-речь фока фррунно.
— Правильно — «мне пока трудно говорить».
— Хлуфые фрравила.
— Ладно, полетай пока. Только недалеко.
— Ззнаю, ззнаю.
Пернатая громадина беззвучно распахнула широченные крылья, оттолкнулась от живого насеста (если бы Мийол не применил Усиление краткое — присел бы, а так только хекнул) и тут же словно растворилась, оставив позади-внизу только череду мощных воздушных вихрей.
— Разумный магический зверь? — Склочная поджала и без того узкие, бледные губы. — Ты рискуешь, мальчишка. Сильно рискуешь.
— Не просто зверь: фамильяр. Из общего у меня с ней не только свойства скрытности и связанности. Большего не открою, но повторю: Эшки ценнее десятка младших зверодемонов, она поистине уникальна… достопочтенный супренсор.
— Ты упоминал пару зверей. Что насчёт второго?
— А, — небрежный взмах левой рукой, попытка натянуть обычную многословную лёгкость, отчасти даже успешная, — вполне типичный подавитель, Кошмарный Двурог. Звать — Зунг… хотя я не уверен, что эта толстомясая скотина понимает, когда его зовут. Сильный, крепкий, медлительный, травоядный, ленивый. Если не считать наличия жизни, обычный бесстихийный. Можно спокойно использовать как вьючного или же ездить на нём. Больше ни к чему не пригоден… хотя я не особо старался найти ему какое-то нетривиальное применение. Может, у него навоз особо хорош в качестве удобрения или кровь ценна как реагент… это проверять надо.
